Девушка в полосатом шарфе
Шрифт:
– Кира! Это вы? Садитесь скорее, не то мне придется размораживать вас в микроволновке.
– Ой, Дэвид! Так быстро…
Она с удовольствием спрятала себя в теплую тишину автомобиля. Поначалу ее даже оглушило этой тишиной и перепадом температур. Но зубы по инерции продолжали стучать.
– Вы совсем замерзли.
Она молча кивнула и стащила беретку, не заботясь о том, какой у нее вид.
– Я с трудом узнал вас в этих полосках. – Он странно усмехнулся.
– Правда?
– Да-да. Вы в этих полосках стали какая-то настоящая. А строгий стиль вам не к лицу.
– Ну… спасибо.
– Да вы не обижайтесь. Они вам очень идут. Пеппи – длинный чулок, вот вы кто! – Дэвид тихо засмеялся, а Кира с глухим стоном отвернулась к окну. Надо было ей не страдать идиотизмом. От полосатых колготок Дэвид точно пришел бы в восторг.
Она немного помолчала. Надо было что-то говорить, потому что он явно желал услышать, зачем его позвали. А может, и нет…
– Дэвид, а вы знаете, что я – тоже из Праги?
Он с искренним восторгом уставился на нее:
– О! Вот так раз!
Кира улыбнулась и кивнула.
– Я здесь в командировке. Как и ваши друзья.
– И что же вы молчали? – спросил он на их родном языке.
– А… не было повода. – Она отвечала тоже по-чешски. – Вы в прошлый раз говорили, что собираетесь домой?
– Может быть.
– А теперь?
– Не знаю. Наверно, уеду. Мои… мои близкие не одобряют моего выбора и зовут домой. Да и дела идут не очень хорошо… Подождите, а откуда вы знаете, что я из Праги?
– Генри и Лео рассказали. Вы же все время отсутствуете.
– Каюсь… – Он смотрел на нее, улыбаясь.
Ее красивый, грустный Дэвид. Как же он прекрасен в эту минуту! Кира смотрела ему в глаза и вспоминала, как они стояли возле ее подъезда, только тогда – в его руках была зажата ее ладонь. Ей захотелось повторить этот миг снова. Ей захотелось, чтобы Дэвид вечно держал ее руку в своих ладонях и дышал на нее, спасая от холода. Ей захотелось…
В этот момент он быстро нагнулся через сиденье и поцеловал ее. Прямо в губы. Но так – легко и вскользь…
Киру прожгло всю насквозь и даже показалось, что на макушке догорает маленький фитилек.
Она инстинктивно потянулась навстречу, обняла его, и через секунду они уже бурно, неудержимо целовались, путаясь в шарфе Яна и в ее пальто. Кира пересела верхом на его колени, обнимала его, отдаваясь этому поцелую целиком и без остатка. А в это время мир переворачивался с ног на голову, свет сменялся тьмой, а оглушающие звуки резко разбивались о тишину машины… Когда она начала расстегивать на нем одежду, Дэвид внезапно остановился, мягко выставив ладонь вперед.
– Не надо, Кира. Вы потом пожалеете об этом.
– Нет! Я никогда об этом не пожалею!
– Кира, перестаньте!
– Дэвид, я тебя…
– Не говорите, прошу вас! – Он приложил пальцы к ее рту, они были мягкие и теплые.
Кира взяла его руку и прижала к своей щеке.
– Дэвид… – Она поцеловала его ладонь. – Ну неужели ты ничего не понимаешь?
В его глазах была мудрость:
– Ну почему же? Я сразу все понял. Еще когда мы познакомились. Ты так на меня смотрела!
– Когда познакомились?
Он легонько, словно извиняясь, поцеловал ее в подбородок:
– Поэтому я и не приходил на наши совместные прогулки. Чтобы не тревожить твое сердечко попусту.
Она отпрянула назад.
– Что?..
– Да, Кира.
– Нет! – Она закрыла лицо руками.
– Кира. Кирочка. Не обижайся, ты – очень хорошая девочка. Очень красивая, умная. Все у тебя будет хорошо. Но мы с тобой… это просто невозможно.
– Ну почему?!! – сипло простонала она.
– Я ничего не могу с этим поделать.
– Ты любишь… кого-то другого?
– Да.
– Дэвид… – Кира бережно, словно самое ценное, целовала его глаза, щеки, губы. Она пыталась запечатлеть в памяти каждый кусочек его лица, потому что больше никогда никого не сможет так самозабвенно любить. Никогда. Даже если у нее будет самая-самая счастливая жизнь с самым-самым любимым мужчиной, все равно Дэвид останется особенной страничкой ее истории… Страничкой, о которой она никому не расскажет. Разве что Яну, как лучшему другу…
– Но почему? – снова тупо повторила она.
– Почему я люблю ее? – Лицо Дэвида стало в этот момент просто прекрасным. Таким одухотворенным Кира его еще никогда не видела. – Я не знаю, почему люди любят. Просто любят. Благодаря или вопреки… Ты сама кого-нибудь любила?
Она с обожанием и пронзительной тоской смотрела на него, сжимая его лицо в своих ладонях:
– Теперь мне кажется, что нет. Пока не встретила тебя.
– Не может такого быть.
– Какая разница! – всхлипнула она. – Я хочу быть с тобой!
– Кира, ты сама не захочешь этого.
– Господи, ну почему?!! Почему – Эльзе можно, а мне – нельзя?!!
Он удивленно усмехнулся:
– Ты хочешь занять место Эльзы?
Она помолчала, немного отстранившись от него:
– Нет.
– Я тоже подумал, что нет. Тебе будет этого недостаточно. Тело без души тебя не устроит, ведь так?
– Так…
– Вот и хорошо.