Чтение онлайн

Я должен, просто обязан стереть все плохие воспоминания своей заботой, нежностью и любовью. Иначе труба. И я без нее не смогу – однозначно. Поэтому установка простая – она не должна больше никогда в своей жизни сомневаться в моей верности.

Так и лежал рядом с ней, вдыхал аромат спелой пряной сливы, балдел и не мог поверить в то, что наконец-то сорвал джек-пот. Моя Яся. Только моя и больше ничья! Руки по своей воле бесстыдно блуждали по ее телу, заставляя меня наливаться нетерпением и желанием.

Да, я хотел ее снова. Много-много раз, а потом еще столько же и опять по кругу. Мне было мало одной ночи. Я хотел полностью раствориться в нашей страсти, чтобы крышу окончательно и бесповоротно снесло от кайфа.

Сквозь приоткрытое окно послышался звук въезжающего в периметр дома автомобиля. Тихо выматерился. Напрягся, но с места не сдвинулся, а только еще крепче обнял свою девочку и уткнулся носом в ее макушку. Хорошо! До конца дней своих бы так тут и лежал.

В прихожей хлопнула дверь, и послышались голоса отца и Светланы. Всего пару минут и они замерли на пороге гостиной, я чувствовал их заинтересованные взгляды своей спиной. Осторожно выпутался из наших сплетенных рук и ног, встал и молча подошел к улыбающимся старшим.

А потом молча закрыл перед их любопытными носами дверь. Ибо нечего.

Вернулся на диван, снова запутался в любимом запахе и блаженно прикрыл глаза. Не смог утерпеть и прикоснулся губами к ее губам. Лизнул языком, тут же в моменте вспыхнул, застонал, еще сильнее стиснул ее в своих руках.

Завозилась и что-то неразборчиво забурчала, пробираясь маленькими ладошками под мою футболку. И тут же почти возмущенно:

– Ян, у тебя опять температура?

– Да меня рядом с тобой двадцать четыре на семь лихорадит, Ясь, – и хохотнул, хотя, если честно, действительно чувствовал себя неважно. Адреналин схлынул, и я вкусил в полную силу прелести своей болезни.

– Надо тебя лечить, – и тут же ответила на мой поцелуй.

Подхватил ее губы и тут же нагло набросился. И языки словно два обнаженных провода заискрили, соприкасаясь друг с другом.

– Согласен. Только пусть это будет в Хамовниках, а не здесь, – подхватил ее под попку и красноречиво прижал к своему разгоряченному телу, показывая, что у меня на уме совсем не микстуры и градусники.

– Аверин, тебе бы таблетки пить, а не…

– Предлагаю совмещать приятное с полезным, – и нагло засунул ладонь под ее джинсы.

– Ян, – стон, прикрытые глаза, откинутая назад голова, сбитое дыхание. О, да!

И венка на ее шее так показательно бьется для меня.

– Я такой до тебя голодный, Яся. Без шансов, знаешь ли.

Тихий смех и еще один глубокий поцелуй, чтобы потом замереть двумя каменными изваяниями.

– Так, молодежь, а пойдемте-ка чаю попьем, м-м?

Да-да, папа у меня чертовски тактичный мужик. Вот прямо ни дать ни взять, дипломат от Бога. Что б его черти драли!

– Ты почему не сказал, что мы в доме не одни? – заворчала Яся и тут же приподнялась на локте, – Привет, дядь Паш.

– Ага, привет, Славка. Давайте, шевелите булками, мы ждем вас на кухне, – и самоустранился.

И вот уже моя Яся, красная как рак, поспешно одергивает одежду и хмурит свои соболиные брови, качая головой.

– Ты меня стесняешься? – спросил я в лоб.

– Нет! – тут же возразила она.

– Тогда чего ты так нервничаешь? Предки давно в курсе нас. Да и я не хочу скрываться и прятаться, Ясь. Я хочу, чтобы, между нами, все было по-настоящему. Понимаешь, о чем я? Но, если ты сомневаешься, то скажи мне это сразу.

Губу прикусила, насупилась, громко сглотнула, а я в который раз сжался до размера молекулы от страха, что она моя не до конца.

– Мне больше не перед ними стыдно, а перед тобой. Ян, ты прости меня, что я тогда у себя наговорила. Меня несло и занесло, – поднимает на меня глаза, и я с удивлением вижу, что в их уголках собирается влага.

– П-ф-ф, ну ты нашла за что! Господи! Так мне и надо, вообще-то, – обнял порывисто, а потом поймал ее взгляд, – просто обещай так больше не делать. Ладно?

– Обещаю, – и сама подалась, чтобы поцеловать меня.

– А я тебе письмо написал, – пробормотал я где-то между поцелуями.

– Смску? Так я не получила, ты ж у меня в бане был, – смущенно отвела глаза.

– Настоящее, Ясь. На бумаге.

– Ох, да иди ты! И где оно? – нахмурилась.

– В Китае тебя найти пытается, – и она расстроено закатила глаза, а я рассмеялся, – предки сказали, что ты не вернешься еще год и я решил излить свои чувства на бумаге, как пресловутый Пьер Безухов.

Губы надула, и я дурашливо потрепал ее по голове.

– Там все тоже, что я тебе сегодня рассказал, Ясь, – утешительно улыбнулся я ей.

– Хочу письмо, – улыбнулась и легонько укусила меня за скулу и от этого ее привычного жеста в сердце заныло, но теперь уже спокойно, а не с тупой, пульсирующей болью.

– Я напишу тебе новое. Хочешь?

– Хочу.

И тут же мы оба вздрогнули, прежде чем опять погрузиться в долгий, сладкий поцелуй.

– Дети! – заорал с кухни мой отец, – Чай!

– Да, чтоб его, – скривился я, но все же подхватил Ясю и потянул в нужную сторону.

И, Господи, Боже, как же она стеснялась. Красная, как спелая помидорка, сидела напротив меня и ожесточенно нажевывала нижнюю губу. Смешная.

Светлана улыбается.

Мой отец тоже.

Я так вообще на восьмом небе от счастья.

А эта вот – посмотрите.

– Ну, Ян? – нарушил тишину мой родитель.

– Что? – в упор посмотрел я на него без тени смущения.

– Расскажи-ка мне, что ты будешь делать будущие два года пока Славка будет учиться в Китае, – и моя девочка тут же вскинула на меня испуганные глаза. Ага, уже и забыла, как строила наполеоновские планы.