Чтение онлайн

Выходило, что последним из членов семьи с Лаурюсом общался отец. Хинрик работал водителем автобуса. Несколько лет назад он переехал в Акюрейри [6] и теперь возил туристов на озеро Миватн. Как раз на севере он и виделся с сыном пару-тройку месяцев назад. Хинрик рассказал сотруднице полиции Акюрейри, что, по словам Лаурюса, тот приезжал туда с друзьями на какой-то концерт. Отец ничего не знал о подружках сына и не слышал о девушке, которая скончалась от передозировки в съемной комнате Лаурюса в Рейкьявике.

– А вы знакомы с теми, кто тогда приезжал в Акюрейри вместе с ним? – спросила представительница полиции.

– Нет, приятелей Ласси я не знаю, – сообщил мужчина. – Ну, кроме тех, что дружили с ним в детстве. А потом его занесло на кривую дорожку. Мы пытались ему помочь, но ничего у нас не вышло. Всего за какие-то пару лет Ласси совсем опустился, а вернуть его на путь истинный оказалось никому не под силу. Уж как его только ни лечили, к каким только специалистам мы ни обращались – все без толку. Его тяга к этой дряни победила. Сын воровал у нас деньги, а иногда и кредитки из бумажника вытаскивал. Братья поначалу помогали ему материально, но скоро заметили, что стоило одолжить ему денег, как он тут же спускал их на наркотики. Вот они и перестали давать ему в долг. Тогда Ласси перешел к кражам со взломом и грабежу. Однажды он сошел с парома «Норрайна» в Сейдисфьордюре [7] с полными карманами наркотиков – а тут полиция. Его под белые рученьки и на полтора года в тюрьму.

– И даже после этого он не изменился?

– Я два или три раза ходил к нему на свидания в тюрьму, – ответил Хинрик, – и мне показалось, что Ласси стремится начать жизнь с чистого листа. Он даже за учебу снова взялся. Но только вышел на свободу, как опять покатился по наклонной. Тогда я понял, что ситуация безнадежная.

Женщина-полицейский записывала слова Хинрика.

– Но вы ведь не думаете, что он причинил какой-нибудь вред той несчастной девушке? – спросил мужчина с не меньшей тревогой, чем мать Ласси.

– Нам необходимо с ним побеседовать, – ответила сотрудница полиции. – Большего я вам сказать не могу.

В ожидании заключения патологоанатома полицейские пытались раздобыть информацию о передвижениях Лаурюса в предыдущие дни. Когда удалось наконец переговорить с хозяйкой комнаты в цокольном этаже дома, где и нашли труп, выяснилось, что она как раз собиралась выставить Лаурюса вон по причине нарушения им правил проживания и из-за нескончаемых жалоб на его разнузданное поведение со стороны соседей.

Женщине было около шестидесяти лет, и она проживала в квартире на втором этаже того же дома. По ее словам, она сдала комнату Лаурюсу, чтобы выручить его. Раньше она работала волонтером в «Красном Кресте», и ей доводилось иметь дело с оказавшимися в трудной жизненной ситуации молодыми людьми. Когда она разместила объявление о сдаче комнаты, именно такой молодой человек по имени Лаурюс оказался одним из тех, кто приходил ее посмотреть. Он честно признался женщине, что недавно освободился из тюрьмы, где отбывал наказание за мелкие правонарушения. Хозяйка комнаты пожалела его, поскольку, будучи богобоязненной христианкой, не сомневалась, что вместо того, чтобы судить заблудшую овцу, лучше помочь ей вернуться в овчарню. Поэтому она и уступила Лаурюсу комнату за небольшие, или, как она выразилась, адекватные деньги. Молодой человек, однако, не заплатил ей ни кроны. Каждый раз, когда хозяйка осведомлялась, почему арендная плата до сих пор не поступила на ее счет, он делал круглые глаза и вопрошал:

– Но как же так? Ведь я ходил в банк вчера!

Лаурюс разыгрывал святую простоту так искусно, что можно было действительно подумать, что деньги не пришли из-за какой-то ошибки операторов банка. Затем он в очередной раз обещал, что решит проблему при первой возможности.

Еще хуже было то, что жилец превратил свою комнату в настоящий проходной двор, – личности всех мастей заявлялись к нему в гости в любое время дня и ночи. Будь на часах хоть три утра, они бесцеремонно и настойчиво жали на кнопку домофона, чтобы он пустил их в подъезд. Понятно, что такое положение дел крайне раздражало соседей, которые изливали свое недовольство на добросердечную хозяйку комнаты, поэтому ей в конце концов пришлось пообещать, что она попросит Лаурюса на выход в самое ближайшее время.

Тогда Ласси дал ей честное слово, что исправится, но вскоре принялся за старое, а через месяц его дружки устроили у подъезда такой мордобой, что пришлось вмешаться полиции, которая к тому времени уже перестала обращать внимание на жалобы соседей.

– Я даже не удивилась, когда в этом притоне нашли труп, – заявила полиции одна из соседок.

– Лучше б его самого прикончили, – добавил ее муж.

– А разве это не он убил девушку? – поинтересовалась его супруга.

Соседи не могли сообщить, как часто к Лаурюсу приходила Данни, да и вообще их особенно не интересовало, кто к нему захаживал. Для них это были какие-то безликие фигуры, которые периодически спускались в полуподвал или поднимались из него. Все гости Лаурюса дымили как паровоз, так что по всему подъезду вплоть до верхнего этажа разносился отвратительный запах. Качественный американский табак еще куда ни шло, но те из жильцов, кто в этом мало-мальски разбирались, утверждали, что так пахнут наркотики. Или еще что похуже.

– Да там сплошь наркоманы, – поделился с полицией мужчина с третьего этажа.

Было достаточно взглянуть на комнату, чтобы понять, что он недалек от истины. Там было шагу не сделать, чтобы не наступить на бутылку из-под водки или смятую жестяную банку из-под пива, которые были разбросаны по всему полу вперемешку с типичными принадлежностями для приема наркотиков. Валялись там и шприцы с иглами, и упаковки из-под сильнодействующих лекарств. Некоторые из этих препаратов продавались в Исландии, а другие ввозились в страну нелегально.

– Несчастная девчонка, – сочувственно покачал головой мужчина с четвертого этажа.

– За что боролась, на то и напоролась, – заключила его жена.

Проворочавшись в постели до глубокой ночи и в очередной раз проиграв своей хронической бессоннице, Конрауд включил компьютер, чтобы посмотреть, что творится во всемирной паутине. Новостные сайты писали о министре, который оказался замешанным в скандале, связанном с предоставлением помощи албанским беженцам, а также о провалившихся переговорах, целью которых было решить трудовой конфликт по поводу зарплаты.

Язык новостей начала сентября тысяча девятьсот шестьдесят первого года был несколько иным, но по сути они не слишком отличались от нынешних: смертный приговор алжирским повстанцам, соглашение об экспорте сельди в СССР, некто, упавший в море на пристани в Акюрейри, но чудом спасшийся. В кинотеатрах шли повторные показы знаменитого фильма «По ком звонит колокол» в память о «безвременно ушедшем», как было написано в анонсе, Эрнесте Хемингуэе.

Самая крупная ежедневная газета опубликовала заметку о происшествии на Тьёднине. Помещенная в черную рамку, она содержала довольно скупую информацию. Некий молодой человек, проходя по мосту, обнаружил утонувшую в озере двенадцатилетнюю девочку. Об обстоятельствах трагедии было ничего не известно. Полиция предполагала, что гулявшая в одиночестве девочка упала в воду и утонула, поскольку не умела плавать.