Дама в красном
Шрифт:
– Восемь с половиной! – прокричала брюнетка.
– Девять!
Тревис смеялся. Вечер, которого он так боялся, оказался не так уж плох. Еще один взгляд на блондинку, до того как опустится молоток. Возможно, он переоценил ее внешность. Если бы она подошла поближе к сцене, наверняка обнаружились бы какие-нибудь недостатки.
Пока он отвлекся на состязание между своими почитательницами, она подошла ближе. Сейчас она была почти рядом и смотрелась так же восхитительно.
И она глядит на него. Выражение ее лица сложно истолковать. Заинтересованность, да, но, кажется… Она в раздумье. Как будто оценивает его.
Руки Тревиса упали, когда женщина быстро развернулась и пошла по проходу. Кто она такая, чтобы вот так бесцеремонно рассмотреть его и потом преспокойно уйти? «Оглянись! – в бешенстве подумал он. – Оглянись немедленно!» Женщина ускорила шаги. Тревис сделал шаг вперед. К черту аукцион!
– Девять тысяч! – прокричал ведущий, и толпа взревела. – Девять тысяч – раз. Девять тысяч – два…
– Десять, – проверещала брюнетка.
Женщина со светлыми волосами остановилась. «Ну же, крошка, – подумал Тревис, – обернись, погляди на меня».
И она обернулась. Их глаза встретились. Взгляды скрестились, как клинки. На миг оба затаили дыхание. В зале не было больше никого. Никого во всей Вселенной. Только они. Тревис и эта женщина. Она поняла это. Она думала о том же.
Ее глаза расширились. Он увидел вызов в том, как внезапно поднялась и опустилась ее грудь. Кончик языка – бледный, розовый – скользнул по мягким на вид губам.
Глаза Тревиса буравили ее. «Сделай это, – умолял ее он. – Сделай же, ну…»
– Дама за столом номер три дает десять тысяч долларов. Десять тысяч долларов – раз. Десять тысяч долларов – два…
– Двадцать тысяч долларов.
По залу пронесся вздох изумления. Все повернулись в сторону женщины со светлыми волосами. Даже ведущий подался вперед.
– Не повторите ли вы свою сумму, мадам?
Женщина перевела дыхание. Тревису показалось, что, он видит, как у нее на виске затрепетала жилка, но тут же он решил, что ошибся, потому что, когда она снова заговорила, голос ее был холодным и безразличным. В нем сквозила легкая усмешка.
– Я сказала – двадцать тысяч долларов.
Молоток упал.
– Продано! – с триумфом объявил ведущий. – Продано даме в красном.
И толпа в зале отеля «Парадиз» могла теперь неистовствовать сколько угодно.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Стук молотка раздался на весь зал, но он был не таким громким, как неожиданный удар сердца Александры Торп.
– Продано! – закричал ведущий. – Продано даме в красном.
«Дама в красном», – подумала она машинально…
На мгновение Алекс показалось, что она сейчас упадет. Она ухватилась за стоящий перед ней стул. Она пришла сюда купить мужчину и сделала это. Мужчину по имени Тревис Бэрон.
«Наглеца по имени Тревис Бэрон», – холодно подсказал внутренний голос. Это точно. Человек на сцене – наглец до кончиков ногтей, об этом говорит и его внешность, и отношение к окружающим…
И теперь она его владелица.
Что за блажь пришла ей в голову? Слова Карла причиняли ей боль до сих пор. Почему? Они развелись два года назад. Она не скучает по Карлу, не любит его; ей давно ясно, что она никогда его не любила. Тогда почему она до сих пор вспоминает сказанное им? И вообще ее план, если только его можно назвать планом, глупее некуда. Женщина не может просто так… не должна… Она ощутила опасность.
Он смотрит на нее. Она ощущала это каждым сантиметром своей кожи. «Не надо, – сказала себе Алекс. – Не поднимай голову…» Легче остановить вращение Земли. Алекс закусила губу и медленно подняла глаза к сцене.
Ее сердце снова подскочило, так же как и при первом взгляде на него. От его удара она чуть не потеряла равновесие. Зал поплыл вокруг нее. Тревис Бэрон не двигался. Эти горячие зеленые глаза, не отрываясь, глядели на нее. Она видела улыбку удовлетворения на его губах, чувственных губах, она почти ощущала их прикосновение. Все в нем: широкий разворот плеч, поза – длинные ноги слегка расставлены, тело напряжено, – говорило об одном, и не понять смысла было невозможно. «Я мужчина, – говорил он. – А ты женщина. И когда мы окажемся наедине…» Ее бросило в дрожь. Она никогда не останется наедине с этим человеком или с каким-нибудь другим… Неужели она хочет что-то доказать? Себе? Или Карлу? Разве ей не наплевать, что Карл сказал своей теперешней жене, будто бы Алекс фригидна? Пусть говорит, что хочет…
Алекс оторвала взгляд от Тревиса Бэрона. Вокруг него толпились люди, слышались поздравления.
– Что вы будете делать с таким роскошным кавалером целый уикенд? – спросила какая-то женщина, после чего последовал взрыв хохота.
Алекс знала, что это только шутка. Аукцион – совершенно легальное мероприятие. Дамы играли со своими холостяками в теннис или в гольф, танцевали или шли обедать… Вот только она вовсе не планировала ничего такого. Эта мысль снова вызвала у нее панику. Алекс улыбнулась, натужно рассмеялась и сказала, что что-нибудь придумает…
Собственный смех все еще звучал у нее в ушах, когда она с непроницаемым лицом направилась по проходу к двойным дверям, ведущим в коридор, подальше от накатившего на нее безумия.
– Миссис Стюарт?
«Продолжай идти, Алекс. Улыбайся и продолжай…»
– Миссис Стюарт, – ее руку сжала чужая рука.
Алекс вырвала руку.
– Нет, – сказала она… и встретилась со смущенным взглядом седовласой женщины.
– Извините меня, миссис Стюарт. Я не хотела напугать вас.
Алекс сложила губы в очередное подобие улыбки.
– Это я должна извиниться, а не…
Женщина тоже улыбнулась и взяла Алекс под руку:
– Мы встречались раньше, миссис Стюарт. Может, вы попомните? Я Барбара Роудз. Наши мужья вместе служили в Комитете по охране водных ресурсов.
– Мой бывшиймуж, – поправила Алекс. – Я взяла девичью фамилию. Теперь я Александра Торп.
Женщина вздрогнула.
– Да, конечно. Простите. Я забыла.