Чтение онлайн

Эйлин заметила, что он тоже выглядит подав­ленным. Ее охватило странное чувство: захоте­лось хоть как-то облегчить его страдания. Она по­няла, что стала слишком чувствительной, и по­старалась унять эмоции. Невозможно знать, что ждет их впереди, поэтому надо мобилизовать все свои силы.

Усилием воли Эйлин отогнала страшные мыс­ли. Думать о хорошем! — приказала она себе. На нее снова нахлынули воспоминания... Джастина смеется. Джастина плачет. Джастина приводит в дом своего первого друга. Компания ее немытых друзей, к неудовольствию соседей, чуть ли не рас­полагается лагерем на их пороге. Джастина при­ступает к очередной новой работе, которая про­должается день, следующая — неделю, а одна — о, чудо из чудес! — длилась даже три месяца. У Джа-стины меняется вкус. Ее приятели теперь выгля­дят так, словно регулярно умываются и меняют одежду.

К тому времени, когда Эйлин исполнилось двадцать лет и их финансовое положение наконец поправилось, старшей сестре частенько приходи­лось кружить по Лондону в поисках младшей, ког­да та не приходила домой ночевать. Потом Джастина влюбилась, и предмет ее любви оказался та­ким же легкомысленным созданием, как и она.

Насколько Эйлин могла судить, Кит Лэнгфорд не особенно преуспел в делах.

— Чем он занимается? — спросила как-то Эй­лин.

— Чем занимается? — Джастина, кажется, не очень поняла, о чем сестра спрашивает. — А, ты имеешь в виду работу! В данный момент он не ра­ботает. Наслаждается, транжиря отцовское на­следство.

Эйлин посочувствовала, что Кит тоже остался без отца. Но беспокойство за сестру не уменьши­лось.

— Он живет с матерью? — поинтересовалась она.

— Его мать снова вышла замуж через год после смерти отца. Она живет, кажется, на Багамах.

— А где же живет он?

— Брат купил ему квартиру, после того как вы­гнал его из дома.

— Его брат...

— Понимаешь, там была довольно бурная вече­ринка в отсутствие Гидеона, хотя мы все постара­лись убрать.

Джастина могла не продолжать. Эйлин доста­точно ясно представила себе эту картину. Она са­ма однажды, придя домой раньше обычного, об­наружила ад кромешный. Музыка ревела, а вокруг было полно людей с самыми разнообразными от­тенками волос, среди которых преобладали розо­вые и зеленые. Целая неделя потом ушла на то, чтобы снова навести в квартире порядок, и месяц на то, чтобы восстановить испорченные отноше­ния с соседями.

Но когда Джастина влюбилась в Кита, для нее все перестали существовать, кроме него. Посте­пенно Эйлин узнавала все больше о семье Кита. По всем признакам это была приличная семья, хо­тя Джастина ни разу не встречалась ни с одним из его братьев. Кит изредка виделся со своим стар­шим братом. Они часто перезванивались, но Гиде­он Лэнгфорд был очень занятой человек, а Кит, увлеченный Джастиной не меньше, чем она им, стремился проводить с ней все свое время.

Они встречались довольно долго, и однажды Джастина, сияя, явилась домой с бутылкой шам­панского.

Эйлин оторвалась от своих учебников.

— Мы что-то празднуем? — поддразнила она с радостно бьющимся сердцем. По всему было вид­но, что сестра помолвлена.

Ей следовало знать, что, когда дело касалось Джастины, ничего невозможно угадать наперед. Вот и тогда, широко улыбаясь, та с явным удо­вольствием объявила:

— Мы беременны!

Эйлин в то время усиленно готовилась к экза­менам. Предположив, что беременность заставит Джастину вести более размеренную жизнь, она сильно ошиблась: отношения Джастины и Кита вступили в бурную фазу. Но хотя Эйлин предпола­гала, что сестра вскоре может оставить ее, чтобы вить с Китом свое гнездышко, признаков этого не было.

Джастина по-прежнему встречалась с Китом, но теперь, приходя домой, чаще всего нуждалась в утешении. А, кроме того, Эйлин требовалось ре­шить, как быть дальше. В договоре о найме жилья было категорически заявлено: никаких детей. Су­дя по всему, им придется подыскивать другую квартиру.

И вдруг все сразу изменилось. Эйлин сдала выпускной экзамен по бухгалтерскому делу на «отлично», и в тот момент, когда сообщала эту но­вость сестре, у той начались роды.

— Мне нужен Кит! — закричала Джастина. Эйлин позвонила ему и была обрадована тем, какую заботу он проявил, оказавшись в больнице всего через несколько минут после того, как туда приехали они. Сразу и не скажешь, кто из них тро­их паниковал больше.

Кит оставался с Джастиной во время родов, а Эйлин металась по комнате ожидания, боясь, что в любой момент, к своему стыду, может распла­каться.

Потом Кит, от мрачности которого не осталось и следа, вышел к ней, широко улыбаясь.

— Как ты относишься к появлению на свет Ви­олетты Эйлин? — спросил он. Не успел он доба­вить, что мать и дочка чувствуют себя хорошо, как Эйлин, уже не боясь опозориться, разревелась.

Кит, кажется, сразу повзрослел и заявил, что Джастина и дочка переедут к нему. За те дни, что Джастина провела в больнице, он превратил ком нату, смежную со своей спальней, в детскую, при­тащив колыбельку и игрушки.

Еще никогда Эйлин не видела Джастину такой счастливой. Оставалось несколько недель до ее двадцатилетия.

— Ты действительно хочешь переехать к Киту? — спросила Эйлин. — В этом нет необходимости. Ес­ли тебя беспокоит наш договор по найму, мы мог­ли бы...

— Конечно, да, — ответила Джастина. Такой пу­стяк, как квартирная хозяйка, которая непременно обрушится на них за то, что они собираются пре­рвать контракт, совершенно ее не беспокоил. — Я хочу жить с Китом.

— Ну, тогда, поскольку у тебя хватит хлопот с ребенком, я соберу твои вещи и...

— Не стоит беспокоиться, — ласково перебила ее сестра. — Думаю, мне понадобится какое-то время, чтобы снова похудеть после родов, так что пока обойдусь теми хламидами, которые ты мне купи­ла! А как только получу свое наследство — выбро­шу старые тряпки и куплю новую одежду.

В квартире у Кита, в чуланчике, стояла одно­спальная кровать. Она очень пригодилась, когда молодые родители все чаще и чаще стали просить Эйлин прийти посидеть с племянницей. Теперь старшая сестра поняла, что Джастина стала еще более безответственной, чем раньше.

В воскресенье утром, уходя домой, Эйлин, по­целовав прелестную малышку, которая быстро по­корила ее сердце, уже собиралась попрощаться с сестрой, когда Джастина вдруг сказала, что проводит ее до машины. Зная ее как свои пять пальцев, Эйлин заподозрила недоброе.

— Мы завтра уезжаем, — объявила Джастина, когда они шли к стоянке. — Нас... э... возможно, не будет примерно месяц.

Поскольку наступил январь, а впереди долгая зима, провести месяц где-нибудь в теплых краях было бы совсем неплохо.