Чтение онлайн

— Я смотрю, Бистеаль, у тебя что на женщин, что на лошадей вкус один и тот же — светленьких подавай!

В Табалорне у Биста тоже осталась почти белая кобылка, а Ториан после встречи со свердами у поворота на Голинтер иначе как Бистеаль его не называл.

Затем Ториан задумчиво добавил:

— С другой стороны, как тебя в темноте иначе можно разглядеть? Разве что по лошади.

В его словах легкий резон присутствовал: Бист и одежду предпочитал темную.

В ответ сверд лишь бровями повел:

— Зато тебя ночью теперь можно увидеть издалека — по красным глазам. Ох и нелегка служба — охранять девиц в Голинтере, — понимающе произнес Бист, на что Тор лишь загадочно ухмыльнулся.

Улыбнулся и Дариус, подумав: «Точно у барона Эдвайстела прибавление в людях в скором времени случится».

— Чего хотел, гонорт? — поинтересовался Кабир, выглядевший нисколько не озлобленным после стычки при первой их встрече. Это в общем-то понятно: выяснили они между собой отношения, и что теперь делить? В конце концов, Кабир сам того хотел.

— Ты ведь из этих мест? — спросил у него Дорван.

Тот на мгновение застыл, вероятно вначале желая утвердительно кивнуть, но, вспомнив обо все еще беспокоящей его шее, передумал и только прикрыл глаза в знак согласия:

— Почти. Я из Визаранта, а он в стороне. Где-то там. — И Кабир указал рукой куда-то на северо-запад. — Только нет его уже. — Лицо его на мгновение омрачилось.

— Долузсцы? — догадался Дариус.

— Они самые. — На этот раз Кабир, забывшись, головой все же кивнул, отчего сильно сморщился.

— Вся семья: мать, братья, сестра, их дети — мои племянники… Никого не осталось.

Кабир говорил спокойно, видимо, отгорело у него уже все в душе, человек ко всему привыкает. Только привычки иной раз нехорошие.

«Тем злее будет с долузсцами», — подумал Дариус, вслух же сказал:

— Сожалею, Кабир. А я вот своих совсем не помню. Если даст Гитур, мы побываем в тех местах. Давно это произошло?

— Да еще в первый приход долузсцев на наши земли. Они тогда сразу в Визаранте и объявились. Почитай, восемь лет уже прошло.

«Восемь лет — как раз тот срок, когда я и сам с ними впервые повстречался», — некстати вспомнил Дариус о Кунтюре, полученном в том бою.

— Что у нас тут поблизости есть?

— Ледонты, — охотно пояснил Кабир. — Полдня пути, если короткой дорогой, через лес.

— Ну так веди, с нее и начнем.

Ледонты — деревня не большая и не маленькая, дворов на сорок — встретила наемников лаем собак, крутившихся у лошадей чуть ли не под ногами.

«Что-то много их здесь расплодилось, — обратил внимание Дариус. — Давненько, наверное, в этих краях настоящего голода не было».

Встречались ему такие селения, где даже кошки от людей прятались. Неурожаи время от времени случаются страшные, а когда происходят они несколько лет подряд, так и лягушки за курочек начинают идти.

Проехали в центр села, остановились на небольшой площади, с неизменным колодцем-журавлем. Деревня была пустынна — началась жатва, все в полях, так что встретили их совсем уж дряхлые старики да малые дети, за которыми они приглядывали.

Вот к одному из таких стариков Дариус и обратился:

— Здорово, дедуля!

И повезло же ему нарваться именно на глухого! Дед сморщил и без того похожее на печеное яблоко лицо, приложил к уху сложенную ковшиком ладонь и поинтересовался:

— Ась? Чего говоришь?

После чего Дариус сразу же утратил к нему интерес:

— Живи долго, отец, — произнес он, высматривая того, с кем бы ему поговорить нормально. Таких в округе не наблюдалось.

Спешились, напились из колодца воды, подождали непонятно чего. Наконец, люди начали поглядывать на гонорта недоуменно: мол, в чем причина, будем до вечера ждать, когда люди с полей вернутся?

Ториан спросил напрямую:

— Чего ждем, старшой?

— Погоди, недолго осталось, — пожал тот плечами.

Видел он, когда еще подъезжали, мальчишку, мелькнувшего на противоположном краю селения, явно спешившего передать весть о прибытии в Ледонты отряда вооруженных всадников.

И верно, вскоре из-за поворота узенькой кривой улочки послышался частый стук копыт. Следом появился и сам всадник. Немолодой, с лицом, заросшим бородой по самые глаза, сидевший на лошади охлюпкой. Вероятно, так торопился, что и заседлать недосуг оказалось.

«Староста», — решил Дорван. И не ошибся.

Приблизившись, всадник осадил лошадь, отчего та явно вздохнула с облегчением — не часто ей приходится так спешить. Затем селянин склонил голову в соломенной шляпе в поклоне и поинтересовался:

— Это вы, значит, нелюдей ищете?

— Да, уважаемый, — подтвердил Дариус. — Предупреждали уже?

— Был человек, — кивнул тот, — с наказом от самого господина барона, чтобы помогали всячески, чем можем.

Кобыла под ним переступила ногами и как-то даже жалобно фыркнула.

«Дрянная лошадь, с одного взгляда понятно — вон как ноги на скаку в стороны разбрасывает, только в телегу запрягать да под соху», — почему-то оценил ее Дариус.

— Ну и что слышно об этих нелюдях?

— Наши края Гитур миловал, ни разу еще не бывали, — ответил староста, сняв шляпу и почесав затылок, отчего его рука чуть ли не по запястье скрылась в волосах.

«Точно как у Сегура грива», — улыбнулся Дорван.

— А где бывали? Как сам считаешь, куда нам в первую очередь податься?