Детские игры
Шрифт:
– Вы как-то спрашивали, что делать с пойманным Прогрессором-Странником, Максим. Помните? «Для герцога Ируканского разоблачённый Прогрессор-землянин был демоном или практикующим чародеем. Для контрразведчика Островной Империи тот же Прогрессор был ловким шпионом с материка. А что такое разоблачённый Прогрессор-Странник с точки зрения сотрудника КОМКОНа-2?» Так вот, я отвечу Вам: с точки зрения сотрудника КомКона-2 это и будет разоблачённый Прогрессор-Странник. Причём это будет столь же далеко от истины, как демон или шпион с материка – в отношении Прогрессора-Землянина. Мы – не прогрессоры в вашем понимании этого слова, Максим. И никогда не были ими… Мы не торопим, пока мир сам не захочет войти в содружество Странников. Порой мы проводим тесты на готовность мира, но – никаких глобальных вмешательств… Если, разумеется, мир сам не начинает маленькое чудо превращать в огромный скандал…
– Это вы про «Дело Подкидышей»? – парировал Загорский.
– Это я про различные шумы вокруг различных «чудес»… И культы, и фобии… И многое-многое другое, не столь заметное и существенное… Впрочем – шумы вокруг чудес, не имеющих к нам ни малейшего отношения, бывали и ещё погромче… Так что наши тесты, как правило, терялись в общей массе бесследно…
– Как терялись и ваши посланники на Земле, так? – не унимался Каммерер.
– Нам не было нужды посылать кого-то на Землю для получения информации. Посылать человеческое существо – тем более… Если отвлечься лишь наполовину, то можно предположить, что удачней было бы посылать наблюдателей менее приметных – мух, муравьёв, тараканов, в конце-концов… Но если Вы просто задумаетесь над тем, что я говорил раньше, то поймёте, что и это бессмысленно: мы слышим и видим то, что слышит и видит мир вокруг… Трава, тополиный пух, заблудившийся ветерок, капелька дождя – наши глаза и уши… Ведь они – часть того же мира, что и мы… И вы тоже… часть того же мира… Но вы разучились слушать, а потому и утратили единение с миром… Вы разучились видеть глазами звёзд с неба и слушать песнями соловья и шумом прибоя… Но всё это может возродиться, стоит лишь почувствовать мир вокруг, почувствовать душой… Сердцем… Вздохнуть и войти в хрустальные паутинки, единящие всё в этом бесконечном мире…
– И параллельные миры тоже? – с сарказмом спросил Загорский.
– Разумеется! И они – часть окружающей нас бесконечности… Даже более связанная с нашим здешним миром, чем вы могли бы себе предположить… Вы вот во время полёта на Марс говорили о Янусе, который как-то пожаловал в гости к Корнею… А совсем в другом мире, где никогда не создавался БВИ, есть компьютерная Сеть ФИДО, и в ней некто Алекс Мустейкис писал как-то… Впрочем, это лучше не пересказывать, а показать именно в том виде, в каком это читали там…
Послушный движению руки Странника, перед гостями возник монитор, более архаичный, чем используются в терминалах БВИ, и на экране его возникла крупная надпись «Gold…» К сожалению, она быстро погасла, и поэтому запомнились только первые четыре буквы. Зато теперь весь экран заполнял текст:
«Лет этак пятнадцать назад в одном из споров я вообще предложил такую идею: контрамоция Януса была сознательным актом. То есть Янус каждую полночь переносился на день назад сознательным усилием воли. Зачем он это делал? какие побудительные мотивы у него были? на эту тему можно спорить. Один из вариантов: было в прошлом такое событие, которое Янус во что бы то ни стало пытался форсировать, такое, что без его вмешательства оно бы не произошло. Именно это, а не руководство институтом стало основным смыслом его жизни.
Какая же задача могла потребовать такой самоотверженности? Только та, в которой могла решаться вся судьба человечества. Янус двигался против течения времени с одной только мыслью: помешать в один критический момент основанию НИИЧАВО.
Тогда в скором будущем в его стенах, в отделе Линейного Счастья не изобретут устройство под названием позитивный реморализатор. И развитие человечества будет идти своим чередом, не выпадая из нормального хода истории.
А какова же будет судьба Януса? Разомкнув жуткое временное кольцо, он будет продолжать жить – уже как обычный человек, рядом с другим, более молодым Янусом, которому светило бы стать директором нового института. И в скором времени они издадут первую книжку про так и нереализовавшееся будущее – «Страну Багровых Туч»…»
Оторвавшись от чтения, Уно спросил:
– А что, есть такая книга – «Страна Багровых Туч»?
– Не припоминаю, – ответил Каммерер. – Скорее всего – Странник снова скажет, что и книга эта – в другой реальности…
– Грамотнее было бы сказать – в параллельном мире… – ответил Странник. – Я читал её. Интересная история… О том, как на Венеру отправилась с Земли экспедиция на фотонном корабле «Хиус».
– Но ведь это!.. – Максим на мгновение замолчал, словно подбирая забытое вдруг слово, и внезапно сказал: – Так вы утверждаете, что мы живём в вымышленном будущем, описанном в чьих-то книгах?
– Успокойтесь, Мак! Ни в коем случае, разумеется! Просто вселенная бесконечна, НА САМОМ ДЕЛЕ бесконечна, и поэтому в ней есть всё, что было описано хоть в какой книге, но ещё больше того, о чём ни один писатель ещё не поведал читателям! Ведь тот, другой мир, где были написаны показанные мною строки, тоже описан у ВАС на Земле. Помните роман «Мирный Атом», написанный Салмоном Рауди?
– Это про то, как в конце двадцатого века под Киевом якобы рванула атомная электростанция?
– Совершенно верно, в 1986-м году… Так вот, в ТОМ мире это произошло НА САМОМ ДЕЛЕ. Как и события антиутопии Оруэлла «1991», где о развале Советского Союза повествуется, о путче 19 августа… Но они же не считают, что живут в мире, вымышленном ВАШИМИ писателями! Кстати – письмо на этом не кончается, автор и его оппонент ещё и по нам потоптались! Можете полюбоваться!
Изображение сдвинулось, открывая ещё два абзаца. Первый был ярко-жёлтый, второй – серый.
– Жёлтый – комментарии оппонента, – пояснил Странник.
Земляне продолжили чтение:
«Добавлю только одно: помогли ему в контрамоции явно СТРАННИКИ! Через своего посредника. Какого? Вспомни, кого поминал Фотончик: „ДРАМБА игнорирует уран!“ Драмба – робот Корнея Яшмы, а Корней – один из „детонируемых“…»
– Но ведь я и вправду подсказал Янусу метод контрамоции! – поражённо воскликнул Корней. – Но с чего бы мне в чём-то переубеждать такого убеждённого в своей правоте человека, как Янус?!
– Ответ почитайте, – улыбнулся Странник, – Там они ещё не то предполагают:
«Абсолютно верно! И целью подкидышей было отнюдь не стремление к детонаторам, созданное для отвода глаз, а передаче секрета контрамоции Янусу через Корнея Яшмаа. Именно убедив Януса в том, что Полдень на самом деле Полночь, Странники смогли свернуть быстрое развитие земной цивилизации и устранить Землю из Большой Шестёрки Сильных.»
– Хорошая фантазия у этого автора, согласитесь! Правда – всё перепутано в мотивах Януса, с точностью до наоборот… Кто-то из наших говорил с Невструевым, и причина его контрамоции выяснилась вполне легко: он пришёл к выводу, что его институт НИИЧАВО просто не мог быть утверждён в тогдашнем Советском Союзе, и тогда Янус отправился в прошлое, чтобы изменить предпосылки и сделать-таки возникновение института возможным… Одно жаль – процесс оказался необратимым, и уже выполнив свою миссию, Янус Невструев продолжил своё путешествие в глубины прошлого, ко всё более диким временам…
– Так вмешались бы и помогли! – взорвался Уно. – А то такие всемогущие – а помощи не оказываете!
– Во-первых, ты не прав… Мы не вмешиваемся никогда, я же говорил… А во-вторых, Янусу мы всё же предложили помощь, но он сказал в ответ лишь: «Отстаньте, это мой крест! Вот доживу до Семнадцатого – тогда и поглядим!» Боюсь – у него не очень-то получилось то, что он задумывал…
– Ну ладно, оставим Януса в покое, – вмешался Яшмаа, – Меня вот всё время интересует, какого дьявола должны были сделать детонаторы, коснись мы ими своих знаков на руке?
– Сигнал послали бы.
– Сигнал?! Какой?!
– Обыкновенный. О том, что тест успешно пройдён. И тогда ближайший к Земле янтариновый объект стал бы подавать осмысленные сигналы, призывая к себе представителей Земли. Так что коснись вы тогда своих детонаторов – и этот разговор состоялся бы значительно раньше… Что это с Вами, Корней?!
Яшмаа сидел на жёлтом полу и расширенными глазами смотрел на Странника, обхватив голову руками. Услышав обращённое к нему, Корней то ли вздохнул, то ли простонал: