Чтение онлайн

— Скажи Радке, чтобы она перестала конфликтовать с Сорокой. Та с Черепом трется, не знаю, что он ей там пообещал, но слишком часто она стала открывать свой хавальник, ведет себя уверено и дерзко.

— Думаешь, он может, что-нибудь сделать Раде? — испугалась я за подругу.

— Не знаю, Лер, что взбредет в его больную голову, но лучше не нарываться. — Дема был серьезен и задумчив. На перемене они сцепились с Вадимом, о чем шел разговор я не слышала… да и никто не слышал. Он попросил нас никуда не отходить, а сам направился к аппарату за кофе.

— Что он хотел? — спросил Озерова Арлекин. Я стояла с Радой у окна, пытались сделать «приличное» фото, которое подруга спешила выложить в инсту. У нее появился виртуальный поклонник, теперь Рада вела активную жизнь в соцсетях.

— В морду получить, — бросил Озеров. Я заметила, что пересказывать детали конфликта он не стал, Арлекин тоже это заметил и подозрительно покосился на друга.

Радке не нравились снимки, которые я сделала, она без сожаления все их удалила.

— Давай попробуем еще раз. Фотографируй на уровне колен, чтобы у меня ноги длиннее казались. — дала она последние наставления. Я увлеклась и не сразу заметила, что меня фотографирует Арлекин. Он не смутился, когда я его застукала. Цинично ухмыляясь, он продолжал меня снимать.

— Что ты делаешь?! — мой голос звенел от злости и возмущения.

— Не понятно? Череп просил передать, что это только часть его просьбы, другую ты услышишь позже. Так что улыбайся, это ведь несложно? — его глаза оставались холодными, хотя рот и кривился в усмешке. Озеров стоял у соседнего окна, сложив руки на груди, он недовольно смотрел в нашу сторону.

Конечно, улыбаться я не стала. Об этом не могло быть и речи. Рада недоуменно переводила взгляд с Арлекина на меня и обратно.

— Если все, то идем. — Вадим оторвал свою пятую точку от подоконника и поравнялся с другом. Не останавливаясь, он прошел в аудиторию. Арлекин опустил мобильник в задний карман и последовал за Озеровым.

Я знала, что Череп потребует должок. Вроде все было ожидаемо, а я чувствовала себя очень плохо. Меня всю трясло. Было не понятно, зачем ему мои фотографии? Что он собираются с ними делать? А ведь меня предупредили, что будет еще и вторая просьба…

— Это что сейчас было? — Рада недоуменно смотрела на меня. А я не знала, как ей объяснить, ведь о том, что произошло в сто седьмой аудитории, я ей не рассказывала.

Раздавшийся в коридоре звонок предупредил о начале следующей лекции. Петляя в потоке студентов к нам направлялся Дема, в руке он держал два стаканчика кофе. Стоит ему об этом знать?

— Рада, я потом все объясню. Ничего не говори Антону. — приняла я решение. О том, что следует сказать подруге, я подумаю позже.

Марат

Всю прошлую ночь шел дождь со снегом, под утро ударил несильный мороз, лужи схватились льдом. Днем было пасмурно и холодно, но осадки прекратились.

За пару часов до старта организаторы и команды собрались на треке. Первые зрители уже заняли места на трибунах.

К вечеру трасса подмерзнет и на ней станет опасно гонять, поэтому провести заезд, было решено на несколько часов раньше. Со вчерашнего дня не отпускало предчувствие надвигающейся беды. Я старался об этом не думать, свалить все на мрачную погоду, но обманывать себя не стоило, даже если бы сейчас выглянуло солнце и развеялись тучи над головой, покой в моей душе бы не наступил.

Эта неделя оказалась сложной. Я привык к изматывающим нагрузкам, к проблемам на работе, к сложным отношениям в семье, я даже в лице не менялся, когда происходил какой-нибудь форс-мажор, но меня током прошибало, если дело касалось Леры.

Она сразу сообщила мне, что ее фотографировал Арлекин по поручению Черепа. Тот вечер я планировал провести с Лерой вдвоем, но планы пришлось резко менять. Я отвез ее домой и позвонил Соколу. Мы подключили всех знакомых сисадминов, нашли хакеров, которые все это время на просторах интернета искали фотографии Леры. Упор делался на сайты знакомств, эскорт услуг. Нигде снимки не всплыли. Если Череп планировал вывести нас из строя до старта, то у него почти получилось. Мои мысли постоянно крутились вокруг этой ситуации, я даже не догадывался, о чем еще он собирается попросить Леру. Я был крайне взвинчен, и это сказывалось на результатах всей команды.

Вчера и позавчера я предложил Лере остаться дома, не ходить в институт и хотя бы временно сменить номер телефона. Зная, что она дома и в безопасности я смог сосредоточиться на подготовке. Тренировочные заезды прошли успешно, мы даже побили свой предыдущий рекорд. Понятно, что результат во время гонок предсказать невозможно, как поведут себя соперники, мы не знаем, но, в общем, последними тренировками мы остались довольны.

Отдельные гаражи перед стартом позволяли спокойно общаться. Трасса практически была сухой, если в ближайшее время не пойдет дождь, можно будет без сложностей закончить гонку. Перед стартом все байки проходили тщательный осмотр, это было обязательным условием соревнований. Тигр, Ромул и три наших механика следили за проверяющими, не хотелось бы, чтобы во время гонки тормоза отказали, мотор заглох или новое колесо оказалось пробитым.

Заполнив бумаги, поставив подписи в договорах, мы принялись переодеваться в костюмы одинаковой расцветки: черные с красно-белыми полосами, на левом рукаве эмблема орла.

— Машка, — крикнул Егор сестре. В гараж вошли девчонки, кое-кто из группы поддержки, ну и те, с кем в парни в последнее время близко общались.

— Помочь? — подошла ко мне высокая блондинка, на ее лице сияла улыбка.

— Спасибо, не нужно. — отвернулся я от нее и продолжил одеваться.

— Я уже давно болею за вашу команду. Я пришла с Мариной. — кто такая Марина я понятия не имел, поэтому никакой реакции с моей стороны не последовало. — А можно с вами сфотографироваться? Пожалуйста?

— Нет. — чтобы смягчить свой резкий отказ, пояснил: — мне не нравится, когда мое лицо мелькает на страницах социальных сетей.

— А если я пообещаю не выкладывать? Так сказать, оставить только для своего личного пользования. — девица явно флиртовала, она не хотела замечать моего безразличия к ее персоне.

— Все равно нет. Сокол, в гараже остаются только члены команды, остальные на трибуны. — лицо девицы недовольно вытянулось. Застегнув кутку, я не прощаясь, отошел.

— Мы из группы поддержки, — раздался высокий писклявый голос.