Чтение онлайн

«Извини».

«Все, оставим».

Уши к жуткому шуму постепенно привыкли, сквозь вопли зазывал, крики торговцев и отчаянную ругань покупателей я различила тихие, ласковые звуки музыки. Кто-то играл на лютне, и весьма неплохо, — незнакомая мелодия бередила душу. Повинуясь внутреннему голосу, я пошла отыскивать невидимого музыканта.

— Лекс, ты куда? — уцепилась за меня принцесса.

— Хочу посмотреть, кто так хорошо играет.

Естественно, вся орава увязалась за мной. Рыская меж торговых рядов, я перестала обращать внимание на происходящее, за что едва не поплатилась своей свободой.

— Дей-ли, красавица. — Мой путь преградил толстый низкорослый торговец с хитрой смуглой физиономией. — Купи персик!

— Нет, спасибо, — буркнула я.

Черт знает, что это такое! Отравят еще.

«Это южный фрукт», — просветил меня Шайтан.

«И все равно».

— Тогда слива купи! — не унимался торговец. — Или абрикос!

— Я же сказала — нет! — рыкнула я.

Торговец скроил чрезвычайно обиженную физиономию, но через мгновение опять расцвел.

— Такой красивый девушка я не могу отпустить без подарка. — И вынул из кармана кольцо. — Бери, не стесняйся!

Я только раз взглянула на кольцо и уже не смогла отвести от него глаз. В общем-то, я всегда равнодушно относилась как к красивым платьям, так и к украшениям, но что-то было в этом кольце, что притягивало меня, не отпускало и так и просило: «Возьми, надень!» Как зачарованная, я протянула руку, когда охранник принцессы оказался рядом и от души съездил торговцу по хитрой физиономии. Тот отлетел в одну сторону, кольцо — в другую. Я и возразить ничего не успела, когда он подхватил меня под локоть и потащил за собой.

— Что все это значит? — рассердилась я, придя в себя.

— Что вам не следовало вообще с этим торговцем разговаривать. — И, не дожидаясь, когда я снова начну возмущаться, пояснил: — Это не простое кольцо, а он не простой торговец. Это хаши, многоженец. Та девушка, которая наденет его кольцо, навсегда забудет свое имя, потеряет свою свободу и становится рабой хаши. Кольцо полностью поглощает «я» своей жертвы, а хаши заставляет девушку делать то, что угодно ему.

Я вытаращилась на него.

«Очевидно, это не шутка», — пояснил Шайтан.

— Вот проклятье, — пробормотала я.

Колдовство чистой воды. Я вспомнила опутывающую мой разум зачарованную сеть. И как таких проходимцев земля держит?.. Я резко развернулась в намерении вернуться туда, откуда мы только что ушли.

— Что случилось? — опешил мой спаситель.

— Я тоже хочу ему врезать куда надо!

Провожатый улыбнулся, и в его теплых карих глазах вспыхнули озорные огоньки.

— Не стоит, — примирительно заметил он. — Да вы и не найдете его сейчас на прежнем месте. Наверняка он уже удрал.

— Какая жалость! — огорчилась я.

«А поблагодарить?» — напомнил найтанн.

К нам подбежала отставшая Калле, неся в руках айса.

— Ты как? — взволнованно спросила она. — Лекс, тебе надо быть осторожнее! Все в порядке?

— Частично. — Я вздохнула и повернулась к ларду: — Спасибо.

— Пожалуйста… Лекс?

— Угу.

— Меня зовут Элвин.

Вот так наша тень и решила себя раскрыть.

— Очень приятно.

«Рад за тебя», — опять возник Шайтан.

«Уймись, зараза».

«И ты все еще хочешь разыскать того музыканта?»

«Обязательно».

Музыкант отыскался довольно быстро, и им оказался седой старец с навсегда закрывшимися глазами. Словно почувствовав наше присутствие, он перестал играть и поднял голову.

— Подойдите, дей-ли, — тихим голосом попросил он. — Да продлят вашу жизнь Святые боги.

— Лекс, ты что, не ходи, — прошептала принцесса, уцепившись за меня.

— Мой вам поклон, ваше высочество.

Калле уставилась на него, разинув рот, а я внимательно присмотрелась к ауре старца. Фиолетовые всполохи. Поэт-провидец.

— Спойте еще, — тихо попросила я и опустила золотой в его мешочек.

Музыкант пробежался пальцами по струнам.

— Это про вас, дитя.

Холодная пора — весны одной прощенье —Забыта, как туман, за тающим ручьем,Давно погас костер — усталое смиренье,Живется просто так, одним и тем же днем.И плещется вино, и тлеет сигарета,И свечка на окне, мерцая, будит грусть,И, кажется, тоской, как пламенем, согретаДуша, хоть этот мир давно за гранью чувств.Все было и прошло — уныло, больно, сыро,Но гордость не дает груз сбросить тех оков —Исхоженных дорог и проклятого мира,Потушенных огней и древних городов.Так мало пережив, так много потеряла —Себя, как прежде, нет — с чужого все плеча.Одной простой судьбы испитого бокала,Одной простой души погасшая свеча.

Святые боги, и откуда только он все знает?..

— Спасибо. — Я потянулась за новой монетой, но провидец с легкой улыбкой покачал головой.

— Не стоит. Да не погаснет свеча вашей души.

— Да озарят ваш путь Светлые звезды, — привычно ответила я.

До дворца мы шли в полном молчании. Я все переживала по поводу песни, принцесса — по поводу меня, а о чем думали все остальные — история знает, но молчит.

— Калле, — наконец спросила я. — А что такое — сигарета?

— Кусок бумаги, в которую заворачивают табак, а потом курят.

— А!

— Это люди принесли. А ты не знала?

— Нет. У нас курят трубки.

— Все одно — вредно, — важно изрекла она.

Я фыркнула. Шайтан — тоже. Что-то он давно молчит — даже подозрительно как-то.

«Ты же сама просила».

«Все, снова прошу».

Дворцовая стража, охраняющая ворота, особого удивления по поводу прихода принцессы не проявила. Только исключительное уважение. Калле совсем притихла.