Чтение онлайн

– Тут офис? – спросил он. Я кивнула. Он плавно притормозил у входа в здание, вышел из машины и открыл багажник. Достал мою фирменную сумку-короб.

Я выскочила из теплого салона не дожидаясь, когда мне откроют дверь. Если, конечно, он вообще собирался это делать. Потопталась на месте, неуклюже натягивая лямки на плечи.

Он все это время просто стоял напротив и молчал. И я даже не хотела знать, о чем он думает. Мне хотелось уйти и не видеть этого странного парня. Парня из чьей-то другой жизни, но точно не моей.

– Дайте номер вашей карты или телефон, я переведу вам деньги как только наберу полную сумму. Ну или частями. Сейчас, – залезла в карман и выскребла все, что было. – Тут семьсот пятьдесят рублей, возьмите.

Протянула руку с зажатыми в кулаке деньгами, но он даже не пошевелился.

Как унизительно.

– Хорошо, – сунула наличность обратно в карман. – Тогда переведу.

– Тут мой номер телефона, возьми, – протянул мне черную, с объемными золотыми буквами, визитку.

Беркут Роман Сергеевич. Генеральный директор логистической компании "Стрела".

Даже так…

Теперь понятно, что он делал в торговом центре: на четвертом этаже находится большой филиал этой самой "Стрелы", запомнила, когда план изучала.

– До свидания, – буркнула я и, движением плеч подкинув сумку выше, потопала по хрусткому снегу в дверям офиса получать по шапке. А уже у входа обернулась – Роман стоял возле открытой двери своей машины и, опустив руки в карманы брюк, задумчиво смотрел мне вслед.

С работы меня, конечно, уволили, и я плелась домой размышляя, на что теперь жить дальше. В тощем пакете из супермаркета "Компас" болталась литровая коробка кефира, "городская" булка и маленький Сникерс для Киры. Снова настали тяжелые времена, пора затянуть пояс потуже. Впрочем, когда у меня эти времена были легкими? Может, тогда, десять лет назад, когда были еще живы родители…

Я часто думала, каким бы было мое настоящее, если бы тот урод тогда не сбил моих маму и папу. Наверняка я бы сейчас училась в институте, имела кучу друзей, занималась любимыми танцами или чем там еще, что сейчас модно. Я была бы счастливой. И точно не думала бы о том, как прожить еще один чертов день.

В кармане раздался звонок: стянув зубами варежку, я вытянула замерзшими пальцами телефон и сильно удивилась, увидев номер ЛенСанны. Привет из Ямы.

– ЛенСанна, салют. Соскучилась, что ли?

– Старцева, ты чего там натворила? – выпалил динамик вместо приветствия.

Я остановилась, перехватив удобнее телефон.

– А чего я натворила?

– Вот и я спрашиваю – чего?

– Ну ЛенСан…

– Елена Александровна, – знакомо проворчала она.

– Да-да, я поняла, Елена Александровна. Так в чем там дело?

– Ко мне сюда мужчина приходил, про тебя спрашивал.

Я ощутила как побледнела.

– К-какой еще мужчина?

– Молодой. Анкету твою просил. Спрашивал об успеваемости, поведении и прочем.

– Ну ты же не дала? – голос сел.

– Не "ты", а "вы"!

Боже, боже, боже! Это точно был он. Да что ему надо-то от меня?!

Директриса детского дома протяжно вздохнула.

– Рита, я понимаю, что адаптация у всех проходит после выпуска тяжело, но это не значит же, что нужно во все тяжкие.

– Да что вы говорите такое! Какие еще тяжкие? Я честно работаю, между прочим. Ну… работала. Там кое-что произошло просто… – вспомнила, как менеджер с непроницаемым лицом забрал у меня куртку, отчитав за крошечную дырочку в кармане. Которая, кстати, была до меня.

– В общем, я ничего ему не сказала, конечно, так, в общих чертах. Но номер телефона твой дала, не обессудь. Кстати, ты в центр занятости сходила?

– Пока ЛенСан, вот прям сейчас как раз туда иду. Созвонимся, – я сбросила вызов и сжала телефон в руках.

Теперь он знает мой номер. Потрясающе. Но зачем он ему?

Поднимаясь на свой этаж, обходя тут и там разбросанные окурки и лужи засохшей мочи, я поняла, зачем ему это – чтобы я никуда не пропала и вернула ему украденные деньги. Конечно, поэтому, зачем же еще! И визитку свою дал тоже по той же причине: чтобы я ему по номеру телефона деньги перевела. Богатый, а жлоб. Все они такие.

А впрочем, чего ты хотела? Чтобы он их тебе подарил? С какой это радости?

Плач Киры я услышала еще даже не открыв дверь, вернее, не плач – тихий скулеж. Почуяв неладное, я быстро вошла в общий коридор и увидела Кнопку: та сидела на коврике у двери своей комнаты, "обняв" руками острые коленки.

Я бросила на пол пакет и опустилась перед ней корточки, притянула девочку к себе.

– Эй, ну ты чего это? Кир?!

– Ма-мама-а у меня деньги забрала-а… Которые ты мне да-ала-а… – несколько раз всхлипнула она и, втянув носом сырость, икнула. – Я хорошо их спрятала, как ты и говорила, а она все-равно их наш-нашла. Подумала, что я их у бабы Тамары сперла. А я не воровка!

– Ну конечно ты не воровка, ты чего! Я сейчас пойду и скажу твоей маме, что это я тебе их дала, – погладила ее по жидким темным волосикам и впервые в жизни подумала о том, что детский дом – это еще не самое страшное.

– Она все равно их тебе не отдаст, уже потратила, – она снова всхлипнула и скосила глаза на торчащую из переполненного мусорного пакета пустую бутылку.

– А почему ты тут сидишь?

– Да к ней дядя Володя пришел. Сказала не заходить, пока он не уйдет, а то получу.

Хотелось подняться, войти в ее комнату, снять с нее дядю Володю и… Но кто я такая, чтобы лезть? Она мать, а я беспризорная восемнадцатилетняя сопля, которая живет по-соседству.

Ну почему жизнь так несправедлива? К Кире, ко мне…