Дикий Космос
Шрифт:
Он шутил. Как он мог об этом шутить? Тут не было ничего веселого. Это было ужасно. «Вы хотите, чтобы я - предупредил вас? Может мне стоит сначала сосчитать до трех?»
Оби-Ван посмотрел на него. «Бэйл.»
Ох. Ну, ладно.
Он сделал это. Шипящий электронный звук. Тошнотворный запах, смесь горящего хлопка и плоти. Глаза широко распахнулись. Спина выгнулась дугой. Оби-Ван сдержал свою боль и попытался отправить мысленное послание через кристалл ситхов. Спустя мгновение он помотал головой.
«Не получилось. Снова.»
О, боже.
За пределами Республики, на планетах где не существовало нравственных норм, одни разумные существа мучили других ради власти или поживы. Испытывая отвращение, он всегда задавался вопросом, как кто-либо мог совершать подобное. Сознательно, равнодушно, причинять боль кому-то другому. Даже получать от этого удовольствие. Или, наоборот, не чувствовать ничего вообще.
Его тошнило. Ему хотелось плакать.
Когда касание светового меча ожгло его во второй раз, глаза Оби-Вана погасли. Лихорадочный пульс бился у основания его горла. С глухим стоном он еще раз попытался достичь Храма Джедаев.
«Нет», — сказал он, стиснув зубы. «Снова».
Испытывая дурноту, Бэйл зажал рот тыльной стороной ладони. Вот и все. Последний раз. Больше я этого делать не стану.
И чтобы удостовериться, убедиться полностью, он глубоко вздохнул... и вложил силу в прикосновение ярко-синего клинка.
Пришедший голос был слышен так слабо, что сперва, Йода, погруженный глубоко в медитацию, подумал, что ему это показалось. Подумал, что спит или впадает в серьезное заблуждение предаваясь бесцельной надежде. Он ждал очень долго, не получая ответов, и уже начал опасаться худшего.
А затем он услышал его еще раз, уже гораздо сильнее. Ярким от боли... и окрашенным тьмой. Голос Оби-Вана... его мысли... вне всяких сомнений. Однако каким-то образом его присутствие в Силе было пронизано темной стороной. Йода редко признавал, что встревожен... но горький вкус присутствия ситхов в их общении являлся законным поводом для дурных предчувствий. Тот отголосок другого, злобного голоса... умри джедай, умри джедай.
Проталкиваясь сквозь злобу, он погрузился глубже, чем когда-либо до этого момента, осмеливался зайти, открываясь, пока сам не стал практически беззащитен. Мысли Оби-Вана хлынули в него, отчаянным гомоном, так, словно тот был напуган, и не мог поддерживать связь. Путаница в подробностях, которые он передавал, была столь же тревожной, как его страх, и тот привкус темной стороны; телепатия почти никогда не была особенно точна. Чувства, впечатления, да. Но указание определенных галактических координат? Запросов о точном расположении? Нет. Отвратительное сообщение. Отвратительное, для светлой стороны.
Затем, так же внезапно, как вошел в контакт, Оби-Ван исчез. Не умер, но так, будто замкнуло схему голопередатчика.
Не обращая внимания на столь поздний час, Йода разбудил Мэйса Винду.
«А вы уверены, что это был Оби-Ван?» — спросил Мэйс выслушав его в сосредоточенном молчании.
Йода кивнул. «Да.»
Закутавшись в халат, Мэйс соскользнул с края своей кровати и подошел к окну. Яркие ночные огни Корусканта заиграли на его суровом лице. «Вы собираетесь сделать то, что он просит?»
«Выбора нет у меня. Джедаем более рисковать не можем мы. Смертельная ловушка Зигула эта.»
«Да», — произнес Мэйс, оборачиваясь. «Но кем расставлена? Дуку? Или этим таинственным Дартом Сидиусом?»
«Хотя нападения на джедаев ситхи совершают, один другому подобен. Важно то лишь, что неудачу потерпели они.»
«На этот раз,» — сказал Мэйс.
Они уставились друг на друга, вполне осведомленные о надвигающейся все ближе тени темной стороны.
«В себе следует нам хранить это,» — произнес наконец Йода. «Большего пока не поймем мы.»
Мэйс кивнул. «Согласен.» Затем он вздохнул. «Вы повидаетесь с ней немедленно?»
«Постараюсь я,» — сказал Йода. «Времени, впустую тратить не можем мы.»
Медленно и неохотно, нащупывал он свой путь назад к сознанию, следуя за знакомым, настойчивым голосом.
«Оби-Ван. Оби-Ван, это сработало?»
Он откашлялся. Боль в ноге стала просто невозможной. Она была настолько ужасной, настолько разрушительной, что на самом деле ему оставалось лишь хохотать.
«Оби-Ван!»
Бог ты мой. Бедняга Бэйл. Тот казался довольно сердитым. С трудом подавив истерический припадок и приоткрыл глаза. «Да», — сказал он, ужасно изменившимся голосом. «Это сработало. Помощь идет.»
Бэйл покачнулся на ногах, потом резко сел. «Держите», — сказал он, и чуть ли не швырнул в него выключенный световой меч. «Заберите это. Заберите его.»
Движение лишь растопило боль, усилив ее до новых неистовых высот, но это был его световой меч. Он сомкнул пальцы на знакомой прохладной металлической рукояти. Почувствовал, как мир возвращается вновь становясь единым целым.
Лицо Бэйла осунулось, он смотрел в упор. «Сколько времени пройдет, пока нас спасут?»
«Я не знаю. Несколько дней.»
«Несколько дней,» — повторил Бэйл. «Если мы будем осмотрительны, нам хватит припасов. Но сможете ли вы продержаться так долго?»
Весьма интересный вопрос. К его стыду единственным ответом было очередное ‘Я не знаю’. «Возможно».
«Возможно?» — Бэйл сейчас казался раздраженным. «Что черт побери вы имеете в виду под этим ‘возможно’? Я не затем прошел через все это, чтобы смотреть, как вы умираете. Мастер джедай, вы никуда не уйдете, я ясно выражаюсь?»
Нашептывающий, дразнящий, настойчивый голос ситха был слышен, проникая даже сквозь всю его ослепительную боль.
Умри джедай, умри джедай, умри джедай, умри.
«Это может оказаться не в вашей власти, Сенатор Органа.»
Бэйл взглянул на красно-черный кристалл, брошенный на сухую землю. «Вы точно уверены, что у вас получилось связаться с Мастером Йодой?»
«Да», — ответил он, вспоминая прикосновение того древнего, упорядоченного, отчаянно пытливого разума. Снова испытывая чувство потрясающего облегчения.