Демон в чёрном бархате
Шрифт:
Алевтина стиснула зубы, чтобы не ударить Александра. Никогда ещё слово «новенькая» не звучало так оскорбительно, как из уст этого «старенького». Возомнил из себя самого опытного и умного, чем и взбесил Алевтину.
–Вот урод, – шепнула девушка.
–Что?
–Иди давай, куда шёл, – рыкнула Алевтина, выходя из оружейной, следом за Александром.
Дверь закрылась, как только Алевтина сделала шаг за пределами комнаты. Казалось, что нога останется там и будет находиться уже отдельно от Алевтины.
–Что ж, я думаю, что на сегодня уже достаточно блуждать здесь. Много впечатлений за сутки – это тоже плохо.
Они спустились на первый этаж. Огромный холл и никаких бесконечно длинных коридоров. Только огромные колонны, которые были освещены светильниками, встроенными в пол. Вдали виднелся выход из здания.
«Чёрт, он всё-таки существует!» – обрадовалась Алевтина.
–Я же надеюсь, что это не просто стекло, да?
Выход казался большим панорамным окном с одной дверью в центре. Это очень смутило Алевтину, сразу после накатившей радости.
–Да, это стекло Гезелла, если быть точным.
«Опять умничает» – проскользнуло в мыслях Алевтины.
–Пришло время нам расстаться с тобой, увы, – Александр потянулся и сладостно заулыбался, – Какой бы ты дурочкой не выглядела, я буду очень рад, если ты будешь за нас, и меня не пошлют убивать тебя.
–Даже если пошлют, то явно не ко мне, – ехидно ответила Алевтина.
Александр усмехнулся. Улыбка растянулась до ушей, а глаза заблестели живым блеском. Теперь он выглядел хотя бы на свои годы, если не моложе. От такой искренней улыбки Алевтина и сама повторила его выражение лица. Хоть он и был выскочкой, как она считала, но явно не вызывал отрицательных эмоций. Скорее даже наоборот, некоторые выходки вызывали тёплые чувства. Они вышли на улицу. Холодный ночной воздух сразу наполнил лёгкие Алевтины, и она глубоко вздохнула, стараясь вместить в себя, как можно больше. Александр последовал её примеру и, повернувшись к Алевтине, долго смотрел в её глаза. От такого взгляда карих глаз Алевтине стало немного неловко, поэтому она перебила его:
–Эм, – долго протянула она, – спасибо тебе за… эм…
–За этот вечер?
Алевтина ещё больше засмущалась. Её лицо покраснело, а щёки загорелись ярым пламенем, что и выдало её.
–Не совсем это я хотела сказать, – все слова она бросила куда-то в пол.
–Что?
–Я говорю, – почти закричала Алевтина, – что я не это хотела сказать!
Александр вновь улыбнулся. Его брови поднялись почти до максимальной высоты, как вдруг он громко засмеялся.
–Господи, Боже мой! – утирая слёзы, проговорил он в попытках остановить свой смех, – Это ж надо так засмущаться, Ал.
–Заткнулся бы лучше! И никакая я тебе не «Ал»!
–Ну, ну, – успокоился Александр, – Короче, мадам…
Его голос стал таким же серьёзным, как и его лицо, когда он только зашёл к Алевтине этим утром. Но это продолжалось недолго. Александр тихо засмеялся, прикусывая свою губу.
–Мадам, садитесь в машину и отправляйтесь домой, – Александр показал на рядом стоящий чёрный «Бентли», – Думаю, вам стоит нормально отдохнуть.
Алевтина недовольно цокнула языком и открыла дверцу автомобиля. Она назвала свой адрес ИИ, как тут опустилось стекло.
–Ты всё от меня отстать не можешь?
–Увы, да. Я хотел всё-таки нормально с тобой попрощаться.
Александр протянул аккуратно сложенный листочек.
–Звони, если что. Я буду всегда где-то поблизости, – он подмигнул Алевтине и ударил несколько раз по корпусу «Бентли». Машина сразу пустилась в путь.
***
По пути домой, Алевтина почувствовала, что ей действительно не хватает нормального сна. Чтобы её никто и ничто не беспокоило. Одиночество. Хотя бы один день. Одну ночь.
Все её мысли оборвались, как только она вошла в квартиру. Где-то в её комнате зазвучал телефон. Алевтина сразу поняла, что теперь от неё точно никто не отстанет. Девушка медленно поплелась на звук, думая, что перезванивать явно не захотят и просто забудут про неё. Но телефон продолжал истошно звучать всё громче и громче.
Когда она уже была совсем рядом, ей удалось прочитать имя абонента, который пытался дозвониться до неё.
–Не могу поверить, что ты наконец-то мне позвонил, – радостно взвизгнула Алевтина и прыгнула на кровать.
–Я тоже не могу поверить, что слышу тебя, мишка.
От столько нежного мужского голоса с лёгкой хрипотцой у Алевтины прошли мурашки по спине, будто этот человек стоял рядом.
–Я буду минут через пять, так что можешь начать готовиться к моему приходу.
–Очень жду тебя, – шёпотом произнесла девушка.
Всё внутри заиграло от счастья. Этот приятный звучный голос принадлежал Валу Дворжак. Ну, по крайней мере, он просил, чтобы его так называли. Его настоящее имя было Винсент. Никто не понимал, почему он так не любит своё имя, но при этом, все смирились и привыкли к короткому имени «Вал».
Они с Алевтиной познакомились два года назад в компании, куда так грезила попасть Алевтина. Они совместно создавали проекты, которыми восхищались многие люди. Их дуэт вскоре перенёсся и в другую сферу их жизни. Вал заинтересовался девушкой и всячески начал ухаживать за ней, да только она в ответ не делала никаких шагов. Как позже выяснилось, Алевтина была настолько погружена в работу, что совершенно не замечала эти признаки внимания. На что Вал просто пригласил её в океанариум, где и раскрыл все свои чувства. В тот момент, у Алевтины будто открылись глаза. На предложение Вала узнать друг друга ближе, Алевтина согласилась, совершенно не скрывая собственного интереса.
В конце концов, она не разочаровалась в своём решении. Вал всегда уделял ей достаточно много внимания и никогда не игнорировал её проблемы. Взаимопонимание было буквально круглые сутки. Его сильный характер сразу же понравился Алевтине, потому что предыдущие ухажёры вели себя явно не так, как хотела бы того девушка. Но иногда он мог закопаться в собственной работе так, что не хватало времени практически ни на что, даже на обед и сон. Всё валилось с его рук, что было чревато для окружающих. Он палил всё не только своим взглядом, но и огнём, что был всегда в его кармане в виде зажигалки. В огонь были брошены многие работы, которые могли бы принести немало плюсов в компанию, да и самому Валу. Но для него это были неудачные работы, которые нужно было «переделать, перечертить и заново обдумать».