Чтение онлайн

Оставшиеся же разбойники в ужасе отбросили оружие и побежали прочь, пытаясь укрыться в лесу.

– Стой! Не надо! – все еще кричал Харкип. – Мы можем договориться! Мы заплатим сами, если ты пожелаешь!

– Поздно, – печально покачал головой незнакомец. – Вы могли просто пропустить этот экипаж. Вы могли оставить нас в покое и сохранить собственные жизни. Даже ступив на землю рядом с вами, я дал вам последний шанс, предлагая деньги. Но в тот самый момент, когда ты проявил неуважение к моей спутнице, у вас больше не осталось иного пути. Я вынес вам приговор, и теперь просто обязан его исполнить, ибо решения мои окончательны, а воля нерушима.

Последних слов своего палача разбойники уже не слышали. Подгоняемые страхом, они углублялись в лес, разбегаясь в разные стороны. Но смертоносная сфера настигала их одного за другим, возникая из ниоткуда и разя с гораздо большей скоростью, чем способен был передвигаться человек.

Когда пал последний, незнакомец вздрогнул, словно сбросив оковы оцепенения, и медленно двинулся вслед еще мгновение назад убегавшим от него людям. Он обязан был проверить тела – сфера была весьма своеобразным оружием и порой не оправдывала его ожиданий. Он шагал от одного трупа к другому. Кому-то из них оторвало голову, другой лишился плеча, части груди, а вместе с ними и сердца. Увечья были чудовищны, но мужчина привык к подобным картинам. Взгляд его выражал лишь сухое безразличие. Или казался таковым со стороны.

Достигнув Харкипа, человек остановился. Сфера вырвала у разбойника часть левого бока, лишив его при этом руки по локоть. Он истекал кровью, поток которой почти иссяк, но каким-то немыслимым чудом, вероятно от шока, вызванного волной безумной боли и страха, в нем все еще теплилась жизнь.

Он молча смотрел на своего убийцу. Тот поднял ладонь, и черная тьма снова заплясала над ней, мгновенно превращаясь в сферу.

– Нет, постой… – прохрипел Харкип, тщетно пытаясь откашляться. – Хотя ты прав. Прикончи меня. – Голос его затихал, а язык почти перестал ему подчиняться. – Мы бы убили вас всех, будь вы слабее. Таков закон. Сильный всегда пожирает слабого. Поэтому я не чувствую досады и не виню тебя. Позволь лишь узнать твое имя. Я должен знать имя того, кто отправил меня в Хаос.

Мужчина в плаще молчал, словно надеясь, что смерть заберет второго прежде, чем он успеет промолвить хотя бы слово.

– Гелион, – наконец произнес он.

– Не может быть, – почти благоговейно прошептал разбойник и испустил дух.

Маг мгновение помедлил, а затем взглянул на сферу, все еще висевшую над его бледной дланью. Та потеряла форму и, всколыхнувшись подобно языку черного пламени, с негромким шипением исчезла.

Девушка наблюдала за ним издалека, сквозь просветы меж стволами деревьев. Когда он вернулся, они обменялись короткими взглядами, словно ткань их капюшонов вовсе не препятствовала этому, и бесшумно, будто их тела не имели веса, сели обратно в карету.

– Едем дальше. Мы и так потеряли слишком много времени, – сказал Гелион перепуганному кучеру.

Только сейчас, после этих слов, Казар посмел повернуться и вновь посмотреть на того, кого ему доверено было сопровождать. «Наверное, меня никогда не перестанет восхищать и ужасать одновременно, сколь убийственная мощь заключена в этом хрупком теле», – подумал он.

Все заняли свои места, и экипаж, скрипнув колесами, наконец двинулся дальше. Пыхтя и строптиво вздергивая гривы, лошади скакали по пыльной дороге вдоль леса, туда, где у неровной границы горизонта все четче различим был Хаос.

Примерно два часа езды – вот и все, что оставил им угасающий день. Ночь нагрянула стремительно, поглощая останки меркнущего вечера и окутывая все вокруг непроглядной тьмой. Экипажу пришлось остановиться. Конечно, стоянка была не обязательной, а лошади вполне могли бы довольствоваться светом масляных ламп с их мутными стеклянными абажурами. Но маги настояли на том, чтобы сделать привал. Даже они толком не ведали, что ожидало их у конечной цели этого путешествия.

Казар и кучер разбили лагерь, развели костер и достали из двух коробов, прикрепленных позади кареты, скудные запасы походной пищи.

Звуков, которыми обычно полнится ночь вступающей в свои права осени, слышно не было, словно вокруг и вовсе исчезло все живое. Здесь царила тишина. Легкий едва заметный ветер время от времени давал о себе знать – лес, вдоль которого шла дорога, все еще не позволял в полной мере разгуляться его порывам.

Взяв масляный фонарь, двое мужчин принесли из леса несколько широких корявых бревен, которые могли бы послужить в качестве скамей. Вскоре все путники сели рядом с бодро плясавшим во мраке ночи пламенем.

Минуло всего несколько мгновений, как вдруг Эвелина сделала то, что так долго требовал от нее разбойник – откинула назад капюшон, обнажая тонкие изящные черты лица. Глаза ее даже в полутьме отливали светло-голубым отсветом. Слегка заостренный подбородок постепенно переходил в мягкие контуры чуть припухлых щек. Каштановые волосы, освободившись из плена грубой ткани, вьющимися локонами укутали маленькие плечи. По всем, даже меркам самого придирчивого вкуса, она была прекрасна. Жизнь и красота кипели в ней, невольно приковывая взгляд любого, кто оказывался рядом.

Не миновал этих чар и Казар. Он был поражен, а когда опомнился, пунцовая краска смущения залила лицо видавшего виды воина.

Девушка же не обратила на него никакого внимания. Она была холодна и безразлична ко всему.

Гелион, тоже сбросил капюшон. Он оказался мужчиной с лицом, в котором мягкость каким-то непостижимым образом сочеталась со строгостью скул и остротой взгляда. И, несмотря на род его занятий, шрамов на его коже заметно не было.

– Ею сложно не любоваться, правда? – улыбнулся маг.

– Простите, милорд. Это было вне всяких приличий. Примите мои извинения, госпожа Эвелина.

– Не страшно. Вы не первый и не последний, кто очарован ее красотой. Но лишь немногие знают, насколько эта красота смертоносна. А большинство из тех, кому довелось познать это, уже давно отдали свои жизни Хаосу. И да, не беспокойтесь, ей абсолютно все равно. Она не доверяет людям и не любит их уже изначально.

– Но разве сама она не…

– И больше всего на свете она ненавидит саму себя.