Чтение онлайн

За столом, напротив, Пегги Дэвидсон слушала высокопарные речи доктора Ричардса и думала о своем:

«Скоро ли конец? Надеюсь, дети спят. Но вряд ли. Они заиграются со старенькой Анной. Странно, что некоторые люди дают званый ужин в сочельник… Вообще не стоило выходить из дома сегодня. Мне еще надо положить подарки в чулки детям. Можно будет уйти около девяти… Нет, слишком рано. Это может обидеть Родни. Он хочет, чтобы мы подружились с ней. Не представляю, как это возможно. Все равно, нельзя подавать виду, что нам здесь не нравится. Родни сегодня весел, как никогда. Кажется, что он пьян, но на самом деле он редко прикасается к спиртному».

Пегги бросила быстрый взгляд на доктора Принса.

«Все это притворство. На самом деле он несчастлив. А этот дом! Он больше похож на какую-то экспозицию в музее. На самом деле ему нужно не это, а дом, настоящий дом… Меня всегда удивляло, что Родни нравится сидеть в нашей гостиной, несмотря на то что там беспорядок, но теперь я его понимаю».

Несколько визгливый голос молодого человека нарушил бег ее мыслей. Поднявшись со своего места, тот поднял наполненный вином бокал:

– Леди и джентльмены! Я прошу вас выпить за успех талантливой хозяйки этого дома. Не знаю, ведомо ли вам, но она – автор сборника превосходных стихотворений, который вскоре выйдет из печати.

Родни нахмурился.

«Как он посмел! Черт бы его побрал! Какое он имеет право?! Откуда этот выскочка узнал? Он пришел поздно. Не похоже, что у Стеллы было время рассказать ему о сборнике…»

На скулах доктора заиграли желваки.

Под аккомпанемент удивленных возгласов и поздравлений гости опорожнили бокалы. Стелла поблагодарила за поздравления и шутливо сделала молодому человеку выговор за то, что он раскрыл ее маленький секрет. Тот начал уговаривать Стеллу прочесть что-нибудь собравшимся в гостиной.

Голос Родни не дал ей полностью насладиться представлением.

– Давайте будем праздновать, – переводя взгляд с Пегги Дэвидсон на ее мужа, сказал он. – Как ты, Питер?

– Все, что пожелаешь, Родни.

– Мы поедем в Шилдс. Там будет пантомима и прочее… Точно! Пойдем на пантомиму!

Родни, словно взволнованный ребенок, оглядел гостей.

Миссис Ричардс рассмеялась и утвердительно кивнула головой.

«Все же лучше, – подумала она, – чем слушать, как эта задавака распускает павлиньи перья из-за какой-то книжонки стишков».

– Простая детская забава нам не повредит, – сказал доктор Ричардс, отодвигаясь от стола. – Если леди согласны, то я – за.

Пришедшая с Гербертом Баррингтоном молодая женщина, судя по всему, без особых претензий, радостно восприняла новую перспективу.

Герберт Баррингтон глянул на Стеллу. Та, изо всех сил стараясь согнать с лица следы гнева, смотрела на мужа.

«Как он посмел?! Что это такое?! Мешать ее триумфу, портить званый вечер, и все ради того, чтобы пойти… Куда?! На пантомиму…»

Стелла, силясь сохранить хладнокровие, поклялась, что заставит мужа страдать. Придет время, и Родни горько пожалеет.

– Мне кажется, что для пантомимы слишком поздно, – стараясь выиграть время, сказала она.

– Нет, – не глядя на жену, отрезал Родни. – Сейчас восемь часов вечера. Первый сеанс заканчивается в половину, не раньше. Если мы быстро соберемся, то у нас еще останется время.

Не глядя на Баррингтона, он обратился к остальным гостям:

– Вы согласны со мной?

Послышались возгласы одобрения.

– Думаю, следует предоставить принятие окончательного решения хозяйке дома, – произнес Герберт Баррингтон.

Его глаза навыкате посылали понимание и сочувствие Стелле.

Хозяйка сделала паузу, дав гостям время проникнуться всей глубиной ее жертвы, а затем великодушно сказала:

– Ну, если вы этого хотите, то, пожалуйста… поедем.

– А вы прочтете нам свои стихотворения, когда мы вернемся? – попросил Герберт Баррингтон.

Белые руки с длинными пальцами умоляюще запорхали перед Стеллой, и она улыбнулась:

– Если вы пожелаете.

Женщины облачились в накидки, за исключением Пегги, которая была в простом сером пальто. Доктор Ричардс то и дело повторял, что одеваться надо потеплее, а то скоро повалит снег, и он не хочет, чтобы кто-нибудь из леди стал его пациенткой в ближайшее время. В холле Питер Дэвидсон стоял в стороне от остальных. Легкая улыбка играла на его губах. Он удивлялся поведению Родни… К чему этот неожиданный всплеск «животных инстинктов»? Ему это не нравилось. Если бы только эта поездка… Дело не только в ней. Родни что-то гнетет. Это очевидно.

Смеясь, гости расселись по автомобилям Принса и Ричардса. Машины тронулись с места. Через четверть часа они уже были в Шилдсе. Автомобили оставили в конюшнях на рыночной площади. Там бурлило море праздных гуляк и тех, кто пришел за покупками. Повсюду раздавался смех, слышалось пение. Ярко горели парафиновые факелы, освещая выразительно жестикулирующих «негритянских королей» с вымазанными ваксой лицами, знахарей, колдунов.

Их компания обошла толчею на рыночной площади и направилась по Кинг-стрит. Навстречу из театра хлынули зрители.

– Держитесь вместе! – крикнул Родни. – Первое представление уже закончилось. Сейчас повалит публика.

Стелла вздрогнула… Он ведет себя так, словно пьян. Но она прекрасно понимала, что муж трезв. Просто старается ей насолить.

Проведя всю компанию в относительно чистый угол вестибюля, Родни сообщил:

– Пойду куплю билеты в ложу, если получится, а вы оставайтесь здесь.

Они встали кружком, ожидая возвращения Родни. Питер и миссис Ричардс, добродушно подшучивая друг над другом, вели непринужденную беседу. Невдалеке, перед кассой, быстро продвигалась очередь тех, кто хотел попасть на второе представление. Мимо проходили задержавшиеся зрители первого.