Чтение онлайн

– Что случилось? – Гаральд подтянул ближе стул и сел на него верхом, расположив спинкой к себе. Чуть нагнулся, вглядываясь в пьяного товарища. – Пабло, почему Рихард тебя избил? Ты его оскорбил?

– Нет, – неохотно признался тот. – Я проговорился, что Ксана делала на той полянке. Это ведь из-за меня она погибла. Это я попросил ее туда прийти.

После этого признания Пабло жалобно всхлипнул. Из его глаз покатились крупные прозрачные слезы, и юноша высморкался прямо в рукав рубахи.

Я отвела взгляд. Значит, я была права, когда предположила, что история Пабло и Ксаны до опасных мелочей напоминает нашу с Фабионом легенду. Они тоже собирались сбежать из родительского дома, влюбившись друг в друга. В принципе ничего удивительного в этом нет. Пабло – симпатичный молодой человек, Ксана была вообще красавицей. Они друг подле друга много лет, более того, из-за строгого отца практически не знались со сверстниками. А молодость – такая пора, когда можно влюбиться в первого встречного. В общем, нет ничего странного в столь закономерном итоге.

– И куда ты собирался везти ее после побега? – спросил Гаральд, без особых проблем выстроив ту же логическую цепочку в уме. – В столицу?

– Нет, что ты! – Пабло отчаянно замотал головой. – Ксана ни за что не соглашалась уехать из Укардии. Говорила, что такой поступок убьет наших родителей. Поэтому я договорился с отцом Ольтоном, чтобы он втайне провел брачный обряд. Я думал, что тогда отец смирится. То, что благословлено Светлым близнецом, людям не под силу разорвать.

– Значит, отец Ольтон знал о планируемом побеге? – не выдержав, выпалила я и затаила дыхание в ожидании ответа.

Пабло удивленно вскинул голову, словно не ожидая, что в комнате кто-то еще есть. Уставился на меня и грозно нахмурился.

– А ты еще кто такая? – выдохнул он, и меня даже на расстоянии накрыло волной неприятного алкогольного запаха из его рта.

– Пожалуй, мне пора вмешаться, – неожиданно вступил в разговор Фабион и аккуратно оттеснил меня в сторону. – Иначе мы точно до ночи здесь застрянем, а мы с Хеаной сильно устали.

Гаральд изумленно вскинул бровь, явно не понимая, что тот затеял, но не успел ничего спросить или возразить. В следующий миг приятель прищелкнул пальцами – и мое лицо окатило жаром от его заклинания. Гаральд с приглушенным восклицанием отклонился, едва не упав при этом со стула, однако Фабион метил чарами не в него. Пабло наверняка даже не понял, что именно произошло. Но через мгновение он оказался плотно спеленат прозрачной зеленоватой сферой, слабо искрящейся при каждом движении воздуха.

– Чары подчинения? – удивленно выдохнул Гаральд. Не выдержав, встал и подошел ближе к плененному товарищу, внимательно приглядываясь к заклинанию Фабиона. – Однако. И вы до сих пор являетесь лишь учеником, мой глубокоуважаемый ир?

– В Пакасии свои законы и требования к магическим знаниям, – уклончиво проговорил Фабион. – Давайте не будем отвлекаться. Я действительно зверски устал после дороги и более всего мечтаю о мягкой кровати. Если на пути к ней мне придется подвергнуть подобному допросу все население Укардии, чтобы отыскать убийцу падчерицы бургомистра, – то пусть будет так.

– А сил хватит? – с откровенной насмешкой поинтересовался Гаральд, но тут же осекся и замолчал, когда Фабион медленно повернулся к нему и смерил внимательным, немигающим взглядом.

– Понятно, – пробормотал целитель и нервно взъерошил огненно-рыжую шевелюру. – Видимо, хватит.

– Вот именно, – с нехорошей усмешкой подтвердил Фабион, и мне стало откровенно не по себе от его холодного тона. Чую, приятеля на самом деле достала вся эта затянувшаяся история с семейными тайнами, раз он отважился на столь серьезные меры.

– Приступайте. – Гаральд пожал плечами и отступил в сторону, давая ему полную свободу действий.

Фабион поблагодарил его учтивым кивком. Потянулся было засучить рукава просторной рубахи, но в последний момент одумался, вспомнив про свои татуировки, которые наверняка заинтересовали бы Гаральда. От мрачного, сосредоточенного выражения лица Фабиона мне стало еще страшнее. Н-да, если бы я не знала его уже достаточное количество времени, то решила бы, что он готовится пытать несчастного Пабло. Впрочем, вряд ли в этом есть резон. Юноша пьян, а следовательно, при всем желании не сможет сопротивляться допросу. Выложит все как на духу и вряд ли потом вспомнит о своей необычной откровенности.

– Итак, отец Ольтон был в курсе твоей затеи с побегом и последующим брачным обрядом? – сухо спросил Фабион, сделав шаг к застывшему на стуле Пабло.

– Да, – неожиданно громко и внятно ответил он. – Он и подсказал мне этот выход. Я исповедовался ему несколько раз. Думал, что его советы помогут мне справиться с чувствами к сводной сестре. В последний мой визит отец Ольтон пообещал, что освятит наш союз, и тогда моему отцу ничего не останется, как смириться с ним. Тогда же мы назначили дату. Специально подгадали ее к этому пикнику, о котором уже давно было объявлено.

– Кто-нибудь еще знал о твоем плане жениться на Ксане? – Фабион нервно хрустнул длинными тонкими пальцами.

– Моя бабушка, – с готовностью отозвался Пабло. – Она пару раз заставала нас в весьма двусмысленных ситуациях. Нет, не подумайте дурного, я бы никогда и ни за что не опозорил бы Ксану… Мы просто целовались. В первый раз бабушка сильно отругала нас. Сказала, что отец будет в ярости, если узнает. Однако не рассказала ему. Более того – начала помогать нам. Пару раз даже соглашалась уступить нам свою комнату для встреч, где нас точно никто не стал бы искать. И она искренне обрадовалась, когда услышала, что отец Ольтон согласился провести брачный обряд. Правда, умоляла ничего не рассказывать отцу. Боялась, что он придет в ярость и не позволит нам этого. Но с уже свершенным ритуалом ему пришлось бы смириться.

– А мать Ксаны? – Фабион задумчиво потер подбородок. – Она догадывалась? Обычно девушки делятся своими сердечными переживаниями именно с матерями.

– Ксана и саэра Литиция никогда не были особенно близки. – Пабло замотал головой. – Ксана точно ничего не рассказывала матери. Она… Она не одобряла ее образ жизни. Считала, что замужней женщине не пристало себя так вести, что мать позорит все семейство. Наверное, мой отец действительно сильно любит Литицию, раз позволяет ей такое…

– А подруге она что-нибудь говорила? – Фабион нахмурился, припоминая имя, ранее упомянутое Гаральдом. – Как там ее…