Чтение онлайн

— У меня тоже был замечательный вечер, — немного настороженно ответила она и с надеждой продолжила:

— Увидимся в школе.

Протянув Полу его пиджак, она заспешила к дому. Дверь была открыта. До полуночи оставалось две минуты. Мэрибет была рада тому, что все уже спали — ей не нужно было ничего объяснять и отвечать на вопросы.

Никогда в жизни она не мылась столь тщательно. Потом, еле сдерживая слезы, она застирала испачканный подол платья и повесила его сушиться. Она уже придумала, как объяснит матери случившееся — мол, на юбку пролили пунш или кого-то вырвало.

Вся дрожа, Мэрибет быстро надела ночную рубашку и проскользнула в спальню, которую делила со своей сестрой. Лежа в полной темноте, Мэрибет раздумывала о том, что произошло.

Может быть, успокаивала она себя, это начало серьезных отношений. Но она отнюдь не была уверена в том, так ли это и насколько серьезно относится к ней Пол Браун. Честно говоря, Мэрибет не склонна была принимать на веру все его слова. Она надеялась на это, но слишком уж часто ей приходилось слышать про девочек, которых ребята заставляли переспать с ними и после этого сразу же бросали.

Но Пол-то ее не принуждал к этому, и это удивляло Мэрибет больше всего. Ей самой хотелось заниматься с ним любовью. Она начала желать этого после первого же его прикосновения. И она не жалела о случившемся — просто была напугана своим первым опытом.

Этой ночью она почти не спала, холодея от ужаса и молясь о том, чтобы не забеременеть.

Утром, за завтраком, мама спросила ее, хорошо ли она провела время на школьном балу, и она сказала, что было весело. Мэрибет несколько удивляло, что никто из ее домашних ничего не заподозрил, не заметил в ней больших перемен, хотя ей казалось, что она после вчерашнего вечера стала совсем другим человеком.

Она выросла, стала женщиной, она сделала это, занималась сексом с самым видным парнем во всей школе. То, что ее нового состояния никто не замечал, было просто невероятно.

У Райана в это утро было плохое настроение, Ноэль поссорилась с матерью из-за какой-то мелочи. Отец, несмотря на субботний день, уехал в свою мастерскую, а мама сказала, что у нее болит голова.

Каждый из ее домочадцев жил своей жизнью, и никто не видел, что Мэрибет из куколки превратилась в бабочку, став Золушкой для своего Прекрасного Принца.

Она парила, как на крыльях, до понедельника, когда ей пришлось резко спуститься с небес на землю — по дороге в школу она увидела Пола в обнимку с Дебби Флауэрс.

А на переменах все уже сплетничали об этой парочке. Они с Дебби поссорились и решили расстаться, потому что кто-то сказал Дебби о том, что Пола видели с какой-то другой, никому не известной девочкой. Дебби устроила сцену, но в воскресенье они благополучно помирились.

Мэрибет чувствовала, что в груди у нее что-то оборвалось; до среды она не общалась с Полом, да и видела его только издалека. Когда он сам остановился около нее и ласково заговорил с ней, Мэрибет отвернулась, делая вид, что кладет что-то в свой шкафчик. Она надеялась на то, что ее соблазнитель уйдет, но он сказал, что разыскивает ее уже несколько дней.

— Можно с тобой поговорить, Мэрибет? — спросил он своим низким, очень сексуальным и чувственным голосом.

— Извини, но не сейчас… Я опаздываю на историю. Может быть, потом?

— Подожди. — Он мягко взял ее за руку. — Знаешь… прости меня за то, что произошло…

То есть… я хочу сказать, что… ну, в общем, надо было сначала подумать, а потом делать…

Прости меня… Дебби, конечно, сумасшедшая, но мы уже столько времени вместе… Я не хотел сделать тебе больно.

Когда до нее дошел смысл его сбивчивых объяснений, Мэрибет с трудом сдержала слезы. Зачем же он в тот вечер вел себя с ней так обходительно? Впрочем, если бы он вел себя иначе, было бы еще хуже.

— Не беспокойся обо мне, — гордо выпрямилась она. — У меня все в порядке.

— Ничего у тебя не в порядке, — вздохнул Пол, еще острее почувствовав свою вину.

— Нет, я действительно на тебя не сержусь, — ответила Мэрибет, но тут слезы потекли у нее из глаз, и ей вдруг захотелось, чтобы все было иначе. — Забудь обо мне.

— Помни, что, если я тебе понадоблюсь, я всегда рядом.

«Зачем он сказал это?» — подумала Мэрибет.

Весь следующий месяц она пыталась вычеркнуть его из сердца и памяти. Но Пол, как нарочно, попадался ей повсюду — в буфете, на переменках, около спортзала. Ей казалось, что она просто не может избежать этих встреч.

А в начале мая, через шесть недель после той самой, памятной для Мэрибет, ночи. Пол и Дебби объявили о своей помолвке и о свадьбе, которая должна была состояться в июле, после окончания школы. И в тот же самый день Мэрибет поняла, что она беременна.

Всего через две недели у нее начался сильный токсикоз. Ее часто рвало, грудь увеличилась в размерах и стала очень чувствительной, она начала как-то сразу полнеть, и тошнота подкатывала к горлу буквально каждую минуту.

Мэрибет не могла поверить в то, что в ее организме могли произойти такие стремительные изменения. Каждое утро, скорчившись на полу в ванной после приступа рвоты и молясь о том, чтобы ее никто не услышал, она повторяла себе, что вечно скрывать свое состояние не сможет.

Она не знала, что делать, кому сказать о том, что с ней случилось, к кому обратиться.

Полу Мэрибет решила об этом не сообщать.

Подождав еще пару недель, она наконец отправилась к гинекологу своей матери, попросив его не говорить ничего ее родителям.

Она так безутешно плакала в его кабинете, что он пообещал не выдавать ее — правда, весьма неохотно, — и подтвердил ее беременность.

К этому моменту у нее было уже около двух месяцев.

Пол ошибался — она забеременела «с первого раза». Мэрибет спрашивала себя, лгал он ей или просто не знал, что такое возможно.

Может быть, и то, и другое. Но в любом случае ей страшно не повезло, и, одеваясь за занавеской, она тихо всхлипывала, а врач тем временем спросил ее, что она собирается делать.

— Ты знаешь, кто отец ребенка? — спросил он. Ошеломленная Мэрибет застыла, еще более униженная этим вопросом. Какого же он был о ней мнения, если задавал такой вопрос?

— Конечно, — ответила она подавленно.

Легкого выхода из этого положения не было.

— Он собирается жениться на тебе? — поинтересовался доктор.