Чтение онлайн

Леха жмет и матерится.

— Блядь! — кричит он. — Нам бы, блядь, на полминуты от них оторваться.

— Не получится если, так скидывай их с дороги!.

— Они нас, босс, сами скинут. Похоронят на хер! А за тридцать секунд я до тайника доберусь.

— Рви тогда, Леха, мать твою!

Леха рвет. Машина подлетает на колдобине, чуть в кювете не оказывается. БМВ несколько отстает.

— Увидишь проселок — сворачивай! — кричу. — Новую тачку купил.

— О’кей, босс!

По краям шоссе теперь не поля, а рощи. Летим поперек рощ, а БМВ опять догоняет. Леха успевает заметить съезд с дороги и резко сворачивает. Машину заносит, и мы почти переворачиваемся, почти переворачиваемся, почти переворачиваемся; нет, не переворачиваемся… Только не дорога это, а тупик. Леха врубает заднюю скорость и выезжает обратно. БМВ тоже остановился, но с дороги не съехал. Сейчас тронется и перегородит дорогу! Но Леха успевает врубить первую передачу и проскакивает. Вижу в окне руку со стволом.

— Суки! — кричу. — Мочить начинают! Ищи дорогу, блядь, быстро!

Леха летит. БМВ догоняет снова. Они готовы стрелять без разговоров.

— Проселок! — кричу.

Леха видит и сворачивает. Прыгаем по дороге, как я на Вике. Какая Вика! Сейчас убивать будут!.. БМВ чуть отстает на колдобинах. Леха жмет на газ. Не заносит. Крепко сидим в колее. Сейчас брюхо тачке проломим.

— Тридцать секунд много! — кричу. А Леха кричит в ответ:

— Десять, босс, десяти хватит. Только б багажник открыть!

— Тормози тогда!

Леха тормозит и выпрыгивает на дорогу.

— Ключи, блядь! — кричу.

Леха выдергивает ключи из зажигания и улетает к багажнику. Я выпрыгиваю за ним, бесконечные десять секунд жду. БМВ уже метрах в тридцати от нас, а Леха еще возится. Наконец он достает из тайника сверток и вопит мне:

— Валим в лес, босс! Там разберемся.

Перепрыгиваю канаву и падаю, поскользнувшись на мокрых листьях. Леха прыгает за мной и бежит вперед. Вскакиваю и догоняю. Бодигард херов — прикрывать должен…

Роща редкая, и листья опали. Ночь, однако, а я и в ночи вижу. Всю рощу фарами не осветишь… Падаем за бугорком. Леха старается разорвать узел на свертке. Мокрые пальцы соскальзывают.

— Дай сюда! — кричу шепотом.

От проселочной дороги доносятся голоса. Думают нас, как зайцев, погонять.

Развязываю наконец узел. Вижу в темноте. Два «макара» с глушителями и по четыре обоймы к каждому. Глушители навинчивать некогда. Будет вам сейчас, бляди, Великая Отечественная…

— Перепутал, черт, — бормочет Леха. — У меня в другом тайнике АКМ и гранаты.

— Ползи в сторону и прячься за дерево.

Леха забирает ствол и уползает. Передо мной дерево, и я подгребаю к нему. У бандюков только два фонарика. Фары до рощи не достают. Идут, гады, смело — думают, что мы с пустыми руками. Встали жидкой цепью, эсэсовцы сраные. Чуть мимо идут. У крайнего фонарика нет. Зато АКМ в руках. Ну держись, гестаповец херов!

Когда крайний оказывается рядом с деревом, я делаю короткий шаг из-за ствола и бью рукояткой ему в висок. Подхватываю падающее тело и рывком сворачиваю шею. Подбородок, затылок, рывок — элементарно. Элементарный труп… Выходит все тихо. Ветер громче дует.

Лехино тело маячит за соседним тополем. Тополя это, кажется. На тополях листья долго держатся…

Автомат не берем. Идем на цыпочках в сторону того, что с фонариком. Вот он останавливается, начинает поворачиваться в нашу сторону.

— Костя? — спрашивает.

Я делаю знак Лехе, и он садится на корточки. Я достаю глушитель и навинчиваю на ствол. Войны не будет, господа, просто мочилово.

— Костя? — переспрашивает тот, у кого фонарик.

В белом сегменте хорошо видно его крупное тело в длинной куртке защитного цвета. Цвет не спасет ни фига.

Прицеливаюсь и спускаю курок три раза. «Пук, пук, пук» — всех-то делов. Фонарик падает вместе с телом… Мудак — это не Буревестник, это труп.

Машу Лехе. Подходим к мудаку. Готов парень. Не мудак больше — мясо. Поднимаю фонарик и выключаю его.

— Возьми. — Протягиваю фонарик Лехе, и тот забирает.

Спешим на цыпочках обратно к дороге. Эти кастраты могут что-нибудь и с машиной сотворить! Возле БМВ маячит одна фигура. Всматриваюсь. Да, один кастрат всего.

— По команде осветишь его, — шепчу Лехе и, стараясь не шуршать листьями, отваливаю чуток в сторону.

Бодигард следит за моими движениями. Машу рукой, и Леха включает фонарик. Попадает точно в голову. Голова стриженая. «Пук» — попадаю и я в голову. Только из «макара». Нет головы больше. Леха фонарик выключает. Выбегаем на дорогу на цыпочках. Кастрат без головы еще дергается. Вместо башки у него теперь кости, мозги и кровь.

— Добей, — приказываю Лехе, — чтобы тело не страдало.

У парня тоже на стволе глушитель. «Пук» — вот и конец мучениям. В роще еще двое бродят, ищут, дурни. Ждем их возле БМВ на корточках. Вот и их тени появляются. Выкрикивают имена тех, кого потеряли. Кричите, кричите. Перед смертью не накричишься! Выходят на дорогу несколько в стороне. Кричат имена и идут к машине. Мудак повыше, а кастрат пошире. Мудак светит фонариком. Луч освещает дорогу и отражается в лужах. Мне спешить некуда, поскольку обойму я уже поменял. Когда полоска света касается моих кроссовок, я поднимаю ствол и расстреливаю мудака и кастрата в упор…

БМВ сидит в колдобине крепко, но мы ребята спортивные — сталкиваем ее все-таки на обочину. В багажнике БМВ Леха находит полную канистру. Хорошо мудаки подготовились. Сейчас от них и следа не останется. Тела подтаскиваем за ноги. Чтобы в кровище не измазаться. И тех, что в лесу сдохли, приходится выволакивать. Но мы ребята спортивные. В Индии, кажется, покойников сжигают. Мы-то в России, но как будто в Индии. Леха обливает тачку бензином, а я закидываю в салон оба наших ствола.

Костер вспыхивает до небес. В его свете удобно возвращаться на шоссе. Теперь я за рулем, а Леха спит.