Чтение онлайн

Пенелопа приняла его жертву, конечно, только из-за денег. Вначале Джессика, хорошо зная характер Тревиса, решила, что он просто дразнится. Вернувшись в последний раз из Корсиканы, он был в очень хорошем настроении. Может, именно теперь нужно завести разговор о переезде в собственный дом.

— Тревис, — сказала она по пути в магазин, — я должна кое о чем с тобой поговорить.

— Кое о чем, что давит сильнее корсета? — рассмеялся он.

— Это серьезный разговор.

— Хорошо, но в таком случае тебя надо подкормить в кондитерской, любовь моя.

Джессика вздохнула, надеясь, что он будет называть ее «любовь моя» и после разговора о переезде из дома матери. Подождав, пока ей принесут чай, ему кофе, поставят блюдо с пирожными, она произнесла:

— Я очень несчастна, живя у Пенелопы.

Его улыбка сразу исчезла.

— Из-за... из-за нее, — Джессика запнулась. — Не из-за...

— Джессика, — Тревис был очень серьезен, — надо более терпимо относиться к матери.

Он должен что-то предпринять. Гамлет Эрли ни за что не позволит им уехать.

— Но она совершенно нетерпима ко мне, — вздохнула Джессика.

— Я знаю, любовь моя, но Пенелопа... У твоей матери серьезные проблемы. То лекарство, которое она принимает...

— Я понимаю, Тревис, но ее... ее невозможно выдержать. Даже когда она выпьет свое лекарство и становится веселой, она говорит... говорит мне... совершенно безобразные вещи.

— Ты же можешь не обращать внимания, зная, что...

— Нет. Не могу. Не похоже, что я ей вообще нужна. У нее масса служанок и... и Хьюг. Они присмотрят за ней. Я не понимаю, почему мы не можем жить отдельно и изредка навещать их.

Тревис нахмурился. Он вернулся из Корсиканы с хорошими новостями. Братья Хеймил, владельцы бурильного оборудования, которых нанял Лукас для бурения скважины за пределами Бьюмонта, должны были начать бурение в конце октября. Все считали, что это будет впустую — тяжелая порода, плывуны, — но только не Тревис.

Кроме того, его усилия по добыче информации в заведении Фанни Портер были не напрасны. Хьюг связался с Вилд Банч3, пообещав поручительство по любым ценным бумагам, не являющимся предметом сделки, которые они могут взять при своем следующем грабеже. Хьюг уже даже получил деньги, хотя пока еще не сделал ничего противозаконного, чтобы Хартвиг мог его арестовать. До того как это случится, ни Хартвиг, ни Эрли не отпустят его, поэтому желание Джессики уехать откладывается. Может, ненадолго, но теперь...

— Милая, завести собственный дом — это очень дорого. Ты даже не представляешь, сколько нам это будет стоить.

— Мне кажется, у тебя достаточно денег. Если ты их не будешь тратить на подарки, которые мне не нужны...

— То, что я покупаю, мелочь по сравнению с тем, сколько нужно потратить на обустройство собственного дома. Я не говорю, что мы не должны или я не в состоянии. Но если мы так поступим здесь, в Форт Ворсе, это будет просто расточительство.

— Ох? — Джессика внимательно посмотрела на него. — В Корсикану?..

— ...или в любое другое место, где найдут нефть.

— Но ты же говорил, что здесь у тебя хорошо идут коммерческие дела?

«Черт! Логики ей не занимать!»

— Да, но все-таки мое основное занятие — нефть. Когда я здесь все закончу, мы уедем. Уже недолго осталось. — Он видел, что ей очень хочется спросить, как долго, и сказал:

— Я надеюсь, ты можешь потерпеть Пенелопу еще пару месяцев, ради меня.

Пораженная Джессика кивнула.

— Прекрасно, любимая, — ему было очень неловко. — А теперь в бельевой магазин.

— Но, Тревис...

Он даже не стал слушать. В минуту расплатился и потащил ее прямо в магазин, где решительно объявил хозяйке, что он человек женатый и пришел присмотреть жене корсет.

— Но, сэр, — смутилась хозяйка, — мужья никогда...

— Боже милостивый! — прервал ее Тревис, оглядывая безрукие и безголовые манекены, затянутые в корсеты. — Неужели ваша одежда заставляет дам терять руки и головы? В таком случае...

Продавщица хихикала, Джессика едва сдерживалась, но шокированная хозяйка чопорно произнесла:

— Сэр, я вас уверяю, что одежда, купленная у нас, не произведет неблагоприятного эффекта на вашу жену.

— Правда, мадам? Я просто не переживу, если моя половина потеряет руку или даже ногу, я вижу, что у ваших моделей нет никаких конечностей.

Джессика отвернулась, чтобы скрыть смех. Он был великолепен и делал все, чтобы развеселить ее и хоть на время заставить забыть Пенелопу. В то время как раскрасневшаяся хозяйка суетилась, чтобы показать ей самую дорогую модель, Джессика пробормотала:

— В настоящее время люди, пропагандирующие практичную одежду для женщин...

— Как те бриджи, в которых ты ездишь на велосипеде?

— Они-то как раз практичные, — согласилась Джессика. — В любом случае члены общества рациональной одежды не одобряют корсетов. Они говорят, что женщина не должна носить на себе одежды больше семи фунтов4 веса.

— Семь фунтов! — воскликнул Тревис. — Боже милый! Мадам, сколько весит ваш корсет?