Чтение онлайн

— Что происходит? — окликнула его Младшая жрица. — Лерры расстроены.

— Они прокладывают дорогу, — отозвался Меч. — Дорогу до… до самого Зимовья.

Жрицы переглянулись, затем Старшая переспросила:

— Чтоони делают?

— Дорогу прокладывают, — громко повторил Меч, хотя уже подошел настолько близко, что кричать не было необходимости. — Они прорубили дорогу через чащобу, так что проводник нам больше не потребуется.

— Они могут это сделать? А как же лерры? — спросила Младшая жрица и потерла лоб.

— Похоже, особых трудностей у них не возникло, — пожал плечами Меч. — Лишь несколько царапин и порезов. У них защитная одежда и перья арра.

— Но тем не менее они потревожили лерров, — заявила Старшая жрица. — Очень многих лерров. Мы их слышим.

— И чувствуем, — добавила Младшая жрица.

Меч оглянулся туда, где сверкали мачете и стучали лопаты.

— Похоже, им на это наплевать.

— Ну так не им же тут жить! — воскликнула Младшая жрица. — Это наши лерры…

— Нет, — задумчиво возразила Старшая жрица. — Не наши. — Она поглядела на Меча: — Они остановятся у границы?

— Полагаю, да. Один из них что-то там говорил насчет танцев в нашем павильоне сегодня вечером. Не думаю, что они хотят причинить какой-то вред нам или чему бы то ни было в Безумном Дубе.

— Однако они растревожили многих духов — лерров земли, листьев и деревьев. А эти так просто не исчезнут.

Меч и сам это понял по шевелению в наваленных вдоль дороги кучах.

— И что они сделают? — с искренним любопытством спросил он.

Старшая жрица нахмурилась:

— Ну, постепенно они исчезнут… такие лерры, лишившись дома, лишившись материального объекта, к которому привязаны в нашем мире, со временем развоплощаются.

— Далеко не все лерры привязаны к предметам, — возразил Меч, глядя на меч в руке.

— Да, но лерры природы такие. Любой лерр, с которым умеют общаться жрецы, такой. Так называемые высшие лерры, абстрактные лерры — это прерогатива чародеев, а не жрецов, и я сильно сомневаюсь, что высших лерров волнует происходящее сейчас тут. Эти люди никак не задели интересов ветра, огня, силы, тепла и всего такого, они обрубают ветки, корчуют стволы и переворачивают землю.

— Значит, потревоженные лерры исчезнут…

— Постепенно. Но до той поры будут мстить любым доступным им способом. Они могут преобразоваться в уродливых призраков и досаждать своим врагам, начнут искать новое прибежище.

— Эти люди хорошо защищены, — сказал Меч. — У них перья арра и отличная прочная одежда.

— Ну, значит, им особо ничего не грозит, но я в любом случае не скоро пойду по той дороге, что они строят. И думается мне, нам стоит хорошенько приглядывать за скотиной и детьми в ближайшие несколько дней и опасаться дурных снов. — Она поглядела Мечу в глаза: — Они не сказали, чья это затея? Кто придумал так прогибать природу под свои прихоти?

— Лорд-Чародей, — ответил Меч. — Лорд из Зимовья.

— Вот как, — кивнула старшая жрица. Немного помолчав, она добавила: — Думаешь, тебе придется его убить?

Вопрос был не таким уж странным, как могло показаться. Лорда-Чародея избирали чародеи Барокана, так называемый Совет Бессмертных. Лорд-Чародей правил страной от Восточных Утесов до Западных Островов, и ему для этого даровалась огромная магическая сила. Он управлял погодой, ветром и огнем, имел власть над болезнями и дикими зверями. Он мог быть судьей и палачом любому оступившемуся чародею и любому преступнику, бежавшему из поселений в глушь.

Для контроля над столь колоссальным могуществом избирались восемь обычных людей и наделялись определенными магическими свойствами. Задачей восьмерки было физическое устранение любого Лорда-Чародея, превысившего полномочия во зло.

Меч, точнее Воин, был одним из восьми Избранных. Серебряный талисман, который он постоянно носил в кармане, связывал его с леррами силы и стали, делая величайшим фехтовальщиком, непобедимым в бою. В былые времена, если Лорд-Чародей сходил с ума, его чаще всего убивал Избранный Воин.

Меч — тогда его еще называли Крушилой, — когда ему предложили стать Воином, думал поначалу, что это звание чисто символическое: ведь уже больше века миновало с тех пор, как убили прежнего Темного Лорда, но всему хорошему рано или поздно приходит конец. Несколько лет назад Меч прикончил Темного Лорда с холмов Гэлбек одним ударом в сердце.

Но тот Лорд-Чародей уничтожил всех жителей мирного поселения, а этот всего лишь дороги строит. Разве может строительство дорог быть преступлением, заслуживающим смерти? Да, прокладка дорог нарушает природный порядок, но кому это по большому счету вредит?

А если Лорд-Чародей не свихнулся, никому не делает зла и не пытается превысить свои полномочия, то никакой он не Темный Лорд, и убивать его нет необходимости. Избранные отвечают не за поддержание порядка, а лишь за устранение Темных Лордов.

Старшая жрица ждала ответа.

— Надеюсь, что нет, — ответил Меч. — Очень надеюсь.

Дорожная бригада и впрямь добралась до Безумного Дуба до темноты. Задолго до темноты, по правде говоря. Солнце еще стояло на ладонь выше хребта, когда старший поглядел на просеку, которую они прорубили аккурат до пограничного камня — десятифутовой ширины полосу темной земли — и провозгласил:

— Бросай инструмент!

Толпа местных жителей, наблюдавшая с безопасного расстояния, не выходя за границу поселения, разразилась аплодисментами. Они уже некоторое время, пока дорога приближалась к границе, выкрикивали приветствия, и вот теперь, когда работа подошла к концу, встретили рабочих вопросами, одобрительными криками, похлопыванием по спине и рукопожатиями. Мысль о безопасной дороге до Ивового Берега захватила их воображение, хотя Меч не очень понимал, какой им с этого толк. Обитатели Безумного Дуба не так уж много путешествовали, и утрата проводника до Ивового Берега была воспринята лишь как некоторое неудобство, но отнюдь не трагедия.