Шрифт:
День рождения
"С днем рождения!" - с горечью поздравила она сама себя. Да, это был еще тот день. Никто не поведет в кафе. Никто не протянет руку над свечами и не чокнется с ней бокалом. Никто не будет развлекать и после того, как наступит ночь.
Она посмотрела вокруг. За тот час с лишним, что она его ждала, все уже успели уйти, и кругом было так же пусто, как и у нее внутри.
Игорь позвонил и предупредил, что срочно должен лететь в командировку, чтобы уже утром следующего дня помочь своему клиенту. Они расстаются только до утра. Но почему именно в эту ночь? Игорь сказал, что очень расстроен тем, как все вышло, и пообещал, что постарается искупить вину, но...
Ничего уже нельзя было изменить. Оставалось только придумать, как поступить, чтобы это печальное обстоятельство окончательно не испортило день рождения. До вылета самолета осталось четыре часа. Если Игорь, как обещал, действительно приедет через двадцать минут, тогда у них в распоряжении будет пара часов. Да, здорово, если удастся спасти хотя бы что-то, а пока еще есть время принять душ.
Это очень удобно, когда есть душ. Хорошо, что его не убрали, когда переделывали квартиру в офис, и теперь, если что-то вечером намечается, всегда можно прямо здесь сполоснуться, переодеться, и иди куда надо. Так оно должно было быть и сегодня. Разочарование вновь накатило волной, оставляя за собой пустоту внутри.
Теплая вода не смыла разочарования, но подхлестнула фантазии. Растирая тело после душа полотенцем, она не могла не думать о белых шелковых трусиках, которые не терпелось надеть. "Подарок ему к моему дню рождения", промелькнула насмешливая мысль.
Трусики легко сжимали бедра и издавали тихий шелест, пока она натягивала их, а когда они дошли до верху, плотно облегали треугольник смоляных волос. Она посмотрела в зеркало и увидела, что из-за высокого выреза шелк не скрывал бедер и ягодиц. Не очень большая грудь была просто превосходной, в подмышках виднелась густая поросль черных волос. Они ему всегда нравились. "Твой зимний мех", - мурлыкал Игорь всякий раз, когда зарывался в них носом. Ему бы понравилось все, что она видела в зеркале, но какое право имеет Игорь наслаждаться этим, если собрался удрать в свою дурацкую командировку? "В конце концов это мой день рождения, и не позволю ему испортить праздник ", - решила она.
Прозвенел звонок. Она заторопилась, быстро натянула черное хлопчатобумажное платье. Времени, чтобы подушиться и наложить косметику, уже не было. "А вот теперь сделаю себе еще один подарок ", - игриво подумала она.
Это был Игорь в темно-синем костюме и с робкой улыбкой. В одной руке дипломат со всеми необходимыми вещами, а в другой - небольшой целлофановый пакет с ручками. Игорь сделал шаг через порог, едва е касаясь головой притолоки, и сказал: "Наверное, нам не удастся полакомиться мороженым в кафе, поэтому купил торт-мороженое. Твой любимый". Игорь протянул руки, чтобы обнять. "Не смей прикасаться ко мне ", - сказала она, но не услышала в своем голосе гнева. От удивления Игорь даже раскрыл рот:
"Но я..." - "Иди в душ и освежись, перед тем как начнем праздновать МОЙ день рождения".
Хотя сказано это было таким холодным тоном, что слова буквально застыли в воздухе, от него не ускользнул едва уловимый намек, содержавшийся в них.
С мальчишеской улыбкой Игорь пробормотал: "Долго не задержусь", - и направился к душу, сбрасывая по дороге одежду.
Не прошло и десяти минут, как Игорь снова вошел в приемную, мурлыкая под нос веселый мотивчик, и собрался было громко сказать: " С днем рождения ", но осекся, увидев только свой бумажник, записную книжку, ключи от машины и коробку с тортом в том месте, где оставил дипломат.
– Будешь послушным, получишь вещи назад.
– А где мой дипломат и...
– В машине. Будешь делать все, как скажу, успеешь в аэропорт вовремя. Итак, начинаем праздновать мой день рождения. Сбрасывай полотенце.
Полотенце упало к ногам, полностью обнажив его. Игорь вытянул руки в предвкушении объятия.
– Руки по швам, и, повторяю, не смей прикасаться ко мне, иначе ничего не получишь, когда разберусь с тобой. Или ты собрался идти за своими вещами в моем платье?
Его руки упали туда, где должны были быть " швы ", а она тем временем начала ласкать его тело. Встав сзади, мягко провела ладонями по плечам, а потом по бокам вниз до колен. Затем вверх по внутренней поверхности ног, по расщелине между двумя мощными ягодицами и поцеловала одну из них, вызвав у него дрожь.
Все еще находясь у него за спиной, она погладила живот и грудь .слегка задев соски. И, когда она оказалась перед ним, член уже встал и подергивался от каждого его возбужденного вдоха.
Едва касаясь кожи, она стала водить по ней самыми кончиками пальцев. Потом наклонилась и прикоснулась кончиками прядей к члену. Игорь застонал и обхватил голову соблазнительницы руками. Однако она отстранилась и сказала: "Запомни: не прикасаться!". Одним движением она стащила с себя через голову черное платье. У него перехватило дух, когда увидел, как просвечивает через белый шелк густая поросль черных волос.
"Повесь аккуратно", - распорядилась она и протянула ему платье. Игорь выполнил просьбу и вернулся за новыми приказаниями. Его тело было напряжено от неизвестности.
– Тебе нравятся мои трусики? Игорь лишь кивнул в ответ.
– Пощупай, какие они мягкие. Но только щупать будешь щеками и губами.
Игорь начал осторожно тереться щеками и губами о шелк трусиков, пытаясь уткнуться носом в черный холмик под ними. Она почувствовала его горячее дыхание, чему не помешал даже тот жар, который исходил от нее самой в этом месте.
– Сними трусики с меня, но без рук. И не вздумай их порвать зубами.
После третьей попытки Игорь наконец-то просунул язык под впившуюся в бедро резинку. Крепко удерживая шелк трусиков губами, приспустил их вниз. Потом это же самое ему пришлось проделать и с другой стороны.
Из-под трусиков показались черные заросли, но шелк по-прежнему плотно облегал промежность. Она обхватила рукам склонившуюся голову и стала едва заметно водить волосами по его губам.
Внезапно Игорь попытался лизнуть влагалище, но она оттолкнула его голову.
– Делай только то, что говорю. Снимай их! Игорь опустился еще ниже, так, чтобы лицо оказалось под промежностью, и ощутил ноздрями запах влагалища. Его член напрягся до предела. Плотно зажав губами шелк трусиков, он стал склонять голову все ниже и ниже до самого пола, стаскивая трусики с ног.
Она перешагнула через них и сказала: "Дай их мне".
Забрав у него изо рта трусики, она жестом приказала подняться. " Не хочу, чтобы мое новое шелковое белье валялось на полу ", - выдохнула она и повесила трусики на его звенящий от напряжения член.