Чтение онлайн

Задавать себе подобные вопросы я начал уже в юности, всю свою жизнь стараясь найти на них ответы. И вот в результате многолетних странствий по миру, встреч со множеством людей самых разных национальностей и изучения самых разных религий и философских систем, я пришел к выводу о том, что все зло нашего мира обусловлено, в конечном счете, неудачами в достижении гармонии фундаментальных начал Инь и Ян, тогда как древние даосы уже давно обнаружили ведущий к ней простой и приятный путь. Почему простой? Да потому, что он действительно легок, не догматичен и лишен какой-либо обрядности. Единственное, что требуется, так это двигаться по нему, избегая физического и умственного напряжения и сохраняя полную естественность поведения.

Почему приятный? Да потому, что он не связан с отказом от каких бы то ни было радостей (причем как земных, так и небесных), чего требует, напри мер моизм, разновидность китайской альтруистической философии, которую не следует путать с маоизмом. Более того, он не связан с отказом от желаний, вызываемых созерцаньем прелестей формы, звука, обоняния, осязания, цвета и, наконец, прелестей физической любви, как того требует, например, буддизм. Совсем наоборот, даосизм призывает к развитию всех свойственных человеку чувств ради заложения основ полноценной и здоровой жизни и полнокровному переживанию как земных, так и небесных радостей. Впрочем, даосы вообще не признают существования сей разграничительной линии, поскольку в состоянии экстаза, оба этих вида радости объединяются в одно целое, ибо творческое переживание мира подразумевает единение не только с ним, но и с самим его Творцом.

Таким образом, я осознал на своем личном опыте справедливость даосской идеи о том, что никакие мировые проблемы не могут быть разрешены в отсутствие целостного подхода к проблемам любви и секса. Ибо практически все формы разрушительных человеческих импульсов, также как и все наши беды, вызванные алчностью, ненавистью и стяжательством, связаны с нарушениями половой жизни. И это при том, что источник любви и секса практически столь же неисчерпаем, как и сама вселенная. Данная идея принадлежит отнюдь не мне. Я просто пытаюсь возродить то, что было известно даосским философам уже тысячи лет тому назад: в отсутствие гармонии между Инь и Ян, которые являются источником человеческой жизни и наслаждения ею, нам не остается иного пути, кроме пути разрушения и смерти.

Уже более двух тысяч лет тому назад (если не раньше) китайские врачи-даосы писали великолепные руководства по искусству любовной игры, отличающиеся большой детализацией, но, в то же время, нисколько не лицемерные, то есть написанные, что называется, «один к одному». Тем самым я хочу сказать, что эти описания полностью лишены как чувства похоти, так и пуританской стыдливости. Все это имеет очень простое объяснение: любовную игру даосы считали важным элементом, обеспечивающим здоровье и мужчин, и женщин. Согласно их философии, решающую роль играла именно техника любовной игры, целью которой являлось предельное совершенство «мужских способностей». Причем интересно отметить, что она широко популяризировалась средствами литературы и изобразительного искусства. Согласно древней шкале ценностей, способность мужчины к частой и длительной любовной игре ценилась намного выше, нежели такие качества, как молодость, красота или хозяйственность.

С точки зрения даосских врачей любовь составляет неотъемлемую часть природного миропорядка. А потому заниматься ею было не способом получения наслаждения, но заложением основ прочного здоровья и долголетия. Для того чтобы люди могли вкусить ценнейших плодов любовной игры, ими были сформулированы четкие правила «техники ее ведения», широко распространяемые посредством различных изобразительных средств, с целью обучения и обеспечения необходимой степени возбуждения. Филлис и Эберхард Кронхазен приводят в своей книге «Искусство эротики» поэму Чан Хуна (около 100 г. н. э.) описание образа действий четы новобрачных, использовавших подобный учебник для того, чтобы их первая брачная ночь навеки осталась в памяти:

Несколько далее чета Кронхауз описывают более подробно методы использования эротического искусства в Древнем Китае. «Чтобы понять, как именно использовались альбомы с эротическими изображениями, обратимся к китайской эротической литературе. В одной из наиболее совершенных повестей подобного жанра, Жу Бу Дуан [4] , написанной в период минской династии, мы находим описание любовных приключений одаренного молодого ученого У Ян-шэна. Последний женился на Ю Си-ай, красивой и прекрасно воспитанной девушке, единственным недостатком которой являлась чрезмерная стыдливость, поскольку она соглашалась на соитие лишь в полностью лишенной света комнате и отказывалась от любых отклонений от традиционного способа полового общения. В довершение всего жених был вынужден с прискорбием констатировать, что его молодая супруга не испытывала оргазма.

Пытаясь решить проблему, молодой муж купил очень дорогой альбом эротических изображений, надеясь пополнить с его помощью образование жены, чтобы изменить ее отношение к любовной игре. Однако вначале «Яшмовый аромат» не только не желает учиться, но даже отказывается взглянуть на эти рисунки. Однако через какое-то время мужу удается ее уговорить начать обучение под его личным руководством. В конечном счете в ней пробуждается способность испытывать подлинную любовную страсть и она превращается в пылкую и нежную женщину, целиком соответствующую смыслу своего имени.

Дело в том, что, в отличие от современного общества западного типа, эротические изображения в Китае никогда не воспринимались в качестве порнографии. Подобное глубокое отличие китайцев от европейцев в подходе к вопросам любви и секса в свое время было уже отмечено ученым и дипломатом Р. Х. Ван Гуликом в его книге «Половая жизнь в древнем Китае». «Возможно, что именно этот взгляд на половые отношения, то есть понимание их в качестве части общего миропорядка, которая никак не связана с понятиями греха и моральной вины, наряду с полным отсутствием каких-либо правовых ограничений в этой области, и привел к тому, что половая жизнь в Китае была лишена половых извращений и связанной с ними ущербности, столь характерных для многих других древних культур» [5] .