Демон-искатель
Шрифт:
– Боже, – только это и вырвалось из уст гостя.
Они еще какое-то время попили чай и вот Гаврилыч встал и сдавленно улыбнулся:
– Ладно, приятель, увидимся.
И вышел из белокаменного поместья, а Бараков смотрел ему вслед, и его кустистые брови были сильно нахмурены, а усы дрожат вместе с губами.
Он посмотрел наверх и увидел восходящую луну, а солнце давно зашло за горизонт.
– Тварь поганая, – только это и прошептал буржуй.
И зашел обратно в свой дом.
Тем временем Леонид Гаврилыч, этот худой человек с сильными морщинами и седыми всклокоченными волосами, словно клубок пуха, шагал по снегу и пытался насвистывать мелодию. Несмотря на теплую шубу, он чувствовал, как руки в шерстяных рукавицах вот-вот покроются льдом и инеем. В голове застряла одна картина: разрезанный, нет даже разорванный Григорий, разбросанный по сторонам. Очки Гаврилыча, которые он нацепил на заостренный нос, начали мутнеть от его горячего дыхания.
– Дьявол! – выругался он и остановился рядом с одним из домов бедняков.
Он старательно их протирал и тут!.. Раздалось чье-то тихое едва слышное шипение.
– Что это? – обернулся гость.
Он оглядывал все пространство, освещенное ярким светом лунного диска, но тучи то и дело заслоняли его, и сияние сильно слабело.
А шипение все продолжалось.
Ему казалось, что это собака или лиса. Но почему-то у него возникла мысль о звере куда страшнее мохнатой дворняги и рыжей плутовки, таскающей кур из сарая.
– Собачка иди сюда! У меня есть косточка!
С этими словами он достал револьвер и нацелил его во тьму.
Шипение становилось все громче.
– Что это значит? – еле слышно пробормотал он.
А Гаврилыч начал чувствовать, как это навязчивое шипение начинает проникать в его разум, как оно заполняет все его мысли. Гость уже начал терять слух. Он чувствовал, что этот звук исходит у него из головы.
– Ну, хватит уже! – задержав дыхание взвыл помещик.
Он уже собирался выстрелить, как вдруг, его руку пронзила острая боль: он завизжал как побитый ишак! Медленно, будто невидимым лезвием, ему резали сухожилия, все громче был слышен хруст костей. Ноги моментально искривились словно сучья.
Гаврилыч выронил револьвер, а его крик постепенно пробуждал других жильцов. И вот обломки костей начали лезть из ран как иглы.
– Божеее! – кричал он.
Тут из домов вышли граждане. Их пронзительные крики нарушали тишину Иркутска. Они видели, как постепенно тело человека разрывается на части словно ткань под ножницами.
И вот вопль Гаврилыча смолк, а граждане, что видели все это, с трудом стояли на ногах. Но тут!..
– Смотрите! – закричал один из мужиков, указывая пальцем куда-то.
Все обернулись и увидели глаза! Горящие словно два факела глаза с черными узкими зрачками. Из тьмы проступила коварная, насмехающаяся улыбка чеширского кота, обнажающая белоснежные заостренные зубы.
Повеял холодный ветер и раздался злобный, злорадный смех и глаза с ухмылкой исчезли так же внезапно, как и появились.
Наутро все собрались вокруг дома Баракова.
– Давай нам его! – кричали рабочие, крестьяне, фермеры и буржуи.
– Мы хотим его крови!
– Смерть колдуну!
– Пусть горит в адском котле!
Все это время Хлевадий сидел за столом и нахмурившись ел жареную курицу.
– Сэр, вам бы выйти к ним, – предложил Иннокентий, стоявший рядом со столом.
Граф Винчестер спокойно ел куриную грудинку.
– Сэр, может вы… – хотел начать надзиратель.
– Чертова курица! Что с мясом! – закричал Хлевадий, разбивая фарфоровую тарелку об пол.
Ножка повалилась на пол с мягким хлюпом.
Марианна, сидевшая на другом конце стола, ехидно спросила:
– Все еще считаешь, что это Ваня убил Григория?
Глаза отца гневно блеснули:
– Больше… Никогда… Не упоминай это имя!
Он схватил столовый нож и уже собирался броситься на девочку, но тут раздался тот самый британский акцент:
– Ноу, ноу! Май френд! Ты, не медля, успокоиться!
Граф Винчестер медленно встал со стола и ласково проговорил:
– Твой долг выйти туда и толк с зэт из хьюманс! – англичанин мягко разгладил руками камзол буржуя.
Бараков с тяжелым трудом промямлил:
– Думаю, ты прав, мой старый друг.
И послушно вышел во двор, где его ждала разъяренная толпа.
– А вот ты и явился! – кричали они.
– Ну что, мерзавец, будешь этого изверга покрывать!
– Из-за твоего дружка женщина овдовела!
– Выдай нам колдуна!
– Колдуна?! – воскликнул вдруг буржуй. – Колдуна значит! С чего вы взяли, что колдун именно Винчестер?
– Ты прекрасно знаешь с чего! – тут из толпы вышел отец Анатолий.
Лицо Баракова на минуту побледнело.
– Нет, не знаю! – горделиво прокричал в ответ Бараков .
– Скажи мне, Хлевадий! – начал священник. – Сколько лет ты знаком с этим англичанином?
– Я познакомился с ним в Англии когда учился, дурень несчастный!
– Ты действительно считаешь, что это бедняга Ванька, убил Григория и Гаврилыча?
– У него есть мотив! – заявил Бараков.
– К черту это! – раздался женский голос. – Я и мои сестры видели, как Гаврилыча на куски разорвало!
– Никак дьявол забрал его душу! – встрял один из мужиков.