Дэниел и ангел

Для сотворения чудес день выдался просто идеальным. Небо, сияющее всеми цветами радуги над Райскими кущами, порой казалось почти золотым, как труба архангела Гавриила, а далекие звуки заунывно-торжественных песнопений наполняли Божественный эфир. Клубящиеся облака, белые и пушистые, словно тополиный пух, плыли величаво и так высоко, что только ангелы добрались бы до них.

Рядом с Жемчужными Вратами сегодня дежурила Лилиан, недавно посвященная в ангелы. Прохаживаясь влево и вправо и отмеряя положенные шаги, она порой бросала наверх быстрые робкие взгляды.

Окрестности были пустынны.

Внезапно Лилиан засучила рукава плавно ниспадающей белой робы и, сжав кулаки, ясно поняла: ей хочется сделать что-то запрещенное, точнее, сотворить какое-нибудь чудо.

Неожиданный громовой раскат, подобный взрыву, мог бы сокрушить Райские кущи. Сильный порыв ветра мгновенно разогнал тучи, и они, наползая одна на другую, ушли к горизонту. Лили упала навзничь на быстро несущееся облако и словно погрузилась в мыльную пену.

Густые клубы черного дыма, поднявшиеся после взрыва, окружали ее со всех сторон. Она откинула с лица прядь светлых волос, но сквозь дым все равно ничего не видела. Лишь через некоторое время, когда он немного рассеялся, Лили с изумлением обнаружила, что все еще жива и лежит на спине, упершись взглядом в Небесную твердь. Осторожно пошевелив пальцами, а затем, осмелев, и конечностями, она с радостью убедилась, что переломов у нее как будто нет.

Лили быстро села, проклиная нимб, постоянно сползающий на глаза, кое-как водрузила его на место и одернула задравшийся подол балахона.

Перья ее чудесных крыльев, совсем новых и отливающих перламутром, медленно кружась, словно снежинки, падали вниз. Лили попыталась осмотреть крылья, но они располагались так, что ей пришлось то и дело крутить головой. Наконец она как следует расправила их, надеясь вернуть им прежнюю форму.

Позади раздалось тихое повизгивание, и Лили испуганно обернулась:

– Флорида? Это ты?

В ответ снова послышался приглушенный звук, напоминающий урчание и хрюканье одновременно.

– Где ты? Я тебя не вижу.

Из черного облака показались две голые ноги.

– Да тут я, тут, – все так же недовольно откликнулся голос.

Ноги неуверенно барахтались в воздухе в поисках опоры. Наконец, неуклюже перекувырнувшись, изрядно запачканная Флорида шумно, как из болота, вырвалась из жирной копоти. Лили помогла ей, но Флори еще долго кашляла от горького дыма, а ее облепленные сажей крылья беспомощно подрагивали при каждом движении.

Лили мягко пошлепала Флори по спине, та постепенно начала приходить в себя, и ее взгляд стал осмысленным.

– Что случилось? – спросила Флори.

– Пока ничего.

Флори посмотрела через плечо Лилиан, и на лице ее отразился ужас:

– О нет! Кое-что все же случилось! Посмотри-ка, что ты натворила!

Лили проследила направление взгляда Флориды и ощутила дурноту.

– Ты же сломала Врата!

Лили в страхе закрыла глаза руками и, чуть раздвинув пальцы, снова взглянула туда же. Сердце у нее ушло в пятки. Медленно поднявшись, Лили обреченно побрела навстречу нежданно обрушившейся на нее беде. Потеряв дар речи, она уставилась на то, что совсем недавно называлось Жемчужными Вратами.

Вход в самое привлекательное место в этом мире теперь являл собой нагромождение дымящихся руин.

Створки Врат, наполовину разрушенные, жалостно покосившись, висели на огромных петлях из червонного золота, а сами петли напоминали изогнутые австралийские бумеранги.

Жемчужные Врата состояли из двух крыльев ангела, симметрично расположенных и соединяющихся в центре входа, а также висячего замка, инкрустированного бриллиантами.

– А где же замок? – задыхаясь от ужаса, прошептала Флори.

Лилиан посмотрела себе под ноги. Там, словно песчинки в гравии, сверкала алмазная пыль вперемешку с облаками перламутра. С трудом шевеля онемевшими губами, она выдохнула:

– Думаю, это он. Отчасти.

Флори нагнулась, разглядывая то, что когда-то было замком.

– Неужели это все, что осталось? – Лили набрала горсточку алмазной пыли и встревоженно воззрилась на белый порошок.

Флори сочувственно кивнула:

– Замок-то больше смахивает на сахарную пудру, а?

– Конечно, святой Петр добр, но если разозлится, огненных стрел у него на всех хватит… Представляешь, что тогда будет?

– Что будет? Ну, в худшем случае тебя отправят отсюда куда-нибудь пониже.

– Он не посмеет, – возразила Лили, – за что же меня наказывать, если я даже не знаю, кто все это сделал? – Она подобрала подол балахона, будто собираясь бежать. – По-моему, нужно сматываться!

– Да подожди же ты!

– Пошевеливайся, Флори, пошевеливайся!

Ты ведь тоже была рядом, и Петр может решить, что это твоя работа! Впрочем, как знаешь.

Флори побледнела, подпрыгнула на месте, а затем понеслась за Лили. Паря в воздухе, ангелы ловко порхали с облака на облако, пока перед ними не появились сверкающие на солнце сталагмиты – тайное убежище Лилиан, о котором, по ее мнению, здесь никто не знал. Она придержала разогнавшуюся подругу.

– Нам сюда.

– Неужели, – нерешительно начала Флори, – ты полагаешь, что святой Петр нас здесь не найдет?

– Конечно, нет. Это прекрасное место я обнаружила совершенно случайно – посмотри, между облаками ничего не видно.

– Уверена?

– По крайней мере в последний раз я пряталась именно здесь.

Флори лукаво улыбнулась:

– О! Это когда ты прыгнула с лестницы святого Иакова, чтобы научиться летать, и чуть не разрушила ее?

– Но я же занималась этим лишь в то время, когда архангелы, стоящие на посту, уходили немного передохнуть.

– А Гавриил впал в такой гнев, что едва не сломал свой нимб!