Delete
Шрифт:
– Ладно тебе, Ритка, ты все отлично понимаешь. У меня нет другого выхода.
– Наверное, ты права. Но если обман раскроется…
– Как он может раскрыться? Можно подумать, Мишка знает, какие у тебя картины и кто их покупает… Ерунда! Все получится наилучшим образом. Да он сам ужасно обрадуется, когда узнает…
– Тогда надо будет предупредить маму.
– Мама вообще свой человек.
– Скажи, ты совсем не любишь своего мужа?
– Почему же, люблю, – каким-то скучным тоном ответила Натка. Она была в этот вечер такая красивая, прямо-таки роскошная, переливающаяся, переполненная желаниями. Даже дома она всегда носила халаты с большим вырезом, открывавшим красивую полную грудь, словно готовая в любую минуту встретить очередного мужчину своей мечты. – Но, понимаешь…
– Понимаю. Ты неисправима.
– А как у тебя-то? Марк снова на работе?
– Дома.
И она рассказала сестре о ссоре.
– Да он же просто любит тебя!
– Понимаешь, я не могу так… Он словно сомневается во мне, не верит… Это оскорбительно. О каких-то мужиках говорит. О каких? Да, я морочила мужчинам головы, развлекалась в свое время, но это все в прошлом… Я хотела рассказать ему сон, чтобы плавно перейти к Масленникову и попросить разрешения…
– Рита, я тебя не узнаю! Ты – и просишь разрешения?
– Понимаешь, надо знать мужчину, чтобы лишний раз не причинить ему боль… Что стоит мне попросить разрешения?
– А как же твой независимый характер?
– Он уже давно зависимый. Так-то вот, Натка. Какие же чудесные пирожки ты испекла…
– Так что ты хотела у него спросить? Какое разрешение?
– Встретиться с Масленниковым, чтобы расспросить его о Вале. Ты же вчера малость перебрала и ничего не знаешь, я не стала тебе рассказывать… Помнишь фотографа, Валентина, который сделал маме альбом?
– Помню. И что?
– Его убили, удушили удавкой. А тело нашли у него дома. Марк говорит, что никто квартиру не взламывал, следов борьбы нет.
– Значит, кто-то из своих, – вздохнула Ната и отправила в рот еще один маленький теплый пирожок.
– У него был брат, Аркадий, психиатр. Так вот, его тоже убили… Но только тело нашли в лесу неподалеку от Кумысной поляны…
– Рита… У меня такое впечатление, что, как только ты познакомилась с Марком, так в городе стали происходить повальные убийства… – Ната от удивления поперхнулась, закашлялась.
– Вот и я тоже так думаю. Хотя на самом деле все обстоит гораздо проще – мы ничего не знали… Жили своей жизнью, радовались… Вот и представь, какие нервы должны быть у Марка, ведь он постоянно сталкивается со смертью…
– Да, мать, ты права… И ты еще ему нервы треплешь… Марк… Знаешь, он редкий мужчина. И я была не права, когда говорила тебе о твоем характере. Это когда ты одна жила, могла поступать так, как хочешь… А сейчас все по-другому, ты должна его беречь…
– Наконец-то ты поняла… Марк не такой человек, перед которым надо демонстрировать то, чего у тебя нет… У меня нормальный, я бы даже сказала, обыкновенный женский характер… И мне нравится быть зависимой от Марка.
– Значит, убили обоих братьев. Второго, психиатра, тоже удушили?
– Да. Но и это еще не все. Стой… Я говорю тебе это, но ты никому и ничего не должна рассказывать… Это служебная тайна!
– Да понимаю я, понимаю… Могла бы и не предупреждать. Что еще?
– Там же, в лесу, поблизости от трупа Аркадия, нашли тело девушки… Ее вообще-то первой нашли, это уже потом Аркадия… Молодая, Марк говорит, красивая девушка лет двадцати. И тоже удушена.
– Знаешь, что я тебе скажу: здесь не надо быть следователем, чтобы понять, что все эти три убийства как-то связаны…
– Вот и я о том же. А Масленников – друг братьев Нежных. Вот я и подумала, что, раз у Марка такое дело, я могла бы неофициальным, так сказать, образом собрать информацию о братьях. Круг их знакомых, женщины, деньги… Образ жизни… Ты не поверишь, но сегодня я познакомила Арину с Леней, по его же просьбе, между прочим…
Ната присвистнула.
– Так вот, мы приехали к нему, он ждал нас, конечно. Стол накрыл, словом, все было очень красиво, я бы даже сказала, торжественно… И я так была занята портретом и знакомством Арины с Леней, что совершенно забыла об Аркаше с Валей. Думаю, что и он забыл. Или же просто не захотел обсуждать это с нами… Свидание с женщиной, и вдруг… такое. К тому же я вот сейчас думаю, он ни на минуту не забывал, что Арина – журналистка, специализирующаяся именно на криминальной тематике.
– Вообще-то он прав… А что у них с Ариной?
– Понятия не имею. Оставила ее у Лени и уехала… Все боялась, что Марк вернется домой рано, а меня нет… И тогда мне пришлось бы ему лгать. А я не могу, не хочу…
– Чтобы Марк да вернулся домой пораньше?…
– Но он действительно пришел рано. Соскучился… Вспомнил, что у нас вчера была свадьба, а я… Так не вовремя мы поссорились!
– А когда люди ссорятся вовремя? – ухмыльнулась Натка. – Но тебе действительно не помешало бы поговорить с Леней. Возьми да и позвони ему прямо сейчас…
– Я звонила Арине, но, судя по всему, она, увидев мое имя, отключила телефон. Значит, она еще там… Подумает, что я сгораю от любопытства. Конечно, мне интересно узнать, чем там все закончилось, если вообще закончилось, но Леня мне нужен совсем для другого…
– Все равно звони.
Пришло сообщение. От Марка. Рита, пробежав глазами по буквам, покрылась мурашками.
– Натка, я поехала домой… Он не может без меня, он любит меня… А с убийствами мы завтра как-нибудь разберемся… Извини. Спасибо за пирожки…
– Стой, ненормальная, я сейчас для Марка в пакет их положу…
Марк встретил ее на лестнице. Рита, растрогавшись, уткнулась ему лицом в плечо.
– Нельзя так. – Он гладил ее по плечу. – Нельзя! Пообещай мне, что больше никогда не бросишь меня…
– Не брошу. Никогда.
– А теперь пойдем, и ты расскажешь мне все, что хотела. А я обещаю, что выслушаю тебя спокойно. Я виноват перед тобой… Прости.
– Завтра, – она поцеловала его. – Завтра расскажу или позже, значительно позже… Я так соскучилась по тебе…