Девятимечье
Шрифт:
Эпилог
Музыка насыщенной, тяжелой волной прокатывалась по спинам и крыльям семи драконов. Звук, казалось, полностью состоял из магии, он был пропитан ею и являлся ею. Четырнадцать распластанных по мрамору огромного зала крыльев разных цветов едва заметно шевелились в такт мелодии. Под мрачными сводами зала плавал темный искрящийся туман, к которому один за другим устремлялись становящиеся почти видимыми потоки музыки.
Нити сложнейших заклинаний сплетались в причудливую вязь, проникая в глубины всех слоев реальности, свивая воедино прошлое, настоящее, будущее, жизнь и смерть, любовь и ненависть, воду и огонь… Творилась высшая магия Предела.
Казалось, что почти неподвижно замершие в центре зала драконы не делают ничего – если бы не едва заметная дрожь крыльев, их можно было бы принять за мертвых или же за искусные статуи.
Но на самом деле семеро сильнейших Истинных Магов драконьего народа сейчас творили заклинание, от успеха которого зависела судьба несчастного мира, истерзанного своим вечным проклятием – Черным Владыкой Предела.
Отгремели последние звуки мелодии, концентрация тумана дошла до грани – казалось, он стал настолько плотным, что даже если потрогать кончиком крыла или лапой – наткнешься на упругую поверхность.
Сине-серебряный Эзеаренэльсайт первым покинул поле общей концентрации. Он открыл глаза, шумно выдохнул и устало склонил увенчанную рогами голову. В течение минуты его примеру последовали остальные.
– У нас получилось? – не выдержав, спросил самый младший из собравшихся – ему не исполнилось еще и трех тысяч лет, но относительно молодой дракон превосходил Силой даже старейшин Совета, и его могущество было сегодня необходимо как небо. Истинных Магов, наделенных Силой от рождения, а не получающих ее во время полета к Источнику, среди драконов были единицы, и каждый был бесценен.
– Скоро узнаем, – недовольно откликнулся Эзеаренэльсайт, расправляя затекшие крылья.
И тут из-под свода прямо в центр зала ударила плеть черных молний, расколов узорчатый мрамор. Драконы отшатнулись, ощутив невероятно концентрированную силу Предела.
Комок плотного искристого тумана медленно опускался на расколотые молниями плиты. Истинные Маги не отводили от него взглядов.
Мелодия нарастала, звук становился почти невыносимым, а потоки музыки при желании можно было разглядеть – и все эти потоки устремлялись к туману, струились вокруг него, срывая лишние клочья и бесследно развевая их. Постепенно из неоформленного темного марева соткалась человеческая фигура.
Эзеаренэльсайт взвился на задние лапы, распахивая крылья во всю ширь, остальные с секундным опозданием повторили его движение, смыкая крылья и образовывая вокруг туманной фигуры живую стену, и вкладывая остатки Силы в завершающее плетение заклинания.
Марево исчезло. На мраморных плитах на коленях стоял худощавый и очень высокий человек. С его лица с заостренными чертами медленно уходила судорога невыносимой, чудовищной муки.
Драконы ждали.
Через полминуты человек поднялся на ноги. На его изможденном, бледном лице нельзя было прочесть ни единой эмоции – только глаза, огромные, полностью черные, без белков и радужки, пылали яростным огнем.
– Что вам от меня нужно? – Тишину зала разрезал звонкий, высокий голос.
– Черный Властитель вернулся в мир, – ответил Эзеаренэльсайт, не отводя взгляда от пронзительных нечеловеческих глаз. – Скоро Аенгрост вновь будет охвачен Пределом.
Нииль улыбнулся.
– Не позволю.
И эти простые слова, произнесенные спокойным, безэмоциональным голосом, объявили новый виток войны драконов против Черного Властителя.
Влад Вегашин
Черный путь
Первая глава
Лучи солнца золотили стволы сосен. Волны с плеском бились в берег, временами выбрасывая на песок очередную порцию плавника. Водная гладь, отливающая алым в закатных всполохах, мерно покачивалась, словно от дыхания какого-то громадного зверя.
Резко дернув запястьем, Сергаал метнул в воду плоский, отполированный волнами камешек-гладыш, и, прищурившись, начал считать «блинчики». Один, два… пять… восемь… двенадцать!
«Личный рекорд, да?» — насмешливо поинтересовался Меч.
Хранитель от неожиданности вздрогнул.
«Где тебя носило?» — без особой надежды на ответ спросил он.
«Где носило — там уже нет, — отозвался Эстаи. — Как твои дела с Охотниками Элерты?»
«Как будто сам не знаешь, — Волчонок наклонился, подобрал еще один камень. — Они мне не верят. Идею о совместном походе против вампиров подняли на смех. На моей стороне всего несколько человек, и то, считая Сигурни и Йенну».
«А чего ты ждал? Что свободный город свободных охотников вот так просто возьмет, и поставит над собой какую-то там ожившую легенду, причем, прошу заметить, легенду очень хорошо забытую даже теми немногими, кто вообще ее знал?»
«Да ничего я не ждал. Просто мне казалось, что им надоело прятаться в лесах и отсиживаться за стенами, и что они действительно хотят уничтожить вампирскую чуму».
«Попробуй взглянуть на ситуацию с другой стороны. Пусть нет шансов на то, что кровососы будут истреблены — но, по крайней мере, есть защищенный город, куда ни один вампир не сунется, их жены и дети имеют немалые шансы вырасти и завести собственных, да и… Нет, даже не в этом дело! Так жили их деды и деды их дедов! Их отцы и матери растили детей в святой уверенности, что Элерта и Глерт — единственные оплоты человечества, что главная задача каждого мужчины — зачать как можно больше детей как можно большему количеству женщин, и обзавестись самым разнообразным и обширным набором украшений из вампирьих клыков. А главная обязанность женщины — родить пару-тройку карапузов, немного их подрастить, и тоже идти на Охоту! Они не воины, они — охотники! Они могут сколько угодно говорить о том, что вампиры — их враги, но на самом деле вампиры — их добыча. Против добычи не идут воевать, Сергаал. На добычу охотятся — и гибнут в ее зубах, если удача была не на стороне охотника. А ты предлагаешь им нарушить вековые устои, оставить город на попечение самых слабых, и идти воевать! Они же не знают, что такое война…»
«Эстаи, я все это прекрасно понимаю, — отмахнулся Хранитель. — Я не понимаю только, что делать теперь».
«А это уже тебе решать. Я тут не советчик — да и какой толк от тебя, если ты даже с такой проблемой самостоятельно справиться не можешь?»
«Я справлюсь», — упрямо бросил Волчонок, отправляя в волны очередной гладыш.
Эстаи умолк, возвращая Сергаалу видимость возможности побыть наедине со своими мыслями, а потом и вовсе куда-то исчез — молодой человек к тому моменту неплохо научился чувствовать, присутствует сознание Меча поблизости или же тот опять куда-то «ушел».