Чтение онлайн

— У тебя есть какие-то конкретные предложения, Оля?

Я невольно задумалась. А что я могу предложить? Разведывать новые, неосвоенные территории меня не учили точно. Разве что сравнить астероиды с расположением врага…

— А что мы сейчас вообще знаем про эти астероиды? — поинтересовалась сразу у всех. — Из того, что добыли сами, а не из воспоминаний и слухов? Прости Шрам, — виновато улыбнулась буканьеру.

Тот вернул мне улыбку:

— Тебе не за что извиняться, Оля. Ты мыслишь в правильном направлении. Парни, — обратился он к присутствующим членам экипажа, — нужно собрать и свести воедино все, что на данный момент известно об этих небесных телах и об этом квадрате. Оля, а тебя я прошу попробовать поковыряться в галанете. Если будет сеть. Координаты квадрата я дам. Может, что-то интересное нароешь…

Насчет сети Шрам будто в воду глядел. Сигнал шел слабый и неустойчивый, что, впрочем, и не удивительно. Мы же находились где-то на задворках освоенного космоса. Промучившись какое-то время, я стала просто грузить все подряд, где мелькало хоть какое-то упоминание о нашем квадрате. Пока одно загружалось, я изучала то, что уже загрузилось. Но информации, можно сказать, не было совсем. Те крупицы, что мне попадались, помочь не могли никак…

Спустя два часа напряженной работы астероиды увеличились в размерах настолько, что уже не помещались полностью на дисплее. Только по половинке от каждого и узкая полоска чернильной темноты между ними. Теперь уже можно было частично рассмотреть рельеф поверхности каждого из них. Мы прервались на обед-перекус, который кто-то из команды притащил для нас прямо в рубку, и теперь я что-то жевала, не ощущая вкуса и не отрывая глаз от медленно приближающихся небесных тел.

— Докладывайте, — сдержанно попросил Шрам, убедившись перед этим, что у меня есть и еда, и вскрыв собственный контейнер после этого. — Что у нас есть хорошего?

— Из хорошего, пожалуй, то, — задумчиво отозвался Оруэл, — что оба астероида совершенно точно необитаемы. Попытка измерить температуру их поверхности ни к чему не привела: она ничем не отличается от окружающей астероиды среды.

— Согласен, — кивнул Шрам, — для нас это хорошо. Что еще?

Помолчав несколько секунд, заговорил Майлеорн:

— Вряд ли для нас это хорошо: рассчитать массу тел я не могу. Не работает ни одна из известных формул. Астероиды движутся по какой-то странной траектории, которую точно нельзя назвать орбитой. Они словно облетают границы невидимого квадрата.

— Электроника фиксирует наличие большого количества какой-то аппаратуры, — робко добавил еще один килл по имени Кноллин. — Однако, она не работает.

— Точно? — прищурился Шрам.

Килл смутился еще больше:

— Гарантий не дам. Но ни одного из известных излучений сканеры корабля не улавливают. Кроме того, в пользу неработающей аппаратуры говорит и то, что температура самих астероидов не отличается от температуры окружения. Не мне тебе объяснять, Шрам, что даже спящий режим потребляет энергию и взамен выделяет тепло. Энергия, хоть и в микродозах, но поглощается все равно.

Шрам скупо кивнул, прищурив сиреневые глаза, уставился на обзорный экран:

— Похоже, кое-кто позабыл сообщить мне, что на этих астероидах расположена чья-то база, — задумчиво протянул он. — Интересно, как давно она заброшена и насколько велик риск напороться на ее настоящих хозяев?

Мы все дружно промолчали. Ну а что можно было на это сказать? Единственное…

— Шрам, — аккуратно позвала я, — а как давно ты про эти астероиды знаешь? И где тот, кто тебе про них рассказал?

Буканьер удивленно оглянулся на меня, потом мягко усмехнулся:

— Я знаю про эти астероиды уже более пятидесяти лет. — Я невольно вздрогнула. А сколько же тогда лет самому Шраму, если он за двадцать пять лет до моего рождения узнал эту информацию? — А Грегори, того, кто мне рассказал про этот малоизвестный квадрат, я не видел уже лет тридцать. Можно предположить, что он уже покинул общество живых.

— Ольга, — вдруг с доброй усмешкой заговорил Оруэл, — намекаешь на то, что проще подлететь и посмотреть, чем тратить зря время на беспочвенные догадки?

Вообще-то, я думала о другом. Но после слов яоху вдруг осознала, что он прав. Если имеющаяся на астероидах аппаратура давно не работает, сломана или закончился источник питания, то живых там нет точно. А все остальное не так страшно. Можно будет разобраться на месте, что и к чему. И я, широко улыбнувшись Оруэлу, утвердительно кивнула:

— Вполне. Если не торопиться и для начала все внимательно осмотреть с космолета…

— Астероиды лишены атмосферы, — брюзгливо встрял Майлеорн. — Следовательно, только идиот оставит все на поверхности. Особенно с учетом того, что астероиды явно полые. Иначе хотя бы приблизительно, но их массу можно было бы рассчитать!

— Спасибо, Капитан Очевидность! — фыркнула в ответ я. Остальные рассмеялись.

Смех смыл напряжение, владевшее нами в последние часы. Все сразу как-то расслабились. А может быть, виной тому было осознание, что прямо сейчас нам ничего не грозит, и скорее всего, мы действительно сможем пересидеть на этих астероидах какое-то время, как и планировали. Осознание безопасности помогло взять себя в руки и прочистило мозги.

Отсмеявшись вместе со всеми, Шрам провел пятерней по коротко стриженной голове, будто приглаживал волосы, шумно вздохнул:

— Хорошо. Летим к астероидам. Не торопимся. Визуально изучаем каждый видимый клочок поверхности. Всем быть начеку. О любой, самой мельчайшей странности сразу же докладывать. Будь то не характерное, неприродное освещение небесных тел или кем-то потерянный ботинок. За штурвал я сяду сам. Всем понятно? Возражения имеются?

Возражений ни у кого не было. И спустя всего пять минут нос звездолета начал разворачиваться в сторону ближайшего астероида.

* * *

Майлеорн как в воду глядел: потратив более двух часов на облет и осмотр обеих астероидов, мы ничего не нашли. Как ни напрягали глаза, как ни приближали и увеличивали поверхность. Перед глазами был лишь мертвый камень, лишенный даже пыли и мусора. Астероиды не обладали атмосферой и не вращались вокруг своей оси. А потому не было у них силы притяжения, на их поверхностях ничего и не задерживалось.

— Согласно сканированию поверхности, содержание железа в породе достаточно велико для того, чтобы мы могли смело использовать магнитный якорь и не опасаться улететь в космос! — эхом моих мыслей отозвался Кноллин.