Чтение онлайн

Второй этаж выглядел так, будто его наполняли рабочие кабинеты. Простые пластиковые двери с цифрами располагались на большом удалении друг от друга, и Илья всякий раз напрягался, проходя каждую из них. Пока ему везло: никто не вышел, не закричал, поднимая тревогу, не набросился на него… Всё было совершенно тихо. По крайней мере, до тех пор, пока Илья, максимально замедлившись, чтобы исключить скрип тележки, не прошёл мимо двери, за которой скрылся молодой блондин.

Лестница была совсем близко, буквально в нескольких метрах. В одной из её стен бетон был заменен стеклом, простирающимся на все этажи. За ним в скудном фонарном свете можно было разглядеть мерцающую бликами реку: здание находилось плотную к водоёму.

Внутренне ликуя, Илья собирался уже преодолеть эти последние шаги до лестницы, как из-за двери раздался уверенный голос черноволосого элементаля:

— Откуда у тебя эта информация?

— Мы с боссом моей банды были в помещении, когда они договаривались. — голос блондина ненадолго остановился, словно он с усилием сглотнул слюну. — Они говорили, что встретятся через неделю. Там же, в «LB». Это было вчера, и получается, что осталось шесть дней…

— Я и без тебя умею считать, — отрезал черноволосый элементаль. Илья буквально почувствовал, как тот недовольно хмурится, и внутренне посочувствовал его собеседнику. — Ты уверен, что это Лазарев?

— Нет, то есть, да. Я наводил о нём справки, прежде чем напасть. Лазарев Игорь Константинович, тренер в боксёрском зале. Ошибки быть не может.

— С кем он был?

— Я не знаю, — помедлив, признался блондин. — Но его явно боялись члены банды… А, он тогда ещё сказал: «Не сможете противостоять Ветровым».

Семья из Дома Зевса? Интересно, — задумчиво протянул голос хозяина кабинета. Ну, или как минимум того, кто чувствовал себя хозяином. И кабинета, и положения.

«Чёрт. Они собираются напасть на Лазарева».

Если подумать, у Ильи не было ни единой причины, чтобы беспокоиться о молодом элементале, из-за которого вся жизнь врача пошла под откос. Если бы Лазарев не пришёл к нему на исследование, скольких проблем бы удалось избежать! Не уничтожили бы его кабинет, не напали бы на больницу, да что там — последних месяцев просто бы не было! И сейчас Илья с удовольствием смаковал бы дорогие напитки в компании какой-нибудь красивой женщины, а не сбегал бы из плена, прячась за металлической тележкой для еды. По всему выходило, что Лазарева надо было ненавидеть чуть ли не больше, чем тех, кто заточил Илью в плен.

Однако ненавидеть его было не за что. В отличие от других.

— Эй! Стой на месте!

«Чёрт. Всё-таки патруль», — обречённо констатировал Илья.

В конце коридора появились двое автолюбителей, которых он видел на третьем этаже. Обнаружив фигуру с металлической тележкой, которой тут по определению быть не должно, они тут же бросились к Мерцалову.

«Ну, я по крайней мере попытался, — Илья пытался успокоить бешено стучащее сердце. — Сбежать теперь в любом случае невозможно. Я даже до первого этажа не доберусь — эти дуболомы скрутят меня уже на лестнице».

— Что там происходит? — недовольный голос из кабинета слился со скрипом отодвигаемого стула.

Патрульный, бежавший впереди, поднял руку, направив её на Мерцалова. И в этот момент Илья понял: никакого плена больше не будет. От рук охранников или от взбешенного черноволосого элементаля, который уже подошёл к двери — не так важно. Он умрёт здесь.

А если он в любом случае обречён, оставаясь на месте, — так почему бы не рискнуть?

Расстояние было едва достаточным, чтобы разогнаться. Мысленно уповая на то, что стекло не бронированное, Илья бросился вперёд, изо всех сил толкая перед собой жалобно визжащую тележку.

«Надеюсь, я захватил её не зря».

Сзади что-то ударило, опалив спину жаром и заставив Илью болезненно вскрикнуть. Но не остановиться: возможно, дополнительная инерция окажется кстати.

Раздался громкий стук резко открываемой двери, а затем — звон разбиваемого вдребезги стекла. Уже вылетев в окно, Илья краем глаза заметил, как выскочивший из кабинета элементаль провожает его задумчивым взглядом.

Вечерняя тренировка прошла не слишком продуктивно. Выложиться как следует не получилось несмотря на то, что Игорь, используя заранее заготовленную кровь, значительно продвинулся в силе своей стихии, научившись частично покрывать тело подобием брони. Не такого доспеха, как у Глазунова, или хотя бы Ксении, но даже небольшой слой лавы, появляющийся на руках и ногах Игоря, доставлял его оппонентам заметные неудобства.

Из дальнего конца зала за ним недобро наблюдал Тимофей. Михаил Сергеевич не ставил их вместе на тренировках, аргументируя это тем, что «считает это лишним», и смоляному элементалю ничего не оставалось, кроме как кидать на Игоря злобные взгляды. Последний, кстати, давно уже к ним привык, а сегодня и вовсе не обращал внимания.

Юля ему отказала. Сославшись на занятость и какие-то нелепые дела (как будто любое дело, кроме свидания с ним, может иметь значение!), она извинилась перед Игорем, отнесла опустевший поднос на мойку и покинула столовую. А он остался, размышляя над тем, что он сделал не так.

Такие же мысли преследовали его и на тренировке, когда он принял песочный кулак Кейна на грудь, полыхнувшую лавой благодаря заранее нанесённой на неё крови, и отбросил противника на маты, тут же догнав его и обозначив сверху несколько ударов по жизненно важным органам. Кейн поднял руки, признавая поражение, но Игорь уже отошёл от соперника и сел в углу. Вопреки обыкновению, он не наблюдал за чужими спаррингами, полностью уйдя в свои мысли. Где он совершил ошибку?

По всему выходило, что нигде. Игорь был предельно вежлив, не давил и не настаивал — просто предложил продолжить приятное для обоих, как ему казалось, общение в неформальной обстановке. Даже на культурный отказ отреагировал с достоинством, спокойно пожав плечами и выдав что-то вроде «ну нет, так нет». Однако отказ оставался отказом, и теперь Игорь в тысячный раз мысленно возвращался к обеду, вновь и вновь прокручивая события у себя в голове. Интересно, что сказал бы на это Филипп?

После ночного выезда Игорь с ним не виделся. Скорее всего, он выдал бы что-нибудь в духе «ну не получилось и не получилось, забей», либо в очередной раз завёл шарманку на тему крутизны. Игорь улыбнулся. Что было по-настоящему крутым — предпринимать новые попытки или просто принять отказ и отпустить ситуацию? По всему выходило, что оба варианта. Но у него не получался ни один из них.

— Слушай, а почему Филипп Кратов не в отделе элементалей? У него ведь есть сила стихии, — обратился Игорь к Артуру. Его приятель только что закончил спарринг с Прилепиным, не без труда измотав соперника и одержав победу болевым приёмом. Недостаток силы элемента курчавый парень с лихвой восполнял борцовскими навыками.