Дерзаю
Шрифт:
Этьенн Борден, ночной начальник порта Пустоши, откинулся на спинку кресла и ухмыльнулся дневному начальнику Кларен Лиу.
— Еще одно полное событий дежурство в космопорту Пустоши, — проговорил он, разминая затекшие руки. — Ну, ты обо всем сможешь прочесть в книге дежурств!
Кларен хмыкнула.
— Если ты снова написал «Во время ночного дежурства ничего не произошло. Во время ночных дежурств вообще никогда ничего не происходит. Зачем здесь нужен ночной начальник порта? Зачем здесь вообще порт?», — заявила она, проходя через комнату к автоподавальщику и заказывая себе кофе с булочкой, — то кончится тем, что ты привлечешь к себе внимание Гильдии. А они могут тебя отозвать и отправить куда-нибудь похуже.
— Назови мне это «похуже»! — потребовал он.
Она замерла, не вытащив чашки из подавальщика, и уставилась на него. После затянувшейся паузы она заявила:
— Должно быть и что-нибудь хуже.
— Ха! Ха, говорю я. Если в галактике и найдется мир более отсталый и дикий, чем Пустошь — и, заметь, я сказал «если», — то там просто не будет космопорта. И логический вывод из этого — следовательно, сударыня дневной начальник — Пустошь находится на последней ступеньке в великой лестнице миров и готова скатиться в кипящую бездну хаоса, которая находится ниже. И любой другой мир галактики — ЛЮБОЙ другой мир — должен, по чистой и беспристрастной логике, оказаться более чистым, здоровым и разумным миром.
— Или не должен, — отозвалась Кларен, откусывая кусочек сдобы. — Митлин был довольно противный.
— Митлин был раем! — объявил Этьенн. — Я мечтаю о нем! Я обнимаю его! Я готов его любить!
— Попробуй — и лишишься при этом необходимого орудия, — парировала она. — На Митлине с этим строго.
Она сделала глоток кофе и указала булкой на главный пульт.
— Ты собрался здесь остаться? Я требую своей доли впечатлений!
— Впечатления! — вздохнул он, развернул кресло, размашисто расписался и стремительно встал. — Дежурство ваше, сударыня дневной начальник!
— Роскошно.
Она неспешно двинулась к креслу, наклонилась к пульту, чтобы поставить чашку с кофе в паз, приложила большой палец к считывающей пластине, бросила взгляд на главный экран — и вздрогнула.
— Какого… — Она увеличила изображение, повозилась с разрешением и снова воззрилась на картинку. — Я вижу цепочку машин, — бросила она через плечо Этьенну. — В главные ворота въезжают семь… девять… двенадцать машин.
— Что? — Он уже стоял рядом с ней, глупо моргая на экран. — К нам вторглись, сударыня! Туземцы явились захватывать космопорт, чтобы поживиться, продавая тягачи на лом.
— Ну, не исключено, наверное, — рассеянно отозвалась Кларен, наблюдая за длинной, величественной, благопристойной кавалькадой, проезжавшей мимо пустых лавок и пустых ремонтных мастерских. — Тебе ничего не кажется странным? — спросила она.
— Странным? — переспросил он. — Ты хочешь сказать, помимо того факта, что нам предстоит погибнуть в спектакле, подстроенном… А, вижу. Они приехали через главные ворота. Они приехали по шоссе!
— Точно. И посмотри на машины — это же не драндулеты. Это…
Она замолчала.
— Что? — вопросил он. — Что — это?
— Это машины воротил, — сказала она, узнав машину босса Вайна, которому принадлежала территория за главными воротами. — Этьенн, к нам направляются двенадцать разных боссов.
Он изумленно уставился на нее.
— Но зачем?
Она вздохнула, выпрямилась и прошла через комнату, чтобы снять китель с вешалки.
— Наверное, мне следует узнать, — бросила она через плечо. — Готов подежурить сверхурочно?
Когда она вышла на улицу, машины уже стояли аккуратной колонной по три в тени башни диспетчеров, повернув носы к главным воротам.
Кларен отошла от двери на пару шагов, решительно подавив желание подойти к кому-нибудь из высаживающихся из своих машин мужчин и женщин и спросить их, какого черта они сюда приехали. В конце концов она ведь дневной начальник космо-порта, а эта должность значительная, даже на Пустоши. Она одернула китель так, чтобы был виден маяк начальника порта, вышитый на груди.
Толпа разобралась и дружно двигалась в ее сторону. Ее возглавлял мужчина в синей куртке, легко опирающийся на палку. Левая рука у него была на перевязи, пустой рукав аккуратно заколот.
Он остановился, оставив между ними комфортабельное расстояние в четыре шага, а остальные выстроились вокруг него. Тут Кларен заметила, что каждый из них что-то несет: одна женщина держала корзину, наполненную блестящими зелеными плодами, мужчина рядом с предводителем нес букет из красных, золотых и белых цветов, еще один мужчина, очень крупный, на широком плече пристроил рулон разноцветной ткани.
Предводитель наклонил голову — это было чем-то более официальным, чем местные кивки, но менее официальным, чем полное лиадийское приветствие.
— Меня зовут Конрад, — проговорил он мелодичным голосом образованного человека. — А это — мои коллеги. Мы приехали сообщить вам, что Портовое шоссе открыто от главных ворот до сельских ферм, и просить помощи начальницы порта в вопросах межгалактической торговли.
— Межгалактической торговли? — Она уставилась на него и получила в ответ безмятежный взгляд бархатных карих глаз. — Это же Пустошь! — строго сказала она. — То, что шоссе открыто сегодня, не значит, что оно будет открыто завтра. Если одного босса по его ходу убьют, то шоссе снова перестанет работать.
— Необязательно, — мягко ответил он. — Мы создаем процедуры, с помощью которых в будущем можно будет избежать хаоса. — Он снова наклонил голову в своем странном приветствии. — Пожалуйста, позвольте нам вам представиться и вручить подарки, которые мы привезли.
Обводя взглядом множество лиц, Кларен поняла, что говорить ему «нет» бесполезно. Некоторые из боссов выглядели нахальными и бесстрашными, но большинство держалось нейтрально — и даже чуть неуверенно, словно они не знали толком, что она сделает. И поняв, что они нервничают не меньше нее, она тоже наклонила голову, стараясь повторить стиль Конрада.