Дикий Космос
Шрифт:
Не теряй голову, Анакин. Не позволяй самонадеянности брать верх над тобой. Ты способный... ты незаурядный... но ты не совершенен. Пока нет.
Йода рассматривал его, склонив голову набок. «Проницателен юный Скайуокер,» — сказал он. «Обеспокоен ты, Оби-Ван. Какое затруднение привело тебя сюда?»
Затруднение. Наконец нашлось подходящее слово. «Магистры, я получил кое-какие тревожные сведения. Есть вероятность, что мы в скором времени столкнемся с прямым нападением ситхов.»
Йода и Мэйс Винду уставились друг на друга, затем, снова на него. «Расскажи нам,» — молвил Йода.
Долгое время после отъезда Оби-Вана Кеноби, Бэйл с Падме сидели в тишине. Хоть он и не мог себе позволить тратить время впустую. Несмотря на то, что его день был забит с верху до низу и от края до края различными обязательствами. Он был бессилен перед чудовищностью ситуации, ее последствиями. Растерян. И под всем этим... напуган.
Древний враг, которого страшатся джедаи. Потрясающе. Как раз тогда, когда я думал, что дела хуже уже идти не могут...
Падме, сидящая напротив него, пошевелилась. «Извините, что я накричала на вас. Простите, что назвала вас лицемером.»
Он печально улыбнулся. «Мне жаль, что мне пришлось хранить подобные тайны. Это было не легко... но у меня не было выбора.»
«Я знаю», — сказала она. «Я понимаю. Иногда тайны необходимы.»
«Что не делает хранение их более легким.»
«Нет. Я полагаю нет,» — с легкой грустью в голосе сказала она. «Бэйл, вам не стоит беспокоиться. Я буду хранить это вместе с вами.»
Он ощутил внезапное острое облегчение и смутился. «Вы уверены? Я знаю, что я поставил вас в затруднительное положение. Я никоим образом не желал этого. Я просто...» Он пожал плечами и вздохнул. У него не было слов.
Ее глаза на миг потеплели. «Вам нужно было кому-то доверять. Я рада, что вы выбрали меня.»
Он выудил очередную улыбку. «Я тоже.»
«И Оби-Вану вы тоже можете доверять. Действительно можете.»
Мастер Кеноби. «Он довольно жутковатый, не так ли? Даже для джедая.»
«Только слегка,» — согласилась она и скорчила гримасу.
«Кажется, будто вы двое... близки.»
Она ошарашенно уставилась на него. Затем покачала головой. «Нет. Вовсе нет. Во всяком случае... скорее...» Она теребила локоны своих, собранных в свободную прическу, волос.«Это сложно.»
Была ли она влюблена в Кеноби? задумался он. Если так, сложно - не вполне описывает ситуацию. Она доверяла человеку, это было вполне очевидно. Кеноби, также доверял ей, и это было любопытно. Быть может это не любовь, но что-то там между ними определенно было. Нечто большее, нежели вежливое знакомство или простой обмен политическими любезностями между Сенатом и джедаями.
Но это не моё дело. Ее жизнь касается лишь ее самой.
«Мне действительно нужно идти,» — вставая сказал он. «Спасибо. Ещё раз. Если я услышу что-нибудь новое от своего информатора, обещаю, что скажу вам.»
Она также, с мрачным видом, поднялась на ноги. «Только если вы тоже этого хотите. Только если я могу чем-то помочь. Но не потому что вы, Бэйл, чувствуете себя виновным. Решения, принятые из-за чувства вины, как правило, оборачиваются очень плохо для всех.»
«Верно», — признал он и удалился.
Бесконечно долгий день тянулся невыносимо медленно. Бэйл сделался раздражительным, слегка рассеянным, немного напуганным. Он в любой момент ожидал, затаив дыхание, вызова в Храм Джедаев. Ничего не происходило.
Возможно это все лишь ложная тревога. Весьма возможно это единственный раз, когда мой информатор ошибся.
Или, возможно, джедай решил, что он сделал своё дело и не желал более иметь с ним ничего общего. Падме была права в одном: Мастер Кеноби недолюбливал политиков. Даже его знаменитая джедайская учтивость и сдержанность не вполне смогли скрыть его затаенное презрение.
Он встречался с Падме дважды, один раз на их ежедневном совещании по безопасности, и затем снова на кратком созыве Сената, когда комитету потребовалось проголосовать за увеличение налогообложения на военные расходы от ассоциации Центральных Миров.
Его встреча с другими представителями ассоциации, вскоре после этого, оставила его с поистине необычайной головной болью.
После этого он был сожран заживо внутренними проблемами: встречами с гражданами Алдераана, подающими прошения, заявляющими протесты, просящими помощи.
Подскажите мне снова, почему я хотел быть сенатором?
Время приближалось к полуночи прежде, чем ему наконец удалось вырваться. Опустошенный, разбитый, он едва ли не ввалился, пошатываясь через свою входную дверь. Слишком усталый даже для восстанавливающего утешения кореллианским бренди, он направился в спальню и упал лицом вниз на кровать.
Даже его сосуды ныли от боли.
Сон грубо обрушился на него, отправляя в забытье. Но забытью не дано было продолжиться до восхода солнца. Секретный комлинк, во внутреннем кармане туники, разразился гудками...
Испытывая тошноту от недостатка сна, он уставился на расшифрованное сообщение. Повторно расшифровал его, просто на случай, если ослабленное состояние подтолкнуло его к совершению роковой ошибки. Ничего подобного.
Что ж...станг [2] . Это не совсем то, что я имел в виду.
2
Станг – ругательство на языке жителей Алдераана
Не обращая внимания на неурочный час, он связался с Храмом Джедаев. «Мне необходимо поговорить с Мастером Оби-Ваном Кеноби. Это не терпит отлагательств.»
«Сенатор, Мастер Кеноби в настоящее время не доступен. Возможно, вы хотите оставить сообщение?»
Сообщение. Его жизнь только что перевернулась вверх дном, а он должен был оставить сообщение? «Да. Хорошо. Скажите ему, что мне необходимо повидаться с ним как можно скорее.» Помедлив, он добавил «Он знает, зачем.»
Джедай на другой стороне этого безумного разговора на мгновение умолк. «Да, Сенатор,» — произнес он. В его голосе прозвучало неодобрение. Очень жаль. «Я передам вашу просьбу при первой же возможности.»