Чтение онлайн

Улыбка у Тора была совсем не обидная.

Дариус посмотрел туда, где не так давно увидел с первого взгляда поразившую его в самое сердце девушку. Дощатая стенка навеса, светившаяся сейчас, в самом разгаре дня, многочисленными щелями, закрывала обзор.

«Определенно, никто ничего не видел, вряд ли кто-нибудь из них в щель подглядывал, — подумал Дариус. — Да и не смеялся я, словно язык проглотил, вспомнить стыдно».

— Да так, живут тут языкастые всякие.

«И очень красивые», — про себя добавил он, вздохнув.

— Пойдемте, есть здесь лекарь, причем утверждают, что неплохой.

Когда они вышли из-под навеса, девушки уже ушли, и это заставило Дорвана вздохнуть снова, на этот раз — от сожаления: уж очень ему хотелось посмотреть на Элику еще раз.

«Имя такое красивое — Элика, — размышлял Дариус, ведя своих людей к указанному старостой дому лекаря. — Как и она сама».

Дом лекаря Сола, как и все остальные здешние дома, не имел палисадника и выходил окнами прямо на улицу.

— Ждите здесь, — бросил гонорт своим людям. — Пойду узнаю, дома ли он.

Коротко стукнув в дверь, он вошел внутрь. На мгновение застыл на пороге, привыкая к полумраку горницы после яркого солнечного дня.

Комната оказалась пуста. Несколько лавок, стол со свежевыскобленной столешницей, полки с посудой, печь. На одной из лавок — женский платок, почему-то напомнивший ему о недавней встрече. Пахло приятно: свежеиспеченным хлебом, который он так давно не пробовал, и еще какими-то травами.

— Хозяева! — громко позвал Дариус.

Нет времени ждать, когда они сами объявятся, не в гости заявились, к лекарю. Промедлишь — потом уже поздно будет, не нагонишь. Постоял, прислушиваясь, затем, так и не услышав звука шагов, позвал снова.

Ну наконец-то. Откуда-то из-за печи, занимавшей чуть ли не треть комнаты, послышались шаги босых ног: кто-то спешил на его зов.

«Женщина или ребенок, мужчины так не ходят», — определил Дариус.

И верно, откинулась ситцевая занавеска, и в комнату вошла девушка.

Ею оказалась та, о которой он только что думал и которую ему так хотелось увидеть снова. Дариус вздрогнул, настолько он не предполагал встретить ее в доме лекаря.

Вероятно, Элика совсем не ожидала обнаружить в своем доме парня, названного ею не так давно героем, и тоже вздрогнула от неожиданности.

Сейчас, когда рядом с ней не было подруг, Элика уже не выглядела такой бойкой и даже слегка засмущалась.

— Ну здравствуй еще раз, красавица, — неожиданно для себя выдал вдруг Дариус. — Что стоишь, принимай гостя, видишь, свататься пришел. Поразила ты меня в самое сердце, жить без тебя больше не могу.

И сам же засмущался после своих слов, ведь Элика могла на него обидеться. Еще он опасался того, что она опять что-нибудь скажет, как в первый раз, а у него снова не найдется слов, и он опять будет молчать, как баран.

Но нет, девушка промолчала, а взгляд у нее почему-то стал таким беспомощным, что у Дариуса дрогнуло сердце.

— Пошутил я, зови отца своего, Сола, раненый у нас, одна надежда на него, — не дождавшись ответа, продолжил он.

— Сол мне не отец — дедушка, — отозвалась почему-то совсем смутившаяся Элика. — Сейчас позову.

Перед тем как исчезнуть за занавеской, девушка взглянула в оставленную Дариусом приоткрытую дверь на дожидавшихся своего гонорта людей, вероятно, чтобы убедиться в его словах. Затем она исчезла, и чуть ли не следом со двора донесся ее звонкий голос:

— Дедуль, там больного к нам в дом принесли.

«Больной к вам в дом на своих ногах пришел, — мрачно подумал Дариус, — а Тацир у нас раненый».

Вскоре появился и Сол. Лекарь оказался худым и жилистым мужиком, на вид еще не старым, разве что в длинной, по грудь, бороде седины хватало.

Если он чем и походил на свою внучку, так только глазами, выглядевшими на удивление молодыми.

«И чего это мне вообще в голову пришло сравнивать Элику с дедом? — удивился сам себе Дариус. — Если уж и должна на кого она быть похожа, так на отца с матерью».

Голос у лекаря оказался звучным:

— Я уже все знаю, ко мне только что Лиден заходил. Вы с ним перед домом не столкнулись?

— Нет, — ответил Дариус. — Мы никого не встретили.

Он старался не подавать виду, но едва сдерживался, чтобы не заявить: «Мы принесли к тебе тяжелораненого человека, и он в любой момент может умереть. Так что давай лучше займемся его лечением как можно скорее, поговорить можем и потом». Встав в дверях, Сол взглянул на Ториана с Бистом, державших носилки с Тациром, и указал головой: заходите.

Пройдя через дом вслед за лекарем, наемники оказались во внутреннем дворике, примыкавшем к окружающему Лоринт частоколу. Сол так же молча указал на стол, расположенный под густо разросшейся черемухой, почти черной от обилия созревших ягод.

Пришедший в себя Тацир ко всему происходящему вокруг него отнесся безразлично, лишь болезненно сморщился, когда его перекладывали с носилок на стол.

Лекарь осторожно освободил бок раненого от повязки и удовлетворенно кивнул головой, обнаружив под тканью листья подорожника. Бист принялся что-то ему объяснять.

На языке Фаронга Бист говорил свободно, но очевидно, ему не хватало слов, и тогда он пользовался другим, незнакомым Дариусу языком. Что удивительно, лекарь его понимал.

Наконец Сол, осмотрев рану, густо смазал ее какой-то тягучей мазью, наложив новую повязку, и тогда Дорван задал ему тот же вопрос, что и Бисту: есть ли у Тацира шансы выкарабкаться?

Сол тоже ответил не задумываясь и почти теми же словами:

— Шансы есть, рана чистая, и теперь все зависит от самого Тацира. Наверное, ты понимаешь, что дальнейшей дороги он не перенесет?