Чтение онлайн

Аким вполз на запретную территорию. Схватив первого попавшегося крысюка – тот не проявил ни малейших признаков почтения или страха, – внимательно обследовал тельце и содрал с лапки информационную наклейку, жалкое подобие инфопланта.

Прилепил на руку.

Над ним тут же высветилась голограмма с сообщением о травме. Малика засуетилась, запричитала:

– Мой ты хорошенький… Больно, да?

Узнала? Конечно! Не могла не узнать!

– Больно, да, Сенечка? Лапка болит? Что с лапкой? Скажи маме, что с лапулечкой? – сюсюкала Малика.

Не подсказало сердечко, сериальное мыло не оправдало надежд. Информационная наклейка присвоила двадцать восьмому метку – "млекопитающее, грызун, крыса по кличке Сеня". Отныне Аким – большой и… оч-чень нестандартный крысюк. Уродец, мгновенно вымахавший до неприличных размеров.

– Сейчас, Сенечка… Не переживай, маленький, лапка как новая будет. Ты, Сеня… Странно…

Малику трясло, платок сполз на затылок. Во время её – Малики! – дежурства пострадала зверушка. Непорядок!

– Ты…

Аким усмехнулся: Малика явно не знала, что делать. Ровно секунду не знала.

– Сенечка, ты – такой забавный… экземпляр!

Скорпион учмокал траками, но скуластый, девица и безумец неспешно танцевали к ограждению. Дервиш – у Акима отличное зрение – подмигнул и, дёргая щекой, проорал:

– Мы сделаем из тебя человека! Человек – это свобода!

Дервиш.

Скуластый.

Девица.

Ритм бубна, изгибы тел, брызги слюны.

Малика скороговоркой прочла мантру спас-службы, терминал тут же перенаправил вызов. На дежурном посту активировался эвамобиль: доли секунды на анализ запроса и расчёт оптимального курса, тест системы и… – вперёд! Мобиль сорвался с места, полтораста в час, двести, триста! Визг покрышек-лапок, хлопки тормозных крылышек-парашютов – эвакуатор едва не раскатал преступную троицу. Готов принять пострадавших и отвезти кого надо и куда прикажут.

Надо: большущая крыса и Малика.

Куда: закрытый медкомплекс "Грей Вёлда".

Парочка санитаров – металл и силикон – выпрыгнула из сороконожки, модернизированной, как и скорпион-уборщик. Санитары услужливо склонились перед распахнутой диафрагмой пассажирского отсека; в лицо пахнуло лекарственным смрадом.

– Добро пожаловать! Спас-служба рада приветствовать уважаемых клиентов! Мы безмерно благодарны за вызов и готовность в двухнедельный срок оплатить услуги. Напоминаем: для постоянных клиентов разработана гибкая система скидок. Широкий ассортимент…

Рефлекторно определив голоса дроидов в спам-саунд, Аким позволил окунуть себя в гелевый кокон. Приятное поглаживание щупалец осьминогов-модификатов, настроенных на расслабляющий массаж. Аким и представить не мог, что о какой-то крысе будут так заботиться: Малика заказала обслуживание вип-класса. Небось, для мужа не расстаралась бы. Для мужа – попроще чего. А для забавного экземпляра… м-да…

Вскрытие покажет, кто и насколько забавный! Аким уже предвкушал изумление яйцеголовых, консилиумы, статьи в журналах и бесконечные дискуссии о жёстком контроле диких мутаций. Забавный экземпляр – не просто крысюк, это живая сенсация, это о-го-го с повреждённой лапкой!

Однако быть крысой не в планах двадцать восьмого.

Мобиль выскочил на сорок первый уровень, промчался мимо полицейской франшизы, медицинского комплекса и октаэдра ремонтников. Акиму было хорошо: он вычленил симптом асоциального поведения дервишей и обнаружил причину отклонения. Секрет прост: удали инфоплант – и ты вне общества. Исчез. Не существуешь. Изгои… делают это без хирургического вмешательства? Песни и молитвы помогают?

Или скальпели из акульих резцов?

Без инфопланта ты – мусор, интересный лишь уборщикам. Тебя утилизируют быстро и без вопросов. Но внезаконники научились подчинять ассенизаторов!.. И, видимо, не только их.

Свободны?..

Цепкие захваты-манипуляторы безжалостно вырвали из кокона. Двадцать восьмой слабо дёрнулся: не хочу, верните обратно…

Поскрипывание тележки.

Белый потолок, белые стены.

Дезинфекция, возведённая в абсолют.

Столы, столики, табуреты, лежаки, стекло, органика. Органика – это инструменты: скальпели-богомолы и стетоскопы-палочники, капельницы-гусеницы и пинцеты-кузнечики.

Вжикнула бритва, счищая с головы грязные от пыли и пота кудряшки. Обрить крысёнышу шёрстку, вкатить обезболивающее, шмякнуть датчик на затылок.

Захваты регенератора на голени. Мягкая пучина релаксирующего геля. Погружение, продуть балласт. Кожу приятно покалывает.

Полчаса умиротворения.

Ничто не вечно – цельность стен прокушена дырой: лепестки диафрагмы спрятались в пазы, в комнату вошли и остановились у операционной раковины те же трое безумцев. Как нашли? Как пробрались?!

– Я крыса. Зачем я вам?! – прошептал Аким, не разжимая губ.

Молчание в ответ.

Ухмылки.

Малика приняла возмущённое шипение на свой счёт.

– Потерпи, маленький. Я сейчас. Я быстро, – и растворилась в проёме.

Аким и внезаконники.

Один и трое.

Малика не видела незваных гостей, Аким – запросто, даже сквозь толщу геля. У крысы больше прав на реальность?!

Жена вернулась, как и обещала, очень скоро. И не одна, а с коллегой, молодым и привлекательным. Всё бы ничего: ну, мужчина, ну, весь из себя искуситель-инкуб, и что? Если бы не одно но.

Красавец – два метра роста, столько же в плечах, голубые радужки, завивка, выслушав бурные объяснения о любопытном экземпляре, прижал Малику к груди. Резко – умело! – стянул хиджаб и…

Малика не сопротивлялась, не кричала.

Не пыталась вырваться.

Она… …наслаждалась.

Стыковка разъёмов, возвратно-поступательные движения, система "вал-отверстие". Плеск гормонов. Грохот водопада семенной жидкости.

Просто адюльтер?

Или размножение?!

– Эй ты, в ногу раненый! Чего молчишь? Тебе ж рога наставляют?!

– Прелюбодеи! Молодцы какие! Мне нравится этот самец! Давайте его к нам, а этого, никакого, оставим. Он некрасивый.

– Ну и как оно – быть тварью бессловесной?!