Чтение онлайн

– Ширато Серидзава? – неуверенно протянула она, шагнув к юноше.

– Честь имею, – усмехнулся студент. – А как зовут тебя, красавица?

Гвен прищурилась, несколько удивлённая как странной смесью искреннего восхищения и едва заметной насмешки в голосе Серидзавы, так и его обликом. Чёрные, как вороново крыло, волосы густыми блестящими волнами падали ему на скулы и спускались к плечам, опушенные длинными ресницами глаза казались подведёнными краской, и живым задумчивым блеском отличался горький шоколад глаз. Закатанные рукава расстегнутой чёрной рубашки открывали взору жилистые предплечья, и у Гвен мелькнула неожиданная мысль о том, что эти руки знакомы с тяжелой работой; стильные узкие джинсы казались редкой работой талантливого дизайнера так же, как и причудливый орнамент серебряного медальона на кобальтовом полотне футболки. Левое запястье обхватывал широкий кожаный браслет часов, и вовсе не выглядела неуместной тонкая коса фенечки, слабо повязанной на кисть. Взгляд девушки зацепил изящный силуэт птицы, свисавший с тонкой цепочки в правом ухе юноши; приглядевшись, Гвен поняла, что это ворон.

– А где твоя сестра? – вежливо спросила девушка, оглядываясь.

– Сказала, что ей не нужна никакая экскурсия, так что я проводил её в общежитие, – Серидзава оттолкнулся от шкафчика, всё так же держа руки в карманах, и шагнул к Гвен. – Ты всё ещё не назвала своё имя, – в голосе его мягкому упрёку вновь аккомпанировала насмешка. – Ты Президент здешнего студсовета?

– Всего лишь заместитель, – покачала головой Гвен, голос которой резко похолодел. – Мой начальник на заседании комитета по дисциплине. Меня зовут Гвен Бёртон, и я покажу тебе Лейквуд вместо него.

Серидзава усмехнулся уголком губ и чуть склонил голову к плечу.

– У твоего начальника прекрасный вкус, Гвен, – промолвил он неожиданно-бархатным голосом.

– У моего начальника прекрасная девушка, – вернула Гвен весёлой усмешкой, – и это не я. Давай пройдем в сторону библиотеки, для Лейквуда она почти достопримечательность, – тотчас деловито начала она, проигнорировав довольную улыбку Серидзавы, и зашагала в сторону правого крыла, длинным широким рукавом соединявшего главный корпус со зданием школьной библиотеки.

Студию заливал яркий утренний свет; сидевшая за стойкой Диана бегло изучала статьи для стенда студсовета, вполуха слушая неторопливую беседу Тины, Зака и Сахеля, расположившихся на диване.

– Мне реально жаль, что я не видел их физиономий, – весело признался Закери, бессознательно играя схваченной с маленького столика пряжей. – Честное слово, Сах, даже я в шоке, не представляю, насколько они были потрясены.

– Я впервые в жизни заметила, как горгоне изменила выдержка, – вошла в студию Ирэн; с подноса, который она держала, распространялся восхитительный аромат свежесваренного кофе. – Лэйнг так ещё покровительственно и учтиво: «Вы практикуете политику самоуправления?», «Какие успехи, сеньора!», «Пять с плюсом, госпожа директор!», «С домашкой справились, садитесь, отлично!», – добродушно передразнивая молодого человека, закончила она под дружный смех собравшихся.

Диана отложила бумаги, принимая чашку:

– Ох, Ирэн, мы все чуть не поседели от волнения, а ты в итоге здорово повеселилась на этом заседании.

– Ну, поначалу мне было не до смеха, – поставив поднос на столик перед диваном, проговорила Ирэн. – Я уж собиралась включить опцию «Жанны Д`Арк» и устыдить грешников… Спасибо, Сах, – тепло улыбнулась она Сахелю, присев на кресло.

Юноша покачал головой:

– Это мне Ли подсказал идею, – как-то застенчиво признался он, тронутый искренней благодарностью девушки. – Он собирался подать жалобу в Комиссию по правам студентов при Комитете молодёжи, если сеньора Гали настоит на исключении. Только это не сработало бы, – добавил Сахель. – В таких ситуациях разбираться с последствиями бесполезно, нужно предупреждать следствие, убирая причину заблаговременно.

– Как адвокат заговорил, – фыркнул Закери и хлопнул приятеля по плечу. – Завидую твоим будущим клиентам.

– Становись в очередь, Зак, – с усмешкой посоветовала Диана. – Мы все уже в списке приоритетных контактов.

Сахель дружелюбно усмехнулся:

– Обещаю хорошую скидку.

– А Гвен себе отдельно готовит? – поинтересовалась Тина у Ирэн, отпив из чашечки.

Схватившая последний выпуск «Сандэй Ньюз» Ирэн рассеянно отозвалась:

– У неё слишком тонкий вкус, и она не поклонник латте.

– Этот кексик чейный? – словно в ответ, донесся со смежной комнаты оклик Гвен.

– Чейный! – крикнула Ирэн в ответ.

– Чейный?

– Твойный! – Ирэн перевернула страницу, слабо улыбаясь.

– Мойный? – в весёлом недоумении переспросила Гвен, входя с чашкой кофе и кексом на тарелке.

– На каком языке вы разговариваете? – с недоверчивым удивлением спросила Тина сквозь смех собравшихся.

– На нашнем, – невозмутимо откликнулась Ирэн. – Боже, опять статья о градации доверия к политике либералов… Они бы ещё время приливов и отливов начали печатать, – покачала она головой, откладывая газету.

Наслаждавшийся напитком Зак беззлобно фыркнул:

– Критикуешь – предлагай, старина Бен. Какие идеи?

– Я всего лишь фотограф, – парировала девушка.

– Восходящая звезда «Сандэй Ньюз», – вспомнила Гвен интервью в день юбилея школы.

Ирэн скривилась:

– Ох, не вспоминай…

– Не думала о карьере журналиста? – с интересом спросил Сахель. – Серьёзно, Ирэн, у тебя же действительно талант.

Девушка пожала плечами и метнула недовольный взгляд в Диану, уверенно выдавшую:

– Назовите мне сферу, в которой у Ирэн нет таланта.

– Я назову, – глотнувшая любимый «флэт уайт», Гвен сдержала улыбку.

– Заявление года, – подался к ней Зак. – Я весь внимание.

Девушка невинно улыбнулась, глядя на сестру смеющимися глазами:

– Программирование.

– Да ну? – не поверил Зак. – Шутишь?

Он нахмурился, когда Ирэн без слов отвела взгляд и опустила голову. Ребятам было невдомёк, что она вспоминает слова Ли накануне.

– Эй, ты куда? – разочарованно протянула Диана, заметив, как без слов вставшая с кресла Ирэн направилась к дверям.

– Проверю пушистых – они на радостях вчера опять капусты переели, – обронила девушка, исчезая за дверями.

Она не лукавила; но, сменив для кроликов воду и всыпав в плошки новую порцию лекарств, Ирэн практически сразу зашагала в сторону парка. Последнюю неделю её всё чаще тянуло остаться одной. Мысли вновь возвратились к стене отчуждения и молчания, которую она с таким трудом воздвигла между собой и Ли и на которую юноша почти не обращал внимания. Он всё так же продолжал садиться рядом с ней на общих дисциплинах и провожать на каждый урок, следуя молчаливой тенью и не пытаясь завязать разговор. Словно ему было достаточно одного её присутствия. А у Ирэн не хватало духу обидеть его просьбой оставить её в покое, и она могла только молчать, усилием воли делая вид, что ей всё равно.