Делай, как я!
Шрифт:
– Приманкой.
– Господи.
– Это неплохая идея, – сказала я. – Мы сообщим всем, что у меня есть то, за чем они гоняются…
– Мы?
– Рейнджер и я.
– Так, значит, Рейнджер.
Я мысленно представила себе, как Морелли сжал зубы.
– Я не хочу, чтобы ты работала с Рейнджером.
– Так это моя работа. Мы оба охотимся за сбежавшими преступниками.
– Я также не хочу, чтобы ты этим занималась.
– Знаешь что? Я тоже не в восторге, что ты полицейский.
– По крайней мере, я действую в пределах закона, – осадил меня Морелли.
– Моя работа такая же законная, как и твоя.
– Но не в тех случаях, когда рядом Рейнджер, – заявил Морелли. – Он псих. И мне не нравится, как он на тебя смотрит.
– И как он на меня смотрит?
– Так же, как я.
Я едва сдержалась. Дыши глубже, сказала я себе. Не впадай в панику.
Я избавилась от Морелли, сделала себе бутерброд с арахисовым маслом и оливками и позвонила сестре.
– Меня беспокоит вся эта возня вокруг свадьбы, – сказала я. – Если ты не смогла продержаться замужем, то чего ждать от меня?
– Мужчины на все реагируют неправильно, – заявила Валери. – Я делала все, что от меня ждали, и оказалось, что это неправильно. Как такое может быть?
– Ты все еще его любишь?
– Не думаю. Больше всего мне хочется вмазать ему как следует.
– Ладно, – сказала я. – Мне пора бежать. – И я повесила трубку.
Затем я полистала телефонную книгу, но не нашла там Мэри Мэгги Мейсон. Что и требовалось доказать. Я позвонила Конни и попросила ее достать мне номер. У Конни были свои источники.
– Кстати, у меня для тебя маленькая работенка, – сказала Конни. – Мелвин Байлор. Сегодня утром не явился в суд.
Мелвин Байлор жил в двух кварталах от моих родителей. Очень милый сорокалетний мужчина, которого жена при разводе обобрала до нитки. Хуже того, через две недели после развода его бывшая жена Лоуис объявила о помолвке с их безработным соседом.
На прошлой неделе они поженились. Сосед все еще не работает, но уже ездит на «БМВ» и смотрит спортивные передачи по телевизору с огромным экраном. Мелвин же живет в однокомнатной квартире над гаражом и ездит на коричневой «Нова» десятилетней давности. В день свадьбы своей бывшей жены Мелвин съел свой обычный ужин, состоящий из холодной каши и молока, и в глубокой депрессии поехал на своей старушке в бар «У Кейси». Мелвин не был выпивохой, поэтому здорово опьянел от двух мартини. Он залез в свою развалюху и впервые в жизни показал характер, ворвавшись в зал, где шел свадебный прием, и помочившись прямиком на свадебный торт на глазах у двухсот свидетелей. Все мужчины в зале ему дружно аплодировали.
Мамаша Лоуис, заплатившая восемьдесят пять баксов за трехъярусный необыкновенный торт, потребовала ареста Мелвина за неприличное поведение, появление на частной вечеринке и уничтожение частной собственности.
– Я заеду, – пообещала я. – Приготовь мне бумаги. И заодно возьму номер телефона Мейсон.
Я схватила сумку, выскочила в холл, сбежала по ступенькам и в вестибюле налетела на Джойс.
– Я тут прослышала, – сказала она, – что ты все утро ездила по городу и расспрашивала про Дечуча. Он теперь мой. Так что отвяжись.
– Разумеется.
– И мне нужно досье.
– Я его потеряла.
– Сука, – прошипела Джойс.
– Мурло.
– Толстая задница.
– Подстилка.
Джойс круто развернулась и выскочила на улицу. В следующий раз, когда мама зажарит курицу, я загадаю на куриной дужке, чтобы у Джойс появился фурункул.
В конторе было тихо. Дверь в кабинет Винни закрыта. Лула спала на диване. У Конни уже был номер телефона Мэри Мэгги и готовы бумаги с разрешением на поимку Мелвина.
– Дома у него никто не отвечает, – сказала Конни. – И на работу он не пошел, сказался больным. Наверное, прячется дома под кроватью, надеясь, что все случившееся было дурным сном.
Я сунула бумаги в сумку и набрала номер Мэри Мэгги.
– Я решила заключить сделку с Эдди, – сказала я, когда Мейсон взяла трубку. – Вот только я не знаю, как с ним связаться. Я подумала, раз он ездит на вашей машине, он может вам позвонить. Ну, чтобы сообщить, что машина в порядке.
– Что за сделка?
– У меня есть кое-что, разыскиваемое Эдди, и я хочу поменять это на Лунатика.
– Лунатика? А кто это?
– Эдди поймет.
– Ладно, – согласилась Мейсон, – если он позвонит, я ему передам, но я ничего не могу обещать.
– Разумеется, – сказала я. – Просто на всякий случай.
Лула открыла один глаз.
– Эй, ты снова сочиняешь?
– Я теперь наживка, – объяснила я.
– Ничего себе шуточки!
– А что это такое Чуч разыскивает? – заинтересовалась Конни.
– Понятия не имею, – ответила я. – Это часть проблемы.
Обычно люди, разведясь, покидают Бург. Мелвин был исключением. Одним из немногих. Я думаю, что после развода он был слишком вымотан и раздавлен, чтобы искать себе новое жилье.
Я остановилась напротив гаража Селига и обошла его вокруг. Это был полуразрушенный гараж на две машины с полуразрушенной квартиркой на одного человека на втором этаже. Я поднялась по лестнице и постучала. Никакого ответа. Я еще побарабанила по двери, прижалась ухом к облезшей двери и прислушилась. Там кто-то двигался.
– Эй, Мелвин, – крикнула я. – Откройте.
– Уходите, – сказал Мелвин сквозь дверь. – Я плохо себя чувствую. Уходите.
– Это Стефани Плам, – сказала я. – Мне нужно с вами поговорить.
Дверь открылась, и выглянул Мелвин. Нечесаные волосы, красные глаза.
– Вы должны были этим утром появиться в суде, – напомнила я.
– Я не смог. Я болен.
– Надо было позвонить Винни.
– Ой, об этом я не подумал.
Я принюхалась.
– Вы пили?
Он слегка покачался на каблуках и ухмыльнулся.
– Нет.
– От вас пахнет, как от лекарства от кашля.
– Вишневый шнапс. Кто-то подарил мне его на Рождество.
О, черт! Я не могу тащить его в участок в таком виде. Надо, чтобы он протрезвел.