Чтение онлайн

По отношению к нам?

Теперь меня, пусть и мертвого, будет преследовать еще один страх.

– Нам нужно найти проход через горы. – Нимандр, сощурившись, смотрел вперед.

– Чик говорит, они называются Божий Шаг. Наш благодарный друг – прямо-таки поразительный кладезь всевозможных неожиданных знаний.

– Благодарный? А, понял тебя. Ну, он же все это время был без чувств?

– Не до нас ему было, да. Плясал, укушенный пауком.

– Даже если мы объясним ему, что случилось, это не поможет, – сказал Нимандр. – Для того, кто не хочет слушать, слова тоньше паутины, их так легко отмести в сторону.

– Нужно было солгать.

Нимандр взглянул на него, его брови поползли вверх. Клещик усмехнулся.

– Наплести ему про одержимых богом, про безумных фанатиков, готовых залить мир собственной кровью. Про то, как мы ступили было на путь к раю и вдруг обнаружили, что нас там не ждут. Как одурачили бога-простачка, не сумевшего сообразить, что марионеток следует делать из поклонников, не из себя самого. Рассказать про отравленное вино, что было кровью, что была вином, что было кровью. А, и не забыть про достославную бойню, о той невероятной удаче, с которой мы раз за разом попадали в цель, просто отпихиваясь и отмахиваясь, и о столь же черном невезении, постигшем нападавших. А потом…

– Хватит, Кле.

– Зачем мы вообще этим озаботились, Нимандр? Тем, чтобы его спасать?

Нимандр уже вновь пристально смотрел на горы вдалеке.

– Араната говорит, что он нужен. Необходим.

– Для чего? И что она вообще знает?

– Хотел бы я тебе ответить, Кле.

– Я себя чувствую, как будто вот-вот в крови захлебнусь!

Нимандр кивнул.

– Да. Я тоже. Думаю, как и все мы.

– Но мне не кажется, что Аномандр Рейк захочет бросить нам веревку.

– Скорее всего, нет.

Клещика потрясла мудрость, прозвучавшая в этом согласии. Он опасался не зря – их вождь действительно изменился. Он что, тоже теперь все видит? Но если так, где его отчаяние? Я не понимаю…

– Я себя чувствую так, словно умер изнутри, – сказал Нимандр. – Именно так.

– Не говори так, брат мой! Не надо!

– Почему?

Так может себя чувствовать только один из нас. Только один. И я, чтоб тебя, успел раньше! Это мое чувство! Он резко рассмеялся.

– Да нипочему. Нет ни малейшей причины.

– Ты как-то странно себя ведешь, Кле, сам-то не замечаешь?

Они ехали по выбеленной от соли равнине. День становился все жарче.

Непосредственно под залом, где в пол были врезаны терондаи и пылало черное солнце, в скальном основании вырубили огромную палату. Когда Аномандр Рейк, Владыка Черного Коралла, Сын Тьмы, уставал смотреть на город с дворцовой башни и прочих удобных для наблюдения точек, он спускался сюда, в каменное чрево, в его непроницаемую темноту.

Подобное случалось редко, и еще реже владыка призывал к себе в подземную пещеру Коннеста Силанна. Кастелян, ноги которого все еще ныли после долгой дороги обратно в город, спустился по крутой винтовой лестнице до самого ее основания. Вход в пещеру закрывали гигантские двери, крытые чеканным серебром, напоминающим драконью чешую. Серебро успело потемнеть, поблескивали лишь грани чешуек, ослабевшим глазам Коннеста Силанна преграда была еле видна. Протянув руку к тяжелому засову, он некоторое время шарил по поверхности, пока наконец не нащупал серебряный брус.

Он открыл одну из створок, навстречу тут же хлынул холодный воздух. Едко и влажно пахнуло необработанным камнем, послышался звук капающей воды. Владыка стоял в середине палаты, где из скалы, подобно сталагмиту, поднимался обелиск. Базальтовая глыба, квадратная в основании, заканчивалась заостренной вершиной на высоте в два роста тисте анди. С той стороны, где стоял Рейк, в камне имелось углубление, формой соответствующее мечу у него за спиной.

– Я не так часто ощущаю потребность облегчить ношу Драгнипура, – произнес Аномандр Рейк, когда Коннест приблизился.

– Да, владыка.

Аномандр извлек свой страшный меч из ножен и погрузил в углубление. Сквозь поверхность обелиска тут же проступила влага, полированный камень покрыли густые блестящие капли, струйками устремились вниз. Скала под ногами громоподобно застонала.

Коннест Силанн оперся на свой посох и вздохнул.

– Владыка, камень не может долго удерживать этот вес.

Однако вы можете, и это понимают, способны осознать столь немногие.

– Пускай еще совсем чуть-чуть, – пробормотал Аномандр Рейк.

– Владыка, я вас не попрекаю.

Тот мимолетно улыбнулся.

– И все же это упрек, друг мой, и вполне заслуженный. Камень чувствует как собственный вес, так и то, сколько он еще в состоянии выдержать. Поверь, я не собираюсь слишком долго злоупотреблять его щедростью.

Коннест Силанн обвел взглядом вокруг, наслаждаясь сладкой темнотой, столь чистой, столь совершенной. Почти такая же, как раньше. В Харканасе, прежде чем Она приняла Свет, прежде чем рожденные из пепла встали на ноги и взялись за мечи. Скабандари. Илгаст Ренд, Халлид Баханн. Грезившая о мире Эсталла. И Остриженный, Кагамандра Тулас, грезивший совсем о другом.

– Я отослал Спиннока Дюрава.

– Да, я об этом слышал. Владыка, я не смогу…

– Боюсь, Коннест, у тебя нет выбора.

– Верховная жрица…

– Все понимает, и сделает все возможное.

Как давно это было. Владыка, перед вашим терпением бледнеют даже боги.

– Наш народ никогда не видел перед собой цели, достойной того, чтобы возродиться, верно? И мы вовсе не жертвы истории, пусть даже многие склонны считать именно так. Любой может прийти к выводу, что все напрасно, будь он к подобному расположен. Любой триумф в конце концов оказывается дутым, любая слава – эфемерной. Но всего это недостаточно, чтобы упасть духом. Да, вероятно, совсем без ущерба для души не обойтись, но путь наш слишком высок, превыше подобных мелочей. Осознаешь ли ты это, Коннест?