Демон
Шрифт:
– Я говорю это, что мои действия не стали неожиданностью. Может, вам удастся вырваться отсюда...
Когда хлопнула дверь, Уильям вновь начал беситься, пытаясь разорвать путы. Его щека все еще горела красным от сильного удара.
– Вот тварь! Тварь! Тварь!
– кричал он так, будто надеялся, что она услышит.
– Подставила нас! Теперь точно нас погубит...
– Мы сами виноваты, Уильям, - возразил Хэммет.
– Нам предоставят шанс спастись, цените это...
– Знаете, что, профессор...
– бывший крестоносец перевернулся, и посмотрел на собеседника.
– Что?
– невозмутимо спросил тот, подарив ответный взгляд.
– Не пытайтесь играть в бесстрашного или умного. У вас не получается ни то, ни другое.
– Хорошо, я глупец и трус.
И плевать, что ночью насчет ума говорил совсем другие слова.
– Стало легче?
– с ноткой издевки добавил Михаил.
– Надеюсь, что в аду мы будем мучиться далеко друг от друга...
– Сомневаюсь, что вы попадете в ад.
– Почему нет? По всем канонам...
– Просто примите это на веру, - слегка улыбнулся демонолог.
– Даже я, атеист, знаю, что такое вера, как явление.
На этом разговор закончился. Вскоре за ними пришли. Вновь вернулся этот подозрительный взгляд фанатиков, только к ним прибавилась большая такая щепотка ненависти и неприязни.
Ноги им развязали, после чего бывший крестоносец не преминул ими подраться. Но несколько ударов грубо выструганных дубин по животу остудили буйный нрав.
Хэммет же не думал делать глупости, осознавая свое уязвимое положение.
К их казни все оказалось приготовлено. В большой зале с небольшим возвышением в центре стоял Борджиа, бесшумно молясь с остальными свидетелями торжества. А их оказалось немало, приходилось стоять плотными рядами.
На потолке располагалось странное устройство, оканчиваясь шпилем прямо над головой священника, в то время как вокруг него по всей площади расползались, словно вены, светящиеся переливающимся красным оттенком полости.
Уильяма и Михаила со связанными руками, поставили на колени в центре зала. Солдат вновь пытался сопротивляться, но получил дубинкой по почке и упал обратно.
– Ничего не произойдет... вот увидите, это просто очередная игра, - чуть склонившись ближе, прошептал бывший крестоносец, пока Анхель громко читал свою обличительную речь.
Но профессор понял, что тот имеет в виду. Однако довериться Катерине - единственный шанс спастись. Хотя, было страшно. Хэммет этого не показывал, но лицо побледнело, а ладони, хоть и не тряслись, вспотели и крепко сжались в кулаки.
– Последнее желание?
– закончив свою речь под радостный рев присутствующих, великодушно предложил Борджиа.
– Хотите в чем-нибудь исповедаться?
– Мне бы водки...
– ерничая, оскалился Уильям.
– К сожалению, у нас круглогодичный пост. Алкоголь отвлекает от самосовершенствования...
– Самосовершенствования? Или просто пьяной толпой сложнее управлять?
– напоследок высказался Михаил.
– Не говорите глупости. Хотя бы перед смертью... что ж, приступим.
Прочитав коротенькую молитву и перекрестившись, священник поднял руку вверх.
Со шпиля ударил яркий свет энергии, что сосредотачивалась в сжатом кулаке Борджиа.
– Это демоническая энергия...
– с твердой уверенностью заявил профессор.
– Как...
– не успел задать вопрос Уильям, который уже приготовился к смерти, закрыв глаза.
– Вот и причина выбора места...
Анхель слышал разговор, но никак не отреагировал. Слишком сосредоточен.
– Но как?..
– вновь произнес те же слова бывший крестоносец.
Если бы только Хэммет знал. После окончания нашествия часть демонической порчи остается в земле. Но ее сложно преобразовать в столь мощную энергию. Даже простую гончую вызвать нельзя, не говоря уже о распылении людей. Или о пробуждении магических способностей. Откуда взялась эта проклятая машина?..
Солдат же напряженно искал взглядом Катерину, проклиная ее всеми известными бранными словами. Казалось, в толпе промелькнули высокие кожаные сапоги...
– Ваш бог - ложь!
– вдруг раздался ее голос.
Священник не успел увернуться, как женщина нашпиговала его спину метательными кинжалами. А острие последнего показалось спереди из насквозь проткнутого кадыка.
Толпа, дернувшаяся сначала, чтобы растерзать преступницу, резко замерла, не веря своим глазам.
– У него кровь!
– Кровь!
– Не может быть!
Борджиа упал навзничь, закатив глаза. Энергия, скопившаяся в кулаке, исчезла без следа. Профессор ожидал, что немедленно начнется землетрясение, и их засыплет...
Ведь ученые уже давно доказали, что закон сохранения энергии существует. Ничто не возникает из ничего. И не пропадает бесследно.
А что если эта энергия все еще в Анхеле...
– Двуличная мразь!
– священник резко открыл глаза, медленно поднимаясь.
Путешественники последовали его примеру, и в этот раз никто не думал их останавливать.
Но женщина среагировала быстрее. Резкий рывок, и лживый пророк вновь оказался повален на возвышении.
– Сдохни!
– с криком наемница вонзила кинжалы в его грудь, потом вытащила один из них, ударив в сердце и проворачивая.
– Катерина, его сейчас не убить!
– поздно предупредил профессор.
Но женщину уже отбросило в сторону прихожан.. На ногах удержались лишь те, кто стоял прямо у стены. Но и им не поздоровилось: Борджиа дал в полной мере прочувствовать то, что ощущали вчера Уильям и Михаил.
– Его невозможно убить...
– больно ударившись головой о кого-то, констатировал профессор.
Сейчас не до того, что их в любой может разорвать толпа. По сравнению с тем, что может сделать Анхель, впитав в свое тело такую энергию, это цветочки.