Дельфинарий
Шрифт:
– Ребята, я же вам шампань обещал. Вот из ресторана упер. За то что второй раз родился, пьем ребята.
Все смотрели на меня и я кивнул головой. Мы еще два часа гудели у стен аквариума и на что уж я крепкий мужик, но от такого количества шампанского захмелел. Аня сорвала платье и пошла с Димой купаться в бассейн. Капитан-лейтенант с майором-электронщиком в обнимку выясняли отношения. Федя и новый врач, взяв по бутылке шампанского, ушли в раздевалку играть в шахматы. А Лена вдруг заплакала.
– Наверно, я большая дура. Опять настоящего мужика упустила.
Я молчал.
– Прости меня, Боря.
– Ничего. Ты оказалась во многом права.
– Ты много не знаешь. Мне приказали следить за тобой, докладывать все о чем ты говоришь, что делаешь. Приказали привести к себе в дом и проверить тебя, когда ты расслабишься.
– Врешь, ты наговариваешь на себя.
Лена чуть не завыла, даже капитан-лейтенант оторвался от майора.
– Ленка, ты чего?
– Не мешайте, ребята... Прости меня, Боря, дура я.
Она вскочила и, пошатываясь, исчезла, так и не попрощавшись со мной.
* ЧАСТЬ ВТОРАЯ *
КУБИНСКИЕ СТРАСТИ
В Москве, меня ждали и тут же запустили на ускоренные курсы испанского языка. В группе были в основном девушки и впервые от избытка свободного времени, я обратил внимание, какие они хорошенькие. Оказывается девушки тоже обратили на меня внимание и вокруг меня вскоре образовалась дружная группа. Таня, Галя (неразлучные подружки) и я, как студенты, испытали все радости жизни, шатаясь по театрам, кино и бесчисленным вечеринкам. И это не смотря на то, что я был старше каждой из них, примерно лет на восемь.
Мы были у Тани дома и сидя за столом говорили, что придет в голову.
– Борис, а что за письмо , ты читал сегодня на занятиях?
– вдруг спросила Таня.
– Небось от девушки?
– Нет. Пришло письмо из ВАКа.
– От куда?
– Из ВАКа. Мне без защиты присвоили звание доктора технических наук.
– Что???
– Что???
– В природе есть замечательная личность, такой генерал-полковник, который может все. Мы с ним расстались ужасно плохо, а он мне после всего, что случилось, устроил повышение.
– Ты говоришь так, словно сожалеешь, что с ним поругался, - сказала Галя.
– Нет, не сожалею. И если бы сейчас опять встал вопрос о нашем подходе к работе, то я стоял бы на своем.
– Да чего же ты, Галка, с ума сошла что ли?
– закричала Таня.
– Борису же звание присвоили, выпить надо, а ты... Боренька, поздравляю.
Таня поцеловала меня в губы.
– Ну а ты, что стоишь, я одна за тебя это должна делать.
Галя подошла и осторожно поцеловала меня. Мы выпили, но чувствовалось, что они немного потрясены.
– Вот это да. Борька, но ты же такой молодой?
– все удивлялась Таня.
– Сам удивляюсь, получилось так.
Прошло три месяца. Только я сдал экзамены, как меня вызвали в управление.
– Борис Николаевич, уже пора отправляться. Кубинцы торопят. Поэтому через неделю хотели бы вас видеть на Кубе.
– Я готов.
– Тогда сыграйте свадьбу, надо что бы это было официально и гласно и вперед.
– Простите, а с кем?
– Вам на курсах, кто больше всего нравился из девушек Таня или Галя?
– Галя более обаятельна и мне больше понравилась.
Генерал обратился к микрофону селектора.
– Галина Сергеевна, войдите.
В кабинет вошла Галя.
– Товарищ генерал, лейтенант Комарова по вашему приказанию прибыла.
– Галка?
– Да, Боря, это я.
Однако...
Мы сыграли свадьбу шумно, как это требовали в ГРУ и уже официально как муж и жена улетели на Кубу.
Антилья приняла нас шумно. Врезанный в остров, огромный залив на кончике своего языка держал город. Очередной праздник гулял по улицам и разукрашенные люди топтали разноцветные гирлянды и листки бумаги на окаменевших тротуарах.
Сопровождавший нас в "Джипе" негр Бари ругался направо и налево, выплевывая маскам все, что о них думает. Машина еле-еле ковыляла через толпу.
– Нам надо не в этот залив, в другой, что рядом. Вот пробьемся через город, там для вас коттедж приготовлен. Ну куда, черт, лезешь?
Бари выпрыгивает из машины, отбрасывает от колес какую-то ведьму и, опять вскочив, продолжает.
– Недалеко от коттеджа дельфинарий, только-что выстроили. Дельфинов еще нет, но заказ уже рыбакам дан. Поэтому в течении недели штук восемь поймаем.
Машина наконец выбивается на вертлявую полупустынную дорогу и, прибавив скорости, несется среди поредевших домиков города. Через тридцать минут появляется новый залив и асфальт сменяется на песчаное покрытие.
– Вот ваш дом.
По нашим Российским меркам, это дворец, запихнутый в парк, и еще окруженный старым каменистым забором.
Охранник открыл ворота и, переговорив с Бари, разрешил въехать. В доме прислуга приветливо встретила нас, но я сразу всех не запомнил, кроме вертлявой молодой креолки Мими, предложившей показать нам наши комнаты.
– Вы сегодня отдыхайте, - говорит Бари, - завтра ознакомьтесь с местностью, а послезавтра поведу в дельфинарий.
Петрушенко бы так не поступил, почему-то подумал я.
Да, их прислали восемь штук, но каких, помятых, голодных и злых. Врач, присланный из Антильи, до чертиков боялся дельфинов и, стоя издали, орал на подвешенное в брезент животное.
– Годен.
– Стоп, - не выдержал я и подошел к брезенту.
Злые глаза, чуть изношенный нос, зубы и поврежденный плавник. Да он старый и еще его лечить надо.