Чтение онлайн

Вино и правда еще долго лилось рекой. Гости со временем становились все более горячи и остры на язык.

Меня сложно смутить или заставить краснеть. И насколько я бессовестная, но от обилия шуточек ниже пояса и оценивания моих округлостей катастрофически перестало хватать воздуха. Подурнело и во рту стало сухо. Все эти намеки означали, что нас желают спровадить наверх. Тянуть дальше некуда, поэтому мы согласно встали. Но лучше бы не вставали…

Дружественный смех волной окатил гостей. Собравшись с мыслями те, в меру своей больной фантазии выдали столько разных сексуальных изысков, о которых я не слышала даже в борделе, отчего мои щеки и уши запылали огнем. Раф же на это реагировал крайне гордо и с улыбкой. Под одобрительные улюлюканья и мой возмущенный вопль поднял меня на руки и понес через весь зал. Только через несколько шагов Раф внезапно остановился по неизвестной причине. Причину узнала, повернувшись в бок. На выход вел широкий проход между столами и именно он был загорожен длинными ножищами его величества Бонифация, который хоть и не поднялся со стула, но внезапно протрезвел настолько, чтобы развернуть стул и загородить своими конечностями проход.

Жрал бы дальше свое вино!

— А как же проводы? — нагло спросил. После этого вопроса мой внутренний стыд стал почти осязаем. Позорное молчание гостей, не знавших как поступить, оглушило похуже топора по голове.

На каждой земле разные обычаи — проводы невест. У Бонифациев церемония происходит на водопаде при гостях. Жених и невеста во время брачной церемонии обнаженные купаются в воде и занимаются на людях любовью. Здесь же в теории — молодые мужчины несли, как мужа, так и жену до их покоев, после чего раздевали любовников, давали последние наставления, а затем могли наблюдать за процессом лишения девственности. Веселое зрелище.

Наша ситуация несколько иная, нежели у остальных молодоженов.

Каждый слепой, глупой, глухой знает, что девственность уже забрал ОН. Впервые от унижения мне захотелось по-девичьи заплакать, а потом ударить его по щеке за прилюдное оскорбление. За это тыканье носом в мою несостоятельность, аморальность и многое еще чего.

Я не знаю, каких сил хватило собраться, не заплакать, не взорваться от эмоций и не подраться. Бедный Рафаэль говорил что-то с улыбкой, отказываясь от официальных проводов, а я смогла. Даже возгордилась собой. Поморгала, прогоняя эмоции, и широко улыбнулась:

— Господин желает увидеть, как меня будет любить муж? — мое унижение, пожалуй, стоило этого момента. Увидеть, как его челюсти сжались, того и гляди, стесал бы зубы до крошек, и желваки заходили вдоль скул. Он даже отвел взгляд в сторону и пару секунд собирался с ответом.

Тут же в знак протеста возникла похабная мысль разрешить ему подняться, чтобы увидел, как меня целует муж и берет в разных позах. Ух, я бы вспомнила все теоретические знания, полученные в борделе. Уж, я бы постаралась блеснуть перед Бонифацием, но запоздало погасила шквал эмоций, сама себе удивляясь, отчего так бойко реагировала? Но вскоре нашла ответ. Алкоголь. Алкоголь горячил кровь и выдавал такие пошлые мысли.

Тогда же сонная интуиция заверещала в голове и подсказала о том, что Бонифаций меня и Рафаэля опять пытался вывести на эмоции. Не это ли великолепный шанс пробраться в нашу спальню и перерезать нам горло? Ведь до конца не верила в его доброту и временное перемирие. Точнее, я хотела верить, но сомнения иногда терзали.

Прежде чем Бонифаций нашелся с ответом, я покачала головой:

— Муж не любит, когда на его жену смотрят, тем более обнаженную. Так что просим извинить, мы торопимся! — больше мы не стали ждали. Лишь один раз схлестнулись с Бонифацием ненавистными взглядами, от обоюдно направленных эмоций ощущение, что сейчас произойдет сильный всплеск. Земля под нами разверзнется. Люстра с сотнями свечей рухнет между нами или людей в зале невидимой волной откинет в разные стороны и только мы также останемся с презрением смотреть друг на друга.

Рафаэль унес из зала, как и подобало сильному жениху. Несмотря на попытки уронить, в добром здравии без травм отнес меня в наши новые общие покои. В просторном помещении самым главным оказалась низкая кровать с высоким балдахином, укрывающим молодоженов от всего мира. Все белое…воздушное, мягкое. Подушки, простыни. Все создано для нежности и любви. Если залезть на кровать, то словно попадешь на пушистые облака.

Рафаэль опустил меня на ноги только возле кровати, следом нагнулся и поднял с кровати прозрачную одежду, приготовленную для меня.

— Хочу тебя в этом! — почти не глядя Рафаэль бросил ночное одеяние в мою сторону, а я в последнюю секунду подхватила.

Подарок Бонифация. Проклятая Клара каждый раз любила подергать судьбу за ниточки и проверить удачу. Я собиралась надеть другую вещь в первую брачную ночь, явно не ту, которая привезена врагом.

Не успела мысленно прокрутить варианты казни Клары, как Рафаэль, успокоив наличием охраны на этаже, ушел приводить себя в порядок, а мне дал время принять ванну и подготовиться к ночи любви.

Месть. Часть 1

POV Артур

Подведем итог:

"Свадьба скучная, даже никто не подрался, а у меня кулаки чесались. Не мечом, так хоть кулаками размозжить пару лоснящихся, заплывших жиром рож."

К этому выводу я пришел, стоя возле одного из деревьев, и, соответственно справляя нужду. Сад прекрасен, тих и темен в это время суток. Идеальное место для тихого убийства хмельного Артура. В подтверждение мыслей позади расслышал шорохи листьев — кто-то пробирался сквозь кусты, стараясь не привлекать мое внимание, но я продолжал то зачем пришел, по крайней мере изображал, одновременно вынимал из внутреннего кармана черной рубахи два украденных из-за стола ножа для резки мяса. Маленькие, но вспороть брюхо или шею вполне возможно. Глупцы не пожелали идти на перемирие — правильно, хотя бы оказались не конченными идиотами. Естественно, я намеревался умыть весь дворец Кровью в отместку за моих погибших людей. И я это сделаю! Буду наблюдать, как они дохнут в ужасных муках!

Когда шаги и звуки за спиной стихли, я интуитивно по шорохам подсчитал количество убийц.

— Отлить-то хоть дайте? — пьяно попросил, но изображать пьяного было очень сложно. Ярин искренне не верил в мою игру и на протяжении вечера очень сильно переживал, что у меня нет таланта лжеца. Голос пьяным не получался, да и жесты были слишком уверенны для пьяного, но, к нашему счастью, здесь мало, кто знал Зверя, а уж тем более то, каким он выглядел в хмельном состоянии.

План был примитивен донельзя. Еще в родном оазисе на его разработку у меня ушел всего час. Сыграть на самоуверенности врагов, считавших свой оазис личной крепостью. В войске Вацлавов около тысячи солдат, разбросанных по всему оазису. Основная их масса спала в казармах. Ими в данную секунду занимался Ярин и мои лучшие пятьдесят сарацинов, которых я привел под видом обычных мужчин и женщин. Отличное умение моих лучших убийц — тихое убийство во сне. Воины Вацлава даже не проснутся, не произнесут и слова, а тихо будут спать до утра, пока какой-нибудь воин-охранник не заметит отсутствие людей на построении.

В отличие от меня Ярин мог свободно развлекаться и уйти сейчас с праздника незаметным на это дело. А на умения Ярина никто не рассчитывал. Его преимущественно считали идиотом.

— Ты скоро? — поторопил противный голос старикашки. Убивать меня они быстро не собирались. Им нужен я в качестве трофея, поэтому здесь у меня тоже преимущество. Они даже ждали пока я справлю якобы нужду. Что сказать? Глупцы…

К кулакам прилила кровь, а в груди запылал огонь. Целый пожар отмщения. Пальцы приятно покалывало от мощи и желания убивать. Ради этой минуты я терпел издевки, насмешки, самодовольные рожи гостей, которые в разных углах залах обсуждали, как Зверь Красных Песков оказался всего лишь похотливым кобелем, допустившим врагов в свой оазис, из-за красивых ножек рыжей ведьмы.