Чтение онлайн

– У тебя просто кайф кончается. Тебе нужно немного подбавить.

– Мне на сегодня хватит. Через несколько часов я должна быть на работе. Давай спать. Эй!

Мне так больно!

– Неужели?

– Да. Хватит. Это мне не нравится. Ой! Я серьезно! Перестань!

– Расслабься, крошка. Главное впереди. И я не шучу.

Рэймонд Хан ехал домой из мэрии, всю дорогу поглядывая в зеркало заднего вида. Он хорошо справлялся со своей работой главным образом потому, что всегда был предельно осторожен. В качестве прикрытия он служил в маленькой бухгалтерской фирме, но зарплата ему шла через НОБН. Под видом работы с клиентами он свободно разъезжал по окрестностям, встречался с людьми и выявлял связи торговцев с клиентами.

Это была опасная работа. Чтобы войти в доверие к торговцам, боявшимся всего на свете, требовались месяцы. Часто приходилось рисковать собственной задницей, а результат оказывался нулевым. Ярким примером тому служил провал операции, когда был убит Кев Стюарт.

Не требовался специалист, чтобы сообразить, что кто-то в отделе предупреждает наркоторговцев об очередном готовящемся рейде. Но это внутриотдельские проблемы. У него, у Раймонда, своя задача: остаться живым и не раскрыть свою легенду.

Он работал секретным агентом три года – уже чуть больше, чем следовало. Он устал постоянно оглядываться, всех подозревать, жить двойной жизнью.

В последнее время Хан все чаще подумывал о том, чтобы переехать и сменить работу. Но имелось серьезное возражение. Никакая другая работа не дала бы ему свободного доступа к наркотикам, а это весомый аргумент. Вот в чем главное достоинство его нынешнего положения.

Убедившись, что никто его не преследовал до дома, Рэймонд Хан отпер дверь квартиры, проскользнул внутрь и сразу задвинул засов. Каждый раз, когда по легенде требовалось его арестовать или подержать в тюрьме, Хан долго потом отходил от шока. Он так хорошо вжился в свою роль, что иногда поддавался реальности происходящего.

Он и Берк Бейзил были в одной команде. И все же этот тип его пугал. Рэймонду страшно было представить, что тот сделает, если узнает о его пагубном пристрастии. Ему бы ни за что не хотелось рассердить Бейзила. У него только работа на уме. Прямой, как шлагбаум. Естественно, что остальные ребята в отделе его недолюбливают.

Брать взятки считалось в порядке вещей. Это было правилом, а отнюдь не исключением. Многие полицейские полагали, что в этом сумасшедшем мире можно смотреть сквозь пальцы на мелкие правонарушения и всерьез относиться только к тем преступлениям, которые связаны с угрозой человеческой жизни.

Берк Бейзил думал иначе. Закон есть закон. Он либо нарушен, либо нет. И точка. Бейзил никогда и никому не читал морали – не считал нужным. Но его молчаливого осуждения было достаточно, чтобы полицейские-взяточники его сторонились. А теперь, когда погиб Кевин Стюарт, единственным другом и собутыльником Бейзила считался один Дуг Пату. А если водишь дружбу с начальством, то нечего рассчитывать на популярность у сослуживцев.

Однако Бейзила, судя по всему, это не больно и расстраивало. В этом отношении, подумал Хан, они с Берком чем-то похожи. Рэймонду работа в одиночку была по душе, и Бейзилу явно тоже. Вряд ли его заботила нелюбовь коллег.

Хан разделся в темноте. Его подружка злилась, если он ее будил. Ей не нравилось, когда он поздно приходил или оставлял ее одну. Она была уверена, что он работает бухгалтером и не понимала его частых ночных отлучек.

Их распорядок часто не совпадал, да, собственно, чем реже они виделись, тем было лучше. Их отношения были удобны обоим. Когда она предложила Рэю перехать к ней, ему проще было согласиться, чем объяснять причину отказа. Кроме прочего, им нравились одни и те же наркотики. Под кайфом они лучше ладили друг с другом. В остальное время они тоже жили вполне терпимо, но кроме секса их в общем ничего не связывало.

Рэймонд отдавал себе отчет, что она его терпит за наркотики, которые он приносил. Однако его это не заботило. Он даже подозревал, что она ему изменяет, но всерьез ее не винил: слишком уж часто он уходил по ночам. Не принесла бы заразу в дом, а так – пусть делает что хочет. По телевидению часто предостерегали от связей, подобных той, что была у них; но Хан утешал себя тем, что у него больше шансов получить пулю в затылок от торговца наркотиками, чем заразиться СПИДом.

Хан скользнул под одеяло и с радостью отметил, что она даже не пошевелилась. Он терпеть не мог сцен. Особенно после сегодняшнего ареста, особенно после двух часов, проведенных в тюрьме. Ну и зоопарк!

Его поместили в камеру с двумя братьями-деревенщинами, с головы до ног покрытыми татуировками. Они проломили череп третьему брату во время семейной ссоры. Еще одним сокамерником оказался трансвестит, забившийся в угол и трясущийся от страха. Он так рыдал, выслушивая оскорбления, которыми его осыпали провинциальные бугаи, что его фальшивые ресницы отклеились. Это, в свою очередь, вызвало новый всплеск рыданий и последовавшие за ними новые оскорбления.

Рэймонд всегда засыпал с трудом, а сегодня ночью ему особенно трудно было отогнать мрачные мысли. Он решил скрутить косячок – поможет расслабиться.

Хан перегнулся через подружку и включил ночник.

Он даже не успел осознать того, что увидел, как к нему метнулась тень.

Рэймонд Хан умер с безмолвным криком ужаса, так и не успевшим сорваться с его губ.

Как только Берк прибыл в управление, он сразу понял: что-то стряслось. Стоявшие возле кофеварки сослуживцы поздоровались с ним, стараясь не встречаться взглядами, а когда он подошел налить себе кофе, их уже как ветром сдуло.

Подойдя к столу, Берк снял пиджак, но на вешалку повесить не успел. На пороге своего кабинета появился Пату и вызвал Бейзила. Берк бросил пиджак на стол, а чашку с кофе взял с собой.

Пату закрыл за ним дверь.

– Садись.

– Не хочу я садиться. Я хочу знать, что, черт возьми, произошло!

– Рэймонд Хан мертв.

Берк сел.

– Хана и его подружку обнаружили сегодня утром в их кровати.

Берк отхлебнул кофе.

– Насколько я понимаю, он умер не от сердечного приступа?