Дезертир
Шрифт:
– Ты, кажется, был в эшелоне.
– Так точно, господин полковник.
– Кто с тобой?
– Рядовые Кай Дорф, Адольф Граббе, Генрих...
– Генрих? Да, к черту, я все равно никого не запомню.
– Мы все с того чертого поезда...
– Да, вы все с того чертого поезда поезда. Я догадался. Будем считать, что больше никто не уцелел, но и этого достаточно.
– Какие будут приказания, господин полковник?
– Да разнести тут все к чертовой матери.
– Старое доброе ремесло...
– Давайте, господа, так. Разделитесь по двое и обшарьте дома, сразу никого не убивать. Я сам решу.
Полковник подошел к остальным пяти, которые незамедлительно построились, нашел самую ублюдочную морду. И вдарил хорошенько прямо в нос, после чего, схватив морду за уши, подвел к своему лицу.
– Имя, рядовой!
– Кай.
– У тебя очень заносчивый вид, Кай. Меня надо слушаться, ты понимаешь?
– Так точно, господин полковник.
– И ты не будешь сразу никого резать, а сначала приведешь ко мне, а я решу, так?
– Так точно, господин полковник.
– Хорошо, мой мальчик.
Генрих поцеловал жертву в лоб.
– Это поганые славяне должны терпеть боль, а мы, немцы, должны восседать на троне, и давить их ножками этого трона. Так давайте же устроим здесь небольшое королевство...
– Вперед! Обшарить все дома! Всех жителей в центр деревни, сегодня будет праздник!
Полковник Генрих Майн распахнул дверь первого домишки, который попался ему на пути, и вошел внутрь...
.......
– Ты неправильно держишь, парень.
– А в чем дело? А как надо?
Рыцарь стоял на корточках перед Солдатом и пытался вынуть из земли копье племени Ху-Дгэнг, которое обитает на островах Гы-Нбу.
– Ну что ты стоишь, Солдат. Помоги мне.
– Послушайте, Рыцарь! Половина этой ржавчины, что вы мне принесли, годится разве что для краеведческого музея, у вас в лесу тут есть краеведческий музей?
– Ладно, не строй из себя умника. Был у нас один такой, давно это было, так вот мы его...
В этот миг из чаши вылез Волшебник, и недосказанные слова Рыцаря повисли в воздухе.
– Стоит ли ссорится, благородные люди... Пусть возьмет то, что ему подсказывает сердце.
Стоун схватил винтовку М-16 и зачем-то прихватил меч, называемый Эскалибур.
Мгновенно Рыцарь навешал на него и другое оружие, разве что копье так и осталось воткнутым в землю.
– Волшебник, Рыцарь, вы куда?
Фигуры начали таять.
– Я же еще не готов?
– Стоун ничего не мог понять.
– Вниз, спускайся вниз с холма, - принялись монотонно бубнить две расплывающиеся фигуры, - к вечеру выйдешь. Вот там ты и нужен.
– Вы не научили меня всему.
– А как же твои занятия в форте Брегге?
– Я не был в форте Брегге, вы меня с кем-то путаете. Я простой пехотинец. Я просто...
– Нет, ты не просто, - совершенно отчетливо произнес Рыцарь, - ступай. Сделай то, что должен сделать.
– И не бойся, - продолжил Волшебник, - мы-то тебе уже вряд ли чем поможем.
Фигуры уже полностью растаяли, осталась ?????????????лишь легкая дымка, и тихий голос еще продолжал говорить:
– Мы надеемся на тебя, Солдат... Очень надеемся...
И все, как будто ничего и не было. Ноги Стоуна понесли его вниз с холма, и он не заметил, как уже рубал мечом странные заросли непонятной растительности, как пробирался через топкие болота по грудь в вонючей жиже, как полз по песку и снова бежал через лес.
К вечеру Солдат вышел к деревне. За плечом висела винтовка, на поясе удачно примостился меч, а рука сжимала копье племени Ху-Дгэнг, некогда могущественного покорителя островов Гы-Нбу, ныне совершенно потерянного для истории и истребленного.
– ... Странно, - прошептал сам себе Солдат, - кажется я уже здесь сегодня был, все здесь очень знакомое.
Деревенька простиралась у самых ног Солдата, казалось, что с небольшого возвышения он мог просто ступить на нее, и подобно песочному замку, обрушатся домишки, собьется все в одну кучу, да и рассыпется, и жди вот, пока кто-нибудь возьмет - соберется да слепит новую...
... И он ступил.
Проходя по мосту, Солдат услышал в одном из домов голоса, смех и крики, тогда как другие избушки были все равно что вымершие. Нигде не горело свечи или лучины, и только в одном месте, в одном доме, в том, откуда он вышел, откуда был выброшен темной злой силой, и сейчас ему нужно было сразиться с этой силой и победить, а если и не победить, то по крайней мере стараться изо всех сил, потому что он обещал, потому что он единственный, кто может...
... но кому, кому было дано обещание?
Перед ним поплыли образы, неясные, неотчетливые. Это был и смешной маленький человечек из леса, и высокий мужчина с лицом воина, вечного воина... и Она, которая привела его сюда, только ради нее он мог вернуться и победить. А обещание он дал себе.
В голове закружились туманные сладкие воспоминания, желания прикосновения к тайнам, успокаивающий шепот и ощущение того, что все будет.., будет хорошо
... вряд ли это его слова, но Солдат уцепился за них. Чужие чувства проникли вовнутрь и вселили уверенность.
– Я готов.
Ноги подвели его прямо к двери единственного освещенного жилища. Солдат стоял на небольшом расстоянии от двери. Его дух и тело сосредоточились на одном. На последнем, но единственно нужном задании. Его вновь окружала ночь, а туманные небеса, потерявшие всякие очертания, разразились потоком слез...
...
– Чертов дождь, опять зарядил . Почему он не может полить тогда, когда я этого захочу?
Полковник Генрих Майн сидел скроенном табурете, китель его был расстегнут, в одной руке дымилась последняя сигарета, тогда как другая сжимала стакан с местным мутным пойлом. За деревянным столом сгрудилась кучка его солдат. Почти все они были пьяны.