Чтение онлайн

Еды у меня не было. Я достала из холодильного шкафа баночку с йогуртом, купленным вчера по дороге в общежитие, и налила коту в блюдце.

— Вот.

Кот презрительно фыркнул и скорчил брезгливую мину.

— Ну, извини, — отозвалась я, — Ничего другого нет. Но если не хочешь — заставлять не буду!

Тяжело вздохнув, Перчик все-таки подошел к блюдцу и начал есть, всем своим видом показывая отвращение. Я подозрительно посмотрела на йогурт, принюхалась и на всякий случай отставила, решив проверить, что станет с котом после еды. А заодно прикинула, куда спрятать труп, если рыжее чудовище все-таки умрет.

Черепушка вновь проквакала четверть часа и, спохватившись, я вернулась в спальню, размышляя, что мне надеть. Относительно чистым был лишь мой дорожный костюм: белая блузка с бантом на шее, голубой шерстяной жакет и бежевая юбка в тонкую белую полоску. Но в нем меня уже видели вчера, а два раза надевать одно и то же — дурной тон. Во всяком случае, так меня учила моя мама.

Теоретически я была с ней согласна, но идти на ректорское собрание в новом, но провонявшем котом платье, было еще более дурным тоном. Тяжело вздохнув, я облачилась в дорожный костюм. Шляпку надевать не стала, просто уложила волосы в модную прическу, скрепив локоны замысловатыми гребнями из панциря горгульи — жуткого монстра, жившего как раз в вечных снегах за северными горами.

После чего, капнув на запястья мои любимые духи «Аромат пламени», я поспешила на педагогический совет.

Учебные корпуса представляли собой несколько трехэтажных зданий из красного кирпича, соединенных между собой на уровне второго этажа галереями. Закаленный в магической печи, кирпич гасил неустойчивые магические фоны юных адептов.

В столичной академии стены штукатурили и белили, что в сочетании с бирюзовыми крышами придавало учебному заведению нарядный вид, здесь же явно экономили с момента постройки: в некоторых местах кирпич слегка крошился по краям.

Минут пять мне понадобилось, чтобы доказать упрямому троллю-охраннику, до моего появления мирно дремавшему на входе, что я действительно новый преподаватель, а не нерадивая адептка, стремящаяся на спор попасть внутрь академии. Решающим аргументом было указание на то, что портал для адептов еще не активирован, и все они прибудут завтра. Тролль подумал и все-таки впустил, после чего вновь заснул.

Я скрежетнула зубами: надежды на то, чтобы спросить кратчайший путь рухнули, и мне придется самой искать дорогу.

Внутри академия выглядела не лучше: мрачные стены с облупившейся по углам краской, желтой, как и положено в учреждениях, принадлежащих короне. Рассохшиеся доски пола, скрипящие под ногами. Даже отмытые до блеска окна казались мутными из-за дождя.

В здании было тихо. Этакое затишье перед бурей. Скоро сводчатые коридоры наполнятся адептами, преподаватели будут торопиться в аудитории на лекции, а в лабораториях прогремят взрывы от неумелого использования боевых заклинаний.

Согласно плану здания, ректорский кабинет и примыкающий к нему зал совета находились в конце коридора. И, разумеется, как я не торопилась, все равно опоздала. Вбежала уже тогда, когда собрание началось, и ректор, высокий седовласый мужчина с военной выправкой, говорил свою приветственную речь, торжественным эхом отражавшуюся под сводчатым потолком зала совета.

Деревянные панели и цветные витражи придавали огромному помещению излишнюю, на мой взгляд, помпезность. Сразу вспомнились легенды про рыцарей и прекрасных дам. Сейчас ни рыцарей, не дам не было. За огромным столом сидели преподаватели Академии. В основном люди, хотя я заметила несколько эльфов и даже пару гномов. Все они обернулись на скрип двери и теперь с неприкрытым интересом рассматривали меня с любопытством и некоторым осуждением.

Заметив, что я замерла в дверях, ректор вопросительно приподнял брови — жест, отработанный годами на нерадивых адептах.

— Простите, юная леди? — он выразительно замолчал, ожидая, пока я назову свое имя.

— Патриция Флоу, младший преподаватель факультета теоретической магии, — представилась я, все еще задыхаясь от бега по галереям.

Не самое лучшее начало новой жизни.

— Рад, что вы решили присоединиться к нам, — блеклые глаза ректора смотрели недовольно.

— Извините, — я попыталась выдавить из себя улыбку, чувствуя, словно вновь опоздала на лекцию. — Я… я заблудилась…

— Даже так? — хмыкнул ректор. — Надеюсь к следующему собранию вы выучите дорогу? Это очень легко, поверьте!

Среди преподавателей раздались сдавленные смешки.

— Да, сэр, — не желая начинать с конфликта, я заняла единственный свободный стул.

Ну, Перчик! А ведь из-за него я даже не позавтракала! Надо срочно решить вопрос с отправкой кота домой. Ректор тем временем продолжил говорить о планах повышения успеваемости за год.

Преподаватели делали вид, что внимательно слушают, но я то и дело ощущала на себе их любопытные взгляды. И если мужчины в основном были заинтересованы, то у женщин я однозначно вызвала неприязнь. Еще бы!

За последнюю тысячу лет жители северных провинций так и не смирились, что стали лишь частью огромной империи, Ниневии, и до сих пор жаждали независимости.

Признаться, эти мысли для меня лично казались несусветной глупостью: слишком много времени утекло с тех пор, когда имперцы присоединили к своим территориям Северные горы, и отделение этих территорий сейчас все означало бы экономическую зависимость от более сильного соседа.

Понимая, что сидеть, опустив глаза означало признать себя виновной, я подняла голову и… чуть не свалилась со стула, встретившись с пристальным взглядом того самого мужчины, с кем вчера… от кого сбежала ночью. Он сидел, слегка откинувшись на спинку стула, и с интересом рассматривал меня, скрестив руки на груди.

В голове зашумело. Я опустила взгляд, судорожно пытаясь придумать, что делать дальше. Но мыслей не было, ни одной. Ладони вспотели, а тело то и дело охватывало волной жара и… желания?

Определенно, это было желание. Голова кружилась, грудь под блузкой отвердела, а низ живота то и дело сводило сладкой судорогой.

Украдкой я вновь взглянула на мужчину. Он все еще смотрел на меня, а на полных, чувственных губах играла улыбка, словно он знал, о чем я сейчас думаю. По телу пробежала дрожь.