Дедушка П
Шрифт:
Насчёт пистолета на самом деле я так не считаю, поскольку очень люблю огнестрельное оружие, а волшебная палочка для меня нечто новое. Но когда узнал, какие вещи при помощи неё можно делать, то был поражён, как такую опасную вещь доверяют малолетним волшебникам. Удивлялся до тех пор, пока в одной из книг не наткнулся на пояснение, что волшебная палочка лишь инструмент, концентратор магии, облегчающий колдовство, а волшебство творит человек, то есть волшебник. То есть маги опасны сами по себе.
Мальчишка живо закивал головой, как китайский болванчик.
– А... Что бы ты там понимал?! – Я махнул правой рукой в сторону парня и внимательно осмотрел его.
Парень, представившийся как Гарри, был одет в ношеную одежду на несколько размеров больше: рубашка, словно снятая с ребёнка-толстяка, такие же брюки, ремень вовсе в два раза обёрнут вокруг талии, словно ранее им пользовался слонопотам из сказки про Винни-Пуха. Видимо, родители у него не из богатых и закупались в секонд-хенде на вырост. Это ещё ничего, вот я в его возрасте в сшитой из мешковины безразмерной рубахе ходил и штаны были вовсе старые отцовские, подвёрнутые на треть, а вместо ремня пользовался верёвкой.
– Давай споём!
– Я песен не знаю, – сказал мальчик, но так, что было понятно, что он согласен.
– Я научу, но песня будет на русском языке.
– Но я не знаю этого языка, – испуганно сказал тёзка.
– Окей-хоккей! Для тебя не постесняюсь, и переведу смысл на английский.
Через полчаса по вагону разносились жуткие завывания с притопами.
Ойса, ты ойса, ты меня не бойся,
Я тебя не трону, ты не беспокойся!
Воландеморт молодой, купил поросёнка,
Две недели целовал, думал что девчонка!
Ойса, ты ойса, ты меня не бойся,
Я тебя не трону, ты не беспокойся!
По реке плывёт колдун и руками машет,
А на нём стоит казак и чегой-то пляшет!
(оригинал до переделки называется: «Ойса, ойса», Казачья песня)
На третьем куплете дверь в купе резко отворилась, и внутрь заглянул щеголеватый блондинчик, наш ровесник, в сопровождении двоих крепышей-плохишей.
– Я слышал, в этом купе едет Гарри... – произнёс блондинчик, растягивая слова.
– Ну, так! – я не дал ему договорить, ухмыльнулся и приосанился. – Ясное дело! Слава бежит впереди меня! Я, мать твою... За ногу ещё во младенчестве держал и за титьку дёргал, Гарри! Самый натуральный!
– Я, Малфой! Драко Малфой! – манерно растягивая слова, произнёс блондинчик, протягивая мне свою потную культяпку.
– Я пошутил… На самом деле я, мать его, Воландеморт! – широко улыбаясь, чуть ли не скалясь, отвечаю пацану.
Об этом террористе я пару раз читал, он настолько запугал общественность, что его имя до сих пор боятся произносить, хотя чувак давно уже кони двинул.
Блондинчик побледнел, как и пара его сопровождающих, лишь очкарик-сосед сохранил невозмутимый вид. Тут у меня в голове сложилось, где слышал фамилию Малфой. Ради разнообразия слушал сплетни на магическом базаре, в смысле в Косом и Лютном переулках. Эти чудики, Малфои, были под гипнозом, ну или заклятьем, типа цыганского гипноза, работали на того самого террориста, Воландеморта. Понятно, отчего блондинчик струхнул.
– Передавай привет отцу и никому ни слова! – вместо того, чтобы разуверить ребёнка, довожу шутку до логического конца и картинно подмигиваю.
Купе было моментально освобождено от посторонних, и мы вновь остались одни с соседом-очкариком.
– Слушай, эти волшебники что, совсем чувства юмора не имеют?
– Не знаю, – честно ответил юный Джон Леннон.
– Бог с ними, или против них. Я ещё много песен знаю, давай продолжим.
Вскоре по вагону вновь разносились вопли на ломанном русском.
Полно вам волшебники, горе горевать,
Оставим тоску-печаль во-тёмном во-лесу.
Будем привыкать к шотландской стороне,
Волшебники-волшебнички, не бойтесь ничего!
Мы поём-поём про волшебное житьё,
Отпусти директор на волшебную палочку поглядеть!
Чтоб моя волшебная палочка, чисто смазана была,
Чтобы по тревоге палочка к бою заряжена была!
(Оригинал до переделки называется: «Полно вам Снежочки», Казачья песня)
– А ты на какой факультет хочешь поступить? – спросил очкарик.
– Да мне пофиг!
– Как так?! Я бы не хотел оказаться на Слизерине, ведь там учился Воландеморт! – заявил мальчишка.
– И что с того?! Ну, учился террорист на каком-то факультете... У нас в Великобритании почти все политики в Кембридже учились, после чего со счастливыми улыбками посылали на смерть в тысячи раз больше людей, чем Воландеморт перебил. Отчего-то желающих учиться в Кембридже, от этого меньше не становится! Гарри, друг мой юный, ты не правильно расставляешь приоритеты! Скажи, какой факультет считают самым стрёмным?!
– Пуффендуй?! – предположил мальчик.
– Именно! А знаешь почему?!
Мальчик покачал головой в стороны.
– Потому что они самые крутые! Сам подумай! Пуффендуйцы выращивают травки... Основа для зелий, для наркоты, для всего самого ценного... Они деньги гребут лопатами! А это значит что?!
– Не знаю, – неуверенно ответил пацан.
– Ну и зря! Головой думать надо, а не только есть в неё! Это значит, что они не хотят привлекать к себе внимания, поэтому ведут себя как увальни. Те, у кого деньги, тем более большие деньги, и в руках держат весь бизнес магической Англии, специально строят из себя тюфяков, до которых никому нет дела, чтобы пока остальные грызутся, спокойно делать деньги! Вот так вот, Гарри, учись, пока я живой!