Чтение онлайн

— Тогда ловим частника.

— Здесь нет частников.

— Почему? — удивился он.

— Запретили уж не помню когда, все ездят на такси, тем более что недорого.

— Удивительное явление! В Москве тоже попытались когда-то ограничить частный извоз, Дума даже закон приняла, но победить частников не удалось.

Юна подняла руку.

Остановилась белая «Лада» с шашечками по бортам и нашлёпкой фонаря на крыше.

— Куда? — спросил пожилой водитель «армянистого» вида.

— К Батарейной горе, — сказала девушка.

— Экскурсия? — догадался водитель. — Могу показать достопримечательности.

— Не надо, мы сами.

Такси развернулось, выехало на широкую магистраль, прорезавшую микрорайон с новостройками надвое.

— Где твои тётки жили? — спросил Роман.

— Недалеко от Центрального рынка, я покажу. — Юна посмотрела на водителя. — Давайте поедем по набережной.

Водитель кивнул.

Вскоре выехали на чистенькую опрятную набережную. Дома справа, омытые дождём, были невысокими, старыми, но ни о какой разрухе речь не шла. Все они были ухоженными, красивыми, утопали в зелени, и смотреть на них было приятно.

— Вон Выборгский замок, — показала девушка на залив. — Башню видишь? Это башня Святого Олафа. Крепость построили ещё шведы в тринадцатом веке на Замковом острове. Хотя по легенде город основан намного раньше новгородским старейшиной Гостомыслом, который назвал его Выбором. Выборгом он стал позже.

— Неправильно, — не выдержал водитель. — Выборг — это в переводе со шведского, они называли его Виборхом. А финны вообще называли город Виипури[10].

— Может, финны так и называли, но ещё до шведов и финнов здесь жили карелы, — возразила Юна. — Кстати, крепость считалась неприступной больше четырёх веков, пока в тысяча семьсот десятом году её не взяли штурмом войска Петра I. Там дальше остров Твердыш, на нём располагается парк Монрепо. Я гуляла в парке, очень красивый, скульптур много. Вообще здесь столько всего интересного, что за неделю не обойдёшь.

— Будет время — походим.

— Могу подождать вас у Батарейки и отвезти в парк Монрепо, — предложил водитель.

— Не надо, мы ещё сами не знаем, куда пойдём.

Такси остановилось у ворот в Центральный парк культуры и отдыха. Гора Батарейная

была не высокой[11], на глаз это вообще было небольшое поднятие, покрытое лесом.

— Приятных развлечений, — сказал водитель, слегка разочарованный тем, что не смог уговорить пассажиров поездить по городу.

Впрочем, они ещё поездили.

Парк ничем не отличался от таких же зон отдыха Центральной России, хотя скульптуры в нём действительно были интересные, в том числе — обитателю северных лесов лосю.

— Давай лучше пройдёмся по городу пешком, — предложил Роман, которого не прельщало пустопорожнее гуляние по аллеям парка.

— Давай, — легко согласилась Юна. — Покажу тебе Старый город.

Они выбрались из парка, двинулись к Выборгскому заливу.

Посмотрели на хорошо сохранившееся здание бывшей фирмы «Хякли, Лаллука и Ко», потом на библиотеку Алвара Аалто, включённую ЮНЕСКО в список ста памятников мировой культуры, вышли к заливу.

Старый город, по сути — средневековая часть Выборга между Выборгским заЛивом и бухтой Салакка-Лахти, действительно стоил того, чтобы побродить по нему, вкушая запахи и токи старины. Однако начало темнеть, и молодая пара, уже изрядно уставшая, решила вернуться домой, пообещав себе погулять по узким улочкам древнего города в другое время.

В девять вечера с минутами они вышли из автобуса на остановке недалеко от дома Солнышкиных.

— Покурим? — предложил Роман шутливо.

— Ты же не куришь, — удивилась Юна.

— Боюсь идти к вам, — признался он со смешком.

Юна поняла его колебания по-своему:

— Не бойся, я скажу, что мы помолвлены.

Он улыбнулся.

— Врать не практично. Да и не этого я боюсь.

— А чего?

— Моя жизнь не устроена, сегодня я здесь, завтра в другом городе.

— Это не беда, я везде буду с тобой.

— Самое плохое, что жизнь со мной опасна. Ты же знаешь, на кого я работаю. И если ты будешь рядом, тебе всегда будет угрожать опасность.

— Ну, так что ж? — повела она плечиком. — Разве ты меня не защитишь?

Роман заглянул в мерцающие призывным светом глаза девушки, увидел там чистый свет любви и преданности. Слова застряли в горле. Она действительно ничего не боялась, не представляя себя отдельно, и пугать её не хотелось.

Юна обняла его, ткнулась лбом в грудь, не стесняясь редких прохожих.

— Я буду с тобой всегда и везде! Я не могу без тебя!

— А я без тебя, — пробормотал он, чувствуя себя на седьмом небе от счастья.

В памяти мелькнуло лицо Даниэлы, грустное и обиженное одновременно, и пропало.

Варсонофий и Нина Александровна были уже дома. Встретили они гостей приветливо. Юна рассказывала о переездах, приключениях, перескакивая с пятого на десятое, о встрече с директором своего бывшего агентства, опустив подробности освобождения, мама расспрашивала её, а мужчины помалкивали, поглядывая друг на друга. Потом Варсонофий поднялся из-за стола:

— Пойдём, побалагурим.

Они вышли на балкон.

— Мы из Питера, — начал Роман.

— Я в курсе, — кивнул модератор «Триэн». — Что случилось в Пскове?

— Она. её захватили. Директор агентства Сванидзе.

— Эмиссар отечественного Поводыря.

— Пришлось применить силу.

— Хорошо, когда есть что применить. Ты был с Алтыном?

— Один я бы не справился. Их было больше десятка.

— И вы их.

— Обошлось без стрельбы и без жертв. Алтын скачал из компьютера Сванидзе какую-то инфу, но мы ещё не смотрели, есть там что полезное или нет.

Варсонофий оглянулся на балконную дверь, из-за которой доносились женские голоса и смех.