Девушка, которой нет
Шрифт:
– Как у тебя получилось? Все работает.
Фея сохранила на лице предельно деловую маску:
– В три смены. Все нанятые получили хороший аванс. Вы не возражаете?
Присутствующим пришлось сделать серьезные лица, чтобы не прыснуть в кулачок. В принципе, они могли размножить и разбросать по шикарному офису, в котором уже трудились более тридцати человек, лозунг последних суток: «Деньги для нас не проблема».
– И что дальше? – спросил Кораблев. Несколько минут назад участники боевой группы единогласно избрали его генеральным директором новой компании «Наше Небо». – Когда ты планируешь блицкриг?
– Спасение человечества откладывается на три дня, – моментально ответила Фея. – Нужно подготовить договоры, рекламу, концепцию развития. Права на ошибку у нас нет. Вы подумали о моем гонораре?
Мужчины заерзали в своих шикарных кожаных креслах.
– Да, – неуверенно ответил Саня.
– Ну и?
– Возьми мое сердце… Возьми мою душу… – негромко пропел Кратер.
– Понятненько. Вариантов нет. У вас есть три дня, чтобы определиться.
Фея стремительно вышла из огромного кабинета. Свой черный халатик она так и не сняла. Можно только догадываться, какое количество сотрудников «Нашего Неба» трудились сейчас в предынфарктном экстазе, наблюдая за ее перемещениями по офису.
Только Оля, которую заставили переодеться в гражданское и назвали громкой должностью «менеджер проекта», с ненавистью взирала на свою более успешную конкурентку по покорению сердец демиургов.
– У меня голова опухла. Ничего не могу придумать. Любое достойное вознаграждение в нынешних условиях стало до неприличия недостойным, – посетовал Саня.
– Инфляция чудес угробит РТС, – заржал Шаман.
Gerard Presgurvic: «Les Rois De Monde (Romeo & Juliette)»
Накрывая тенью целые кварталы, над Москвой плыли гигантские дирижабли. Они казались застывшими в летнем безоблачном небе. Восемь разноцветных сигарообразных пятен заплетали над городом 8-образную петлю. На тугих боках пестрели надписи о вреде курения, защите правопорядка и охране окружающей среды.
Самыми крупными буквами все-таки было выписано название компании «НАШЕ НЕБО».
– Вот это фантазия, ma cherie! Вот это размах! – пролепетал Кораблев, прилипнув взглядом к окну. – Мэр Москвы не расстроится из-за такого самоуправства?
Шаман бормотал что-то нечленораздельное:
– Сила мысли… Джоуль и Гельмгольц переворачиваются… пришло время титанов…
Фея не выглядела польщенной. Многочисленные комплименты, прозвучавшие за последние два часа, она воспринимала как должное. Промежуточный результат работ потрясал – ровно в 15.00 (чтобы попасть во все вечерние новости) над Москвой появились восемь дирижаблей, точно копирующих «Графа Цеппелина-2LZ-130» длиной 245 м на двести пассажиров. Они были выкрашены в праздничные, яркие цвета.
Два дня она подбирала команды дирижаблей, звонила в любительские клубы воздухоплавания, изучала законодательство, правила управления, инструктировала…
Сегодня на брошенном колхозном поле недалеко от Перхушково произошел факт материализации – все, кто присутствовал, стояли с открытыми ртами, наблюдая возникновение на чахлой траве и трехметровых тысячелистниках гигантских дирижаблей, похожих на китов или древних чудовищ, беспощадно выброшенных на берег.
Потом погрузка, вереницы машин с цистернами инертного гелия, оплаченного почти как уральские самоцветы, дикие глаза шоферов, ощущения нереальности, сна и всемогущества.
Несколько пробных кругов над тихим подмосковным полем, аплодисменты и авансы-авансы-авансы, щедро раздаваемые, чтобы люди поверили, рискнули, вдохновились желанием изменить мир.
И так восемь раз.
Ей казалось – за десять часов она постарела минимум на сто пятьдесят лет.
– Короче, мы почти боги, – пробормотал Кратер.
– Сейчас то же самое можно сказать о любом человеке, – возразила Фея. – Вот стратегия спасения. – Она бросила на стол Кораблева увесистый том – страниц двести, не меньше. – Всю ночь творили. Посложнее, чем пончики остывшие материализовывать. С вас бонус. Учитывая, что все нынешние валюты стали беззубыми, расплачиваться придется кровью.
Фея подмигнула.
«Черствая она стала. Неживая. Когда мертвая была, во много раз человечнее казалась. Интересно, когда вышвырнет на улицу меня, Кратера, Костю-бухарика, соплюху Олю и сутенера Толю?»
– Массированная реклама начнется в 18.00 по всем федеральным каналам. Ролик уже смонтирован, с руководителями СМИ все согласовано, эфирное время оплачено.
«Как она успела за три дня? Ущипните меня. Это… это… Это – бессмертие…» – Саня постучал по титульнику стратегии, на котором значилось «ПРОЕКТ-2100»:
– Будущее, которое никто не смог угадать?
– Ага. Поэтому оно и жаждет расправы. Зашло со спины, накинуло мешок на голову и заработало бейсбольной битой.
Мужчины заерзали на стульях, словно бита оказалась у них в руках. Или голова попала в пыльный мешок.
– Ты подумала о том, как люди будут забираться на борт? – Шаман перебил вопросом общее оживление.
– По трапу. Потрудитесь прочитать стратегию. Там указаны тысячи мелочей, которые отвлекут людей от дел их насущных. Мелочи рассчитаны на любой характер, на любой тип личности, на любой кошелек… – Фея сделала паузу, торжественно развела руками. – Ну, господа, теперь вам следует выйти из своего добровольного заточения и поздравить коллектив, который пахал день и ночь.
Руководство компании «Наше Небо» направилось к своим работникам. Несколько скованно, растерянно улыбаясь. Хорошо, что за три дня они нашли время переодеться в относительно строгие костюмы, даже нацепить галстуки. Впрочем, все это богатство выглядело на демиургах несвеже и неопрятно.
Все, кто были в офисе, прильнули к окнам. Многие очухались после первого шока и уже верили своим глазам.
Фея долго говорила о корпоративном подвиге, о конструктивном духе единства, царящем в коллективе, о грандиозных перспективах развития компании. Апогеем ее выступления стал стремительный бросок к окну и вопль: