Чтение онлайн

Девочка сидит в гамаке и, отягощенная арбузным соком, лениво решает вопрос, лечь ей спать или пойти к Никичу постругать что-нибудь, сделать себе тоненький острый ножичек. Давно уж не работает с ними Никич, изленился совсем, днем спит... И никто ничего не говорит ему. Правда, он давным-давно не берет в рот водки. Поэтому, может быть, и Катя с ним дружит, и Костя часто ходит к нему в палатку поболтать. Заважничал Никич. А сегодня и вовсе сидит целый день на террасе с Катей; уже давно и мама приехала, а он все сидит... Может быть, мама хочет одна побыть со своими детьми... может, она хочет почитать им книжку или поговорить о папе...

Динка вдруг чувствует непреодолимое желание уткнуться головой в колени матери, слушать ее голос, прижиматься лицом к ее нежным рукам.

«Пойду подговорю Мышку, и вместе скажем: «Посиди с нами на крылечке, мама!»

Но где Мышка? Куда она залезла со своей книгой? Читать сейчас уже поздно, сумерки окутывают сад, скоро в комнатах зажгутся лампы... Давно-давно мама не играла на пианино и дядя Лека не пел под ее аккомпанемент...

Динка потихоньку подходит к террасе, но на дорожке появляется Алина. Она в своей коричневой форме, только без передника и без белого воротничка, такая строгая и скучная, как учительница.

– Алиночка, давай попросим маму посидеть с нами на крылечке! – заискивающе говорит Динка.

Но в глазах Алины появляется искренний испуг.

– Ты с ума сошла! – восклицает она, и лицо ее делается еще строже.

– Почему я сошла с ума? Мы же сидели раньше... Сумасшедшие, что ли, были? – обиженно ворчит Динка. Но Алина, против обыкновения, не сердится.

– Диночка, – мягко говорит она, – лучше бы ты легла спать. Смотри, какие тучи на небе... Мышка уже пошла в свою комнату... Хочешь, я попрошу ее рассказать тебе на ночь сказку?

До ночи еще далеко, но с Динкой можно все сделать, если обращаются с ней по-хорошему. Она доверчиво берет за руку старшую сестру.

– Пойдем, если хочешь... Я лягу спать, а Мышка пусть рассказывает, – покорно говорит она.

Алина приводит ее в комнату. Мышка сидит на подоконнике и читает.

– Уже темно читать, – говорит Алина. – Уложи лучше Динку и расскажи ей сказку.

Мышка со вздохом прячет под подушку книгу. Алина уходит. Динка медленно раздевается, долго возится с лифчиком.

– Жил-был один царь... – присев в ногах ее постели, начинает Мышка.

– Подожди со своим царем, я еще ноги не вымыла! – сердито обрывает ее Динка. Мышка не Алина, на нее можно и поворчать.

– Жил-был один царь... – снова начинает Мышка, видя, что сестренка уже вытерла ноги полотенцем и залезает в кровать.

– «Царь, царь»! Говори про что-нибудь другое... Укладывают спать, когда еще не стемнело даже! – сварливо выговаривает Динка, подкидывая ногами одеяло.

– Ну жила-была одна бедная женщина... – покорно меняет сказку Мышка.

Но в комнате мамы слышен голос Никича.

– Ну, я ухожу на свое место... – говорит он.

– Да, идите, Никич. Посмотрите, как там Волга... Что-то очень стало душно. Не было бы грозы... – беспокоится мама.

– Похоже на это... Но, может, к ночи подымется ветерок, а то большая туча идет... Но это все дело второстепенное. Я пошел, – говорит Никич.

– Возьмите плащ! – напоминает ему Марина. «Куда это он?» – удивляется Динка и лезет на подоконник посмотреть на тучу.

– Закрой окно! Катя не велела открывать, – говорит Мышка. Но Динка высовывается в окно.

– Никакой грозы нет. Только небо черное. Я люблю грозу! – говорит она, спрыгивая на кровать и закрывая окно. – Ну, говори твою сказку! – свертываясь уютным клубочком, смягчается она.

Мышка начинает длинную историю одной женщины, которая очень хотела иметь детей. И вот родилась у нее девочка. У самой бедной женщины самая красивая девочка во всем королевстве! Беленькая, как снежок, румяненькая, как яблочко, и стройная, как березка...

– А какая еще? – косит из-под одеяла одним глазом Динка. – Может, дура? Говори про нее все!

– Ну, почему дура? – обижается грубо прерванная в своем сказочном красноречии Мышка. – Умница-разумница! За что ни возьмется, все у нее спорится...

Динка больше не перебивает... Тихий голос Мышки клонит ее ко сну, но, засыпая, она слышит за стеной такой же тихий голос мамы:

– Уже десять минут девятого...

– «Ах, – сказала бедная женщина, – я не отдам свою дочь во дворец, деньги не приносят счастья!» Но король рассердился... – мерным голосом продолжает Мышка.

– Ужасно шумит Волга... – глухо доносится из-за двери голос Кати...

Голос сказки, чередуясь с суровым голосом жизни, тихо укачивает Динку, а заодно и усыпляет сказочницу Мышку.

– Уложи детей, – говорит Катя.

Но Динка уже крепко спит. Мама раздевает сонную Мышку и укладывает ее в постель, проверяет, плотно ли закрыто окно. В комнате у Алины темно.

– Дети спят, – говорит Марина, входя в свою комнату. Но Алина не спит. Маленькой, неприметной тенью скользит она вдоль забора, обходит каждый куст, каждое дерево. Притаившись у калитки, смотрит на дорогу. В душном предгрозовом воздухе не колышется ни один лист, не шевельнется ни одна ветка, притихли птицы.

Душный вечер сменяется прохладной свежей ночью, грозовое затишье прерывается глухими далекими раскатами грома, острые и блестящие, как длинные иголки, молнии прорезают темное небо... Глаза Алины, постепенно привыкшие к темноте, видят каждую покачнувшуюся ветку, вспорхнувшую из кустов птицу... Страх уже давно превратил в ледяной комочек ее сердце. Алине чудится, что за каждым ее движением следят страшные пустые глаза чужого человека, холодное прикосновение веток кажется ей прикосновением длинных паучьих рук...