Чтение онлайн

— Спасибо, и тебе.

Мы говорили обо все не так давно. Вроде бы только несколько часов назад, а кажется, что прошла вечность, которую я провела в тяжелых мыслях. Несмотря на то, что разум вопил тут же отказываться, я думала. Не ради денег уже, нет. Наверное, ради себя. Рядом с Динаром я чувствовала себя… иначе.

Пускай за деньги, пускай все не просто так, но здесь мне… спокойно. Я не боюсь, что в любой момент кто-то придет в дом и меня попытаются забрать, а его избить. Такого никогда не будет. И это… подкупает.

Наверное, нам женщинам и правда нужно очень мало для счастья. Щепотка заботы, толика внимания, несколько приятных слов и абсолютное чувство безопасности. Несмотря на то, что мы в доме одни, а на улице только охранники и те все мужчины, я не испытываю абсолютно никакого дискомфорта.

— Ответ не обязательно давать сейчас. У тебя время до отъезда. Можешь думать, — обрушивает на меня информацию.

Значит, до отъезда.

А если решу все же не оставаться? Отпустит и не станет уговаривать? Главное, чтобы не удерживал силой, но о таком почему-то даже не думаю. Уверена, что не будет.

Видимо, несмотря на внутреннее спокойствие, внешне я кажусь зажатой, потому что Динар вдруг разливает вино и протягивает мне бокал со словами:

— Давай выпьем, расслабимся. Ты выглядишь… встревоженной.

Он слишком внимателен и заботлив. Я пытаюсь уложить его поступки в голове. Убедить себя, что иногда люди так поступают. Просто делают что-то хорошее для других и это вполне нормально.

— Я просто… Зачем тебе это все? Проблемы с бандитами, замужняя я. В этом разве есть…

— Я уже говорил тебе, Полина. Ты мне понравилась. Так сильно, что я впервые за долгое время решил оставить в своем доме женщину. Но если этого недостаточно, готов сказать, что безумно тебя хочу. Поверишь?

— Наверное, — слегка шокированная пожимаю плечами.

— Я хочу тебя. И даже если ты откажешь — не отступлю.

— В каком смысле?

— В самом, что ни на есть прямом.

Решаю не уточнять, о чем он и быстро хватаю вилку, чтобы закончить небезопасный разговор и занять мысли едой.

Динар

Она по-особенному смущается.

Динар видел в своей жизни очень много женщин. Тех, которые его хотели. Тех, которых хотел он. И тех, которых нельзя было трогать ни при каких обстоятельствах.

Они все были совершенно разными, но Полина вызывала в нем какой-то необъяснимый восторг. Он пока и сам не мог разобраться в обуреваемых его душу чувствах. Просто понимал, что эта женщина особенная. Уникальная.

Когда он на неё смотрел, у него натуральным образом все дрожало внутри. Непередаваемые чувства. Необъяснимые. Пока она аккуратно нарезала мясо, совсем не глядя на него, Динару хотелось впиться пальцами в нежную кожу ее лица, сжать ими ее щеки и вынудить поднять голову, посмотреть на него.

Ему нравилось, когда она на него смотрела. Было в ее взгляде что-то, чему Динар никак не мог найти объяснения. Она словно одновременно его хотела и боялась.

Когда хотела — боялась себе в этом признаться. А когда боялась — просто впадала в ступор и не знала, как себя вести. Нервничала. Динар видел в ее глазах страх, тревогу и озадаченность.

Своей просьбой он подкинул ей идею для размышления. И Динар понимал, что для Полины это не просто.

Вместе с тем, его радовал тот факт, что она ему не отказывала, размышляла. Возможно, даже хотела согласиться. От одной мысли об этом у него все внутри вибрировало.

— Что? — отложив столовые приборы и подняв голову, Полина обратилась к нему.

Это было так неожиданно, что Динар на несколько мгновений просто затормозил, не зная, что ответить.

— Почему ты на меня так смотришь?

— Как?

Его голос звучал хрипло и слегка надсадно, словно до этого он целый день надрывал голосовые связки.

— Так, словно я твой ужин.

— Может быть, так и есть.

Динару до безумия нравилось ее смущать. Для этого не нужно было прилагать особых усилий. Достаточно было лишь сказать что-то подобное и Полина прятала взгляд в стол и, закусив губу, краснела. Ее щеки приобретали смешной темно-розовый оттенок.

У них все было неправильно. Начиная с первого знакомства и заканчивая тем, что происходило сейчас.

Динар прекрасно помнил, сколько он за Полину заплатил. Уверен, она тоже помнит и поэтому не позволяет себе расслабиться. А ведь ему очень сильно хотелось, чтобы она расслабилась, чтобы отпустила себя и позволила ему чуть больше того, что предполагает контракт. Что именно — Динар пока и сам не знал. Но в одном он был уверен на все сто процентов — он жаждет ее себе. Всю. Без остатка.

Как только с ужином было покончено, Динар приступил к делу. Не потому, что у него было на это право, а потому что терпеть он больше был не в силах. Полина его соблазняла. Возможно, неумело, но она это делала. Смеялась, когда он что-то ей рассказывала, взмахивала ресницами, пряча глаза в пол, когда он ее смущал и тепло улыбалась, когда они говорили о чем-то отвлеченном.

Полина, как никогда прежде напоминала ему его бывшую жену. В них не было ничего общего. Разная внешность, абсолютно отличающийся характер, способность держать себя и разговаривать, но кое-что у них все же было общего. Они одинаково сильно действовали на Динара. Только вот жены у него нет больше семи лет. А Полина здесь. Живая. Из плоти и крови.

Едва Динар встал из-за стола, Полина рванулась тоже. Поднялась на ноги, опасливо на него уставилась. Так, словно он ее собирался сожрать на десерт. Впрочем, Динар именно это и собирался делать. Целовать, трахать, метить. Ему хотелось, чтобы она была в его отметинах. В следах от пальцев на бедрах и губ на шее.

Решительный рывок — и Полина оказалась сидящей на столе. Вся посуда прямо с остатками еды полетела в сторону от решительного взмаха рукой. Динар просто отшвырнул все в сторону и освободил им место. В спальню подниматься не было времени. На протяжении едва ли не всего ужина у него член болезненно таранил штаны.

За последние дни у Динара был секс чаще, чем за полгода и тем не менее, ему хотелось все больше и чаще. Еще и еще. Как там говорят? Аппетит приходит во время еды?

Полина ошарашенно взвизгнула, когда он уткнулся членом ей в промежность. Заскулила, когда схватил тонкую ткань шорт и, сжав ее в кулах, потянул вверх. Тонкий шов впился в промежность, с нежных губ слетел стон то ли удовольствия, то ли шока. Динар был готов поспорить, что того и того одновременно.