Чтение онлайн

Он медленно протянул руку и убрал прядь волос с ее лица. Едва он коснулся щеки Лейси, обоих будто обожгло. Они посмотрели друг на друга, и Лейси ощутила, что ей не хватает воздуха. Бобби нахмурился, и на его лице отразилась внутренняя борьба. Лейси почувствовала, как напряглось его тело.

В голове зазвенели тревожные колокола, и она поняла, что нужно как можно скорее уйти из офиса в спасительную толчею бара. Но у нее так колотилось сердце, что было трудно сдвинуться с места.

Их глаза встретились на полсекунды, а затем Бобби наклонился и прильнул ртом к ее губам.

У Лейси перехватило дыхание и смешались мысли. Ощущать его губы на своих губах было потрясающе – они были теплыми и возбуждающими, нежными, но и требовательными. Она закрыла глаза и замерла будто в ожидании чего-то: в ожидании притока воздуха в легкие, в ожидании этого... этого глубокого божественного прикосновения, которое каким-то непонятным для нее образом пробуждало ее тело. Но когда он раздвинул языком ее губы, все мысли исчезли.

Лейси отказывалась верить, что мягкое мурлыканье, которое она слышит, исходит от нее. Неожиданно этот звук был перекрыт тихим довольным смехом Бобби.

Оскорбленная, обескураженная и пораженная его поведением, Лейси уперлась руками в широкую грудь в надежде положить конец выходкам Бобби. Но как только он начал отстраняться от нее, она вцепилась пальцами в его рубашку и прижалась к нему.

Бобби посадил ее к себе на колени и снова прильнул к ее губам. Ощущение было острым и захватывающим, головокружительным и возбуждающим. Сильными руками он прижимал Лейси к своей груди, и она чувствовала, как растворяется в нем. Она вдруг поняла, что это и есть именно то, чего хотят от него все женщины по всей стране. Вот из-за чего они выстраиваются в очередь в надежде обратить на себя его внимание.

Когда соприкоснулись их языки, тело Лейси охватил огонь. Поначалу нежное, прикосновение его губ становилось все более требовательным. Он немного раздвинул ноги, так что ее ягодицы сместились к его паху, и она почувствовала его восставшее естество. Пульсирующий жар желания достиг самой сокровенной точки. Крепко прижимая Лейси к себе, Бобби просто пожирал ее. Он представлялся темным и опасным, как скользкая грань между здравым смыслом и острым желанием, и это завораживало ее. Ей хотелось поддаться, не думать о том, хорошо это или плохо, нырнуть в омут эмоций.

– Это сумасшествие, – прошептала она.

– Ты права. – Но Бобби не отпустил ее. Он провел губами по ее рту.

– В нашем контракте не предусмотрены поцелуи.

Лейси твердила себе, что нужно вскочить и бежать отсюда как можно дальше. Но чувства заглушили все логические построения.

– Наверное, в этом ты тоже права.

– Конечно же, я права, и ты знаешь это, – ответила она, наслаждаясь жаром его ладони, скользившей по ее спине. – Ты мне даже не нравишься.

Эти слова рассмешили Бобби. Он погладил ее руки, плечи, провел пальцем по ее губам.

– Это ничего, ты мне тоже не нравишься.

Лейси растерялась, а потом начала толкать его в грудь.

– Я не могу не нравиться тебе. Я всем нравлюсь.

Бобби многозначительно перевел взгляд на ведшую в бар дверь.

Лейси фыркнула:

– Ладно, я нравлюсь не всем. Но это лишь потому, что они по-настоящему не знают меня.

– Думаю, знают.

Лейси недовольно посмотрела на него.

– Ты просто невыносим.

– А в тебе слишком много снобизма.

– А ты... ты... помешанный на сексе качок, который думает, что все можно решить одним поцелуем!

Как только Лейси выпалила это, ее сердце замерло. Ей не нравилось то, что она сказала, но еще больше ей не понравилось то, как омрачилось лицо Бобби.

– Мы оба вели себя по-детски, – прошептала она. – Но ты действительно пробуждаешь во мне все худшее.

Ссадив ее одним легким движением, Бобби встал с дивана. С неестественно напряженной спиной он направился к двери, и Лейси почувствовала огромное сожаление. Ей не верилось, что она могла так обидеть кого-то после того, как сама на протяжении многих лет выслушивала обидные слова о матери-одиночке и о внебрачном ребенке.

– Бобби!

Он, не обернувшись, остановился у выхода.

– Мое последнее замечание было совершенно неуместным.

Бобби медленно повернулся и посмотрел на нее. Несколько долгих, томительных секунд его взгляд не отрывался от нее, а потом губы тронула улыбка.

– Только последнее замечание? Значит, ты собираешься и впредь называть меня невыносимым?

– Если ты не перестанешь обвинять меня в снобизме, – улыбнулась Лейси.

В его глазах засветились веселые искорки.

– Я подумаю об этом.

Он вышел, оставив ее наедине со своими мыслями. Все тело Лейси покалывало, что она пыталась объяснить реакцией на потерю крови, а вовсе не на подкупающую улыбку Бобби Мака.

Лейси не хотела думать о том, как ее рука вцепилась в его рубашку. О том, как далеко она зашла. Как ее рот вдруг словно взбесился, хотя она и сказала Бобби, что в их контракте не предусмотрены поцелуи. А чем они занимались бы в данную минуту, не скажи она ему те обидные слова? Нет, ей не нужен мужчина, она не хочет мужчину, особенно такого, как известный своими подвигами Бобби Мак.

Лейси решила, что независимо от того, хорошая она официантка или плохая, ей нужно вернуться в бар и посмотреть, чем там можно помочь. Похоже, посетителей удивило ее возвращение. Лейси вспомнила, как Бобби сказал, что она слишком зажата в общении с публикой, не подпускает людей к себе. Но как это – быть раскованной?

Словно готовый к схватке атлет, Лейси покрутила головой, потрясла руками, потом с гримасой от боли в руке, подобно Рокки, взметнула вверх сжатые кулаки в боксерском приветствии толпы.