День ангела
Шрифт:
В моем мозгу всплывает картина я, Ирочка и трое детишек сидим нахохлившись на насесте в темном сарае, одетые в рваные мешки.
И только тут я замечаю на ее пальце перстенек тонкой работы, с блестящим камушком. Неужели?…
"И я буду продолжать свою работу, Рома. Наши там считают, что я совершила подвиг внедрилась в самую гущу здешней жизни. Так что я теперь не оперативный сотрудник, а особый агент"
"И чем ты будешь заниматься?"
"Как обычно, Рома. Сеять разумное, доброе и вечное. Как всегда и везде"
Я смотрю в ее серые, огромные глаза. Ни следов смеха. Ну конечно, разумное, доброе и вечное. Как же можно иначе?
Она улыбается.
– Давай уже поедим. Я голодная. И спать хочу. Вместе с тобой, на твоем большом мягком диване.
Дыхание у меня перехватывает. Ее глаза совсем близко, и я чувствую на затылке крепкие, настойчивые пальцы. В глазах бесится смех.
– Скажи, сегодня я буду наконец истерзана диким зверем?
Вот до чего бесстыдными бывают бывшие ангелочки!
– …Странно все же. Я все время чувствую, что у меня есть крылья. Потрогай, это так или нет?
Ирочка расслабленно засыпает на моей груди. На сегодня хватит, дикий зверь выдохся полностью.
Я глажу ее по спине. Спина как спина гладкая, женская. Никаких крыльев.
– Это одеяло…
Она пытается схватить мою ногу пальцами своей.
– И пальцы на ногах бесполезные култышки какието. Зачем такие?
Я ласкаю ее. Какая восхитительная, маленькая, упругая грудь…
– И это тоже… Зачем они торчат, если кормить пока некого?
– Это для меня. Чтобы я получал удовольствие. Правда, правда…
Я глажу ее везде, ласкаю. Она вдруг тихонько, очень смущенно шепчет:
– А меха между ног у меня нет, и под мышками…
– Я заметил…
– Забыли внести в генокод. А мама говорит вовсе необязательный рудимент. Ты расстроен?
Я ласкаю ее, целую в самое ухо.
– Ужасно…
Она уже заснула, дышит ровно и легко. А я плавлюсь от счастья. На моей груди спит мое любимое существо, единственное во Вселенной.
Мы стоим на балконе, продуваемом стылым, мокрым октябрьским ветром. Над нами серое утреннее небо, но нам кажется, что вокруг играет радуга. Так кажется не только мне краем сознания я улавливаю и ее мысли. Она плотнее прижимается ко мне.
"Знаешь, здесь, на Земле, один человек давно выдумал легенду о девяти кругах ада"
"Знаю"
"Многие люди все время пытаются придумать себе разные варианты ада, и не просто придумать нередко они работают, чтобы эти кошмарные выдумки стали реальностью. И почемуто почти никто не представляет себе рай, и еще меньше тех, кто старается сделать рай явью"
"Может быть, потому, что падать легче, чем подниматься?"
Жемчужносерые глаза смотрят в упор.
"Ты понимаешь. Ты всю меня понимаешь. Какая я счастливая!"
Долгий, тягучий поцелуй. Чуть не до крови.
"Завтра я куплю тебе дельтаплан…"
"Дельтаплан? Мне не нужен дельтаплан. Зачем мне дельтаплан?"
"Но ты так хочешь летать, я же вижу"
"Это правда. Хочу и буду. И, кстати, мне пора размяться"
Она мягко высвобождается, уходит в комнату. Я с интересом смотрю неужели?…
Она вновь выходит на балкон, одетая в зеленоватосерое облегающее трико с капюшоном. Поправляет на себе широкий, металлически блестящий зеленый пояс, очень похожий на пулеметную ленту. На шее блестят дешевенькие хрустальные бусы.
– Надо срочно купить разную одежду, вот что. Мне же совершенно нечего надеть один термокостюм! Завтра ты свободен? Поможешь мне, ладно?
Она легко вспрыгивает на перила, и меня пронзает дикий страх:
– Ты что?!!
Но я уже понимаю страх глупый.
Она смеется.
– Вся техника по сути своей протезы, и где можно, надо обходиться без протезов. Но если нельзя обойтись, глупо пренебрегать техникой. Отойди на шаг, ты попадешь под действие поля, будет неприятно.
Я послушно отступаю.
Она плавно разводит руки. Изображение начинает кипеть, пузыриться, еще секунда и над перилами дрожит знойное марево. Все! И даже ветра на этот раз нет. Антигравитация, левитация или как там?
"Называй как хочешь. Но учти я скоро вернусь, и буду страшно голодная"
"У меня осталась рыба. Хочешь? Ты теперь человек, привыкай"
"Рыбу хищному зверю. Мне яичницу, из пяти яиц. Нет, из шести"
"Ты не объешься?"
"Ничего, я привыкла. Я же летучая. И тебя сделаю таким, милый мой. А транспортный пояс для тебя будет готов послезавтра. Да, и послезавтра мы летим на базу, все наши хотят пожелать нам обоим счастья. Это же называется свадьба, да?"
Я счастливо улыбаюсь, закинув голову. Мне кажется, что в сером, туманном октябрьском небе играют радуги.
Мы вступаем в первый круг рая.
Глава 3
– Чем смеяться, помог бы лучше!
Ирочка крутилась так и этак, но мудреное вечернее платье не поддавалось. Я наблюдал за ней с веселым сочувствием.
– Давайдавай, овладевай навыками. Что за женщина, которая не в состоянии надеть платье!
Она выгнула бровки, закусила губку. Изогнулась, как ящерка.
– Ты прав, конечно. Но кто это придумал, вот эти веревочки? Нет, ты объясни мне крыльев нету, а спина зачемто вся голая…
– Это для удовольствия мужчин. В данном конкретном случае для моего удовольствия.
Ирочка хмыкнула.
– Если для твоего удовольствия, то это дурацкое платье следует и вовсе снять. Я не права?
– Права, как всегда. Но видишь ли, какое дело если ты его снимешь, мы никуда не пойдем. Только до дивана.