Чтение онлайн

Мужичок представился Армеем, показал все удобства, которых тут не было, и наши спальные места. Точнее, две здоровенные лавки, что мы отдали матери с ребёнком. Мне же и Виктору, как мужчинам предстояло лечь на пол. Перспектива не самая приятная, так что переглянувшись, приняли единогласное решение спать в сарае, что приютился позади дома.

Армей рассказал, где можно взять воду, и где найти топор для дров, а сам куда-то смылся, с крайне загадочной улыбкой.

— Вы не боитесь, что он нас сдаст за ломоть хлеба? — спросил я Виктора, который уже брался за чурбачки.

— Нет. Не факт, что он нас вообще узнал, да и знает о том, что нас ищут, деревня-то на отшибе. Да и коль так, то есть ещё одна сторона медали. Он хоть и одинокий, и денег у него нет, но под козырьком дома висит плашка с битвы, что гремела здесь семнадцать лет назад. Плюс ранение у него в спину, поэтому и ходит так. И он точно понял, что я тоже на войне был. Такое с ходу увидеть можно по тому, где и как у меня меч на поясе висит. Это боевое братство, что дороже кровного. А такие люди ценят честь куда больше денег и даже жизни. Так что здесь мы в безопасности.

Я в очередной раз удивился внимательности Виктора. За час успел выяснить столько всего! А мне на глаза попалось лишь то, что дом через пару лет сгниёт до основания.

Пока Армея не было, мы успели наколоть дров и принести воды. Ещё я взялся скосить траву, которая мешала ходить, да подпёр яблоню, что упиралась веткой в дом.

Сирень тем временем тоже не просто так сидела, а успела выстирать и высушить наши с Адель куртки и даже кое-как залатать разрез подмышкой.

Убедившись, что стены сарая достаточно крепкие и без дыр, мы с Виктором поставили туда бочку, наполнили её водой и дали маме с дочкой привести себя в порядок. А сами сели у крыльца, дожидаться Армея.

Когда он вернулся, я уже успел подбить скошенную на один край дверь и маялся от безделья.

— Удружили, гости дорогие! — он придирчиво осмотрел мою работу и зацокал языком. — И траву скосили, и дров нарубили, да ещё и мелкий ремонт сделали. А я вот тут вам покушать принёс.

Он развернул приличных размеров мешок и достал оттуда хлеб и горшок с чем-то безумно ароматным. То ли каша, то ли суп, то ли всё, вместе взятое. У меня от такого аж желудок свело.

— Спасибо, Армей, — сердечно сказал Виктор.

— Это ещё не всё, — он порылся в кармане и достал разноцветные бусы. — Дочке вашей.

— Как же мне вас благодарить за такие подарки? — Виктор с интересом смотрел на бусинки. — Ведь не простые они, да?

— Работа старой школы, — рядом с ним появилась Сирень. — Защита, спокойствие и удача, я правильно поняла?

— Всё верно, дочка, всё верно, — усмехнулся Армей. — А ты тоже не так проста, как кажешься. И одёжа у тебя нездешняя, и лицом пригожа. Но спрашивать не буду. Ни к чему мне лишние знания. Кушайте, и спать отправляйтесь.

— А как же вы? — вдруг спросил я, впервые подав голос. — Разделите с нами ужин?

— Я уж думал, не спросите, — крякнул он, — у меня ещё яблочки есть. Проходите, не стойте на пороге.

Бусы уже перекочевали в руки Адель, которая сразу же их и надела. Проводив наших девушек за стол, мы с Виктором, пошли приводить себя в порядок. Как-то не хотелось принимать пищу в грязном виде, остался на мне ещё некоторый налёт цивилизации. Да и понимание того, что после еды меня разморит, и я буду абсолютно недееспособен — внесло свою лепту.

От бочки в сарае всё ещё шёл пар — Сирень нагрела воду. Рядом нашёлся кусок мыльного корня, хотя, если бы не Виктор, я бы никогда его не отличил от мусора.

Наконец, сбросив грязные вещи, я с превеликим удовольствием вымылся. И не дожидаясь, пока вода остынет, выстирал все вещи.

Правда, потом понял свою ошибку, ведь смены белья у меня не было. Пришлось просить Сирень через Виктора, чтобы та всё высушила.

В итоге к ужину я вышел в приличном виде, сухой и довольный. Армей уже вовсю спал, храпя на разные мелодии, в которых при должной фантазии можно было узнать мотивы одной песни знакомой рок-группы.

Сирень, едва сдерживая смех, попросилась с Адельей спать с нами в сарае. Посмотрев ещё раз на спящего ветерана, Виктор кивнул. Так что на сено мы завалились вчетвером, где, закутавшись в плащи, быстро заснули.

— Спасибо тебе, Армей за твоё гостеприимство, — от всего сердца сказала Сирень, когда мы наутро покидали его дом. — Век не забудем.

— Ежели что, я всегда вам рад, — он разве что слезу не пустил, прощаясь с нами. — А то трава растёт быстро.

— Не обещаем, но будем иметь в виду, — кивнул Виктор.

— Спасибо за подарок! — Адель тоже выглянула из-за отца и помахала Армею.

Я ничего не сказал, лишь крепко пожал ему руку. Спал я, к слову, очень плохо. Солома колола даже сквозь плащ, шея и спина затекли, что двигать ими было больно. Но, глядя на бодрых Виктора и Сирень, жаловаться не стал. Самые главные бойцы отдохнули и то хлеб. А я расхожусь, и всё нормально будет.

Такое у меня бывало, если только на работе приходилось спать. Там как мероприятие какое, так отходить от рабочего стола вообще не имеет смысла. Даже поесть, и то не всегда получалось, так что да, сейчас грех жаловаться.

Виктор снова повёл нас через лес, но теперь хоть была видна впереди какая-то дорога. Она выглядела давно заброшенной, с краёв её подпирали молодые деревца, да и камень, которым её мостили, местами провалился.

— Впереди будет небольшой город, — сказал Виктор, не глядя на нас, — там я хочу обратиться в гильдию наёмников. Мы не можем вот так постоянно под гнилой крышей спать.

— Но для вступления в гильдию тебя будут проверять через артефакт, и не получится скрыть, кто ты на самом деле, — устало заметила Сирень, растирая лицо.