Чтение онлайн

– Эй, Дирижер, не может быть, что ты нигде не учился. Не обманывай меня!

Санат решил, что правда будет выглядеть менее правдоподобно чем ложь, и придумал на ходу:

– В музыкальной школе, но не закончил.

– Слушай. А мы ведь так и не познакомились.

– Санат Шаманов, – представился музыкант. – А твое имя, Лия Беридзе, я слышал вчера десятки раз.

– Я не хотела пышного застолья. Папа настоял.

– Зато с подарком он угадал.

– Мама нашептала. Она любит музыку и меня прекрасно понимает.

Дуэт музыкантов сыграл несколько популярных песен. Лия начинала, а Санат подхватывал. Ей не нужно было объявлять номер, он узнавал мелодию с первых нот. Девушка смело импровизировала, Санат поддерживал ее музыкальные фантазии и получал в награду восторженные взгляды.

В ресторан стали пускать первых посетителей. Официантка Ломакина, как бы мимоходом, упрекнула музыкантов:

– Расшумелись тут!

– Это музыка, – не согласилась Лия.

Лана пригвоздила выскочку испепеляющим взором:

– Посторонним на сцену нельзя, сейчас метрдотель придет.

– Репетиция закончена, – объявил Санат, не желая обострять ситуация.

Лие не хотелось уходить, она призналась:

– Я была бы рада выступить для зрителей.

– Это не концертный зал, это ресторан.

– Зато здесь можно играть всё.

Подошли музыканты «Ночного шторма», в их мутных глазах штормило от похмелья. Они косо взирали на скрипачку, не понимая, что здесь делает вчерашняя именинница. Дирижер поведал Ковалю о желании девушки. Тот задумчиво почесал щетину. С одной стороны, как отказать дочке влиятельного человека, а с другой, придется ломать сложившийся репертуар. Если клиентам не понравится, парнас уменьшится.

– Как скажет Хозяин, – решил руководитель ансамбля.

Санат передал ответ, и девушка воспряла духом:

– Точно! Я скажу дяде Рудольфу, что папа разрешил. Портновский не посмеет возражать.

Музыкальный коллектив в привычном составе начал вечернюю программу. Лия сходила к Портновскому. Тот выслушал просьбу хорошо знакомой девушки и рассеянно кивнул в знак согласия.

Хозяину гостиницы было не до ресторанной музыки. Сегодня ему заявила о краже помирившаяся чета московского дантиста. И жена директора текстильной фабрики надоедает: почему до сих пор не нашли деньги, которые обронил в отеле ее муженек. А еще о пропавшем выигрыше карточных катал нельзя забывать. Чертовщина какая-то! Если кражи в «Жемчуге» продолжатся, это ударит по его доходам и репутации. Не звать же милицию. Начнется проверка – не откупишься.

Обрадованная Лия вернулась в ресторан. Она ничего не успела сказать, а Санат словно знал о решении директора и подбодрил девушку, вставив музыкальные такты Паганини в современную песню.

За одним из столиков Лия увидела своих двоюродных братьев по материнской линии: Георгия и Ираклия Давиташвили. Те призывно махали ей руками. С ними за столом находился кто-то третий.

– Ты знаешь, кто с нами? – вопрошал возбужденный Ираклий, усаживая Лию за столик.

– Федор Черенков! – радостно гаркнул Георгий.

Лия слышала это имя и по возбужденному состоянию братьев, любителей футбола, поняла, что перед ней известный футболист. Она решила продемонстрировать свою осведомленность.

– Сейчас в Испании чемпионат Мира.

– А Федора не взяли. Тренеры – козлы! – откликнулся Ираклий.

– Им же хуже будет! – пригрозил Георгий.

– Зато я в отпуске. На море, – ответил футболист бесцветным голосом.

– Вчера Черенкову машину помяли. Он обратился на нашу СТО «Южная». Приемщица, дура, даже не поняла, кто перед ней. – Ираклий загнусавил, передразнивая приемщицу: – У нас очередь на три месяца.

– Хорошо, что я оказался рядом. Завтра твоя машина будет, как новенькая, – заверил футболиста Георгий.

Лия знала, что оба брата числятся на станции техобслуживания кладовщиками, но отец их использует для более серьезных дел. Что-то связанное с поставкой левых запчастей и даже разборкой краденных автомобилей, но она старалась не думать о том, как отец зарабатывает большие деньги. Он ей ни в чем не отказывает.

Музыканты объявили десятиминутный перерыв. Братья принялись обсуждать начавшийся чемпионат Мира по футболу, Лия поспешила к сцене.

– Портновский дал добро, – сообщила она руководителю ансамбля. – Я готова прямо сейчас.

Коваль с трудом сдержал недовольную гримасу и махнул рукой:

– Только на время перерыва.

Он ушел. Ободренная Лия пропела:

– А мною заполняют перерыв. – Она взяла скрипку и кивнула Санату: – Погнали, как репетировали.

Они сыграли каприс Паганини, чем несказанно удивили и заинтересовали публику. Последующие озорные импровизации на темы популярных песен подняли гостей из-за столиков. Скрипачка местами использовала цыганские мотивы. Люди танцевали и выражали одобрение новому звучанию.

Вернувшийся Коваль удивился прибавлению купюр в коробке для парнаса, но благодарить незваную гостью не стал. Лие пришлось покинуть сцену. Она вернулась за столик.

Братья Давиташвили изумленно таращились на родственницу. Санат слышал их недовольство.

– Это что было, сестренка? Вчера – понятно, папу порадовала, а сегодня зачем полезла на сцену? – недоумевал Георгий. – На кой тебе играть в кабаке!

– Дяде Отару не понравится, – покачал головой Ираклий. – Дома играй сколько хочешь.

– Вы предлагаете тренироваться дома? – переспросила Лия и перевела взгляд на футболиста. – Тот, кто умеет играть, должен играть на публике. Разве не так?

Черенков посмотрел в глаза девушки и кивнул:

– Для вас сцена, как для меня футбольное поле. Без него… – Он потупился и скомкал салфетку.

Официантке Ломакиной тоже не нравилось присутствие красивой девушки на сцене рядом с тем, кого она считала своим парнем. Лана видела какими глазами Санат смотрел на чертову скрипачку и слышала, как вдохновенно выступает пара. В музыке они раскрылись друг перед другом, обнажив истинные чувства. И эти чувства выходили за рамки простой любви к музыке.