Чтение онлайн

— Так! — остановила его Теа, недав Августу закончить свою мысль. — Только давай обойдемся без физиологических подробностей! Мало ли что я пробовала на вкус! Что ж теперь, обо всем этом говорить вслух?!

Самое любопытное, что, намекнув своим заявлением на такое, о чем приличным женщинам даже теоретически не следует знать, она и не подумала краснеть. Зато Августа обдало волной такого жара, что на мгновение он даже забыл, зачем покинул постель.

— Не возбуждайся! — охладила его пыл Теа. — Сначала вино, пряники — потом!

Если честно, оставаться в Венеции было ошибкой. Уезжать следовало сразу после попытки отравления. Август это должен был понимать и понимал, но проявил малодушие, поддавшись на уговоры Теа. Графиня живо заинтересовалась своим вновь открывшимся даром и хотела поэкспериментировать. Где и когда? — вот вопрос. Возможно, в Вене. Но когда они еще туда доберутся. А в Венеции такая возможность имелась, — здесь и сейчас, — так как совершенно очарованный ею магистр Поэзи готов был сделать для Теа все, что угодно. Буквально все, и самым малым из этого «всего» являлись открытые двери его великолепной алхимической лаборатории. Дело, впрочем, не в одной лишь лаборатории. Теа ведь неслучайно увлеклась идей «сразу же все проверить и все испытать». Судя по всему, она осознала вдруг, что действительно обладает невероятными магическими способностями и, очарованная открывшимися перспективами, бросилась в колдовство, как в омут. С головой.

Август ее понимал, как не понять!. Кроме того, он ее любил. И, если этого мало, он не случайно добился успеха на научном поприще. Магистр, профессор… Все эти звания неслучайны. Стал бы и главой Коллегиум Гросса, если бы не происки врагов. Он любил и умел работать, не делая при этом особых различий между теорией и экспериментом. Легко увлекался и забывал о времени, усталости и голоде, обо всем вообще, когда перед ним вставала по-настоящему интересная научная задача. Вновь открывшиеся способности Теа относились как раз к этому типу проблем. Малоизвестные и практически неизученные, эти способности манили, увлекали, заставляли отбросить, как не существенные, любые возражения практического толка. Однако лучше все-таки быть живым ученым, чем мертвым, и об этой максиме Август, к сожалению, вовремя не вспомнил.

Исследования поглотили его целиком. Вопросы множились. Иногда их формулировала Теа, иногда — он сам. В каком объеме вина или воды графиня способна ощутить присутствие капли крови? А что если вода будет морской или илистой? Сможет ли Теа отличить кровь Августа от своей собственной или от крови быка? А что она скажет относительно растворенных в вине ядов? Способна ли Теа отличить один яд от другого?

— Да, — в очередной раз тяжело вздохнула уставшая и разочарованная результатами исследований Теа, — я смогу… могу… и все это не фейк! Но, не обольщайся, Август, юзать этот девайс я не умею. Может быть, пока, а может быть, вообще. Он то работает, то — нет. Один раз чувствую что-то, а в другой — пусто! Но твою кровь от крови Алесандро я отличила даже в коньяке!

— Вот-вот, — кивнул Август. — В коньяке. То есть, в агрессивной среде, состоящей из виноградного спирта и множества примесей. Спирты, органические кислоты, этиловые эфиры, танин и дубильные вещества…

— К чему ты клонишь? — нахмурилась Теа.

— К тому, что, похоже, ты обладаешь одной из редчайших, даже среди колдунов, способностей. И это, душа моя, типичный Темный дар — такой, что недвусмысленно указывает на твою истинную природу.

— Ну, и какова же моя природа? — с видимым сомнением поинтересовалась Теа.

— Не уверен полностью, — дернул губой Август. — Надо еще проверить кое-что, но, судя по записям в древних книгах, когда-то лет пятьсот назад таких колдунов и колдуний называли «мастерами крови».

О мастерах крови было известно настолько мало, что кое-кто путал их с вампирами. Но, судя по тому, что знал Август, дело было в другом. У мастеров крови и вурдалаков, и в самом деле, имелись некоторые общие черты — ночное зрение, например, или способность определять по крови даже дальнее родство, — но в отличие от вампиров, «мастера» являлись людьми и не нуждались в человеческой крови, хотя и могли по словам средневекового германца «поддаться соблазну», что бы это не значило на самом деле. И магия у них была не вампирская, а человеческая, и, разумеется, это был чистейшей воды темный дар. Все это и многое другое Август как раз и хотел рассказать Теа, но их прервали. На «всплеск» опасности, внезапно ударившей его в сердце, Август среагировал, не раздумывая. Он даже не успел закончить начатую прежде фразу, а его шпага уже покинула ножны и на чистой интуиции, — поскольку зрение не поспевало за быстрой, как мысль, магией — пыталась «нащупать» врага.

— … мастера крови, — сказал он, а в следующее мгновение парировал шпагой опасную атаку вражеского клинка.

Весьма быстро. Почти мгновенно, чего и следовало ждать от одного из лучших дуэльных бойцов Бургундского королевства. Вот только клинков, как он узнал в следующий краткий период времени, было три. Выпад первого убийцы, Август парировал, по ходу дела уйдя, — просто отступив в сторону, — и от второго противника. Однако третий убийца метил не в него. Он ударил Теа, а она, как видно, опасность ощутила слишком поздно. Ни своего корейского веера, ни спрятанного в складках юбки немецкого стилета Теа достать не успевала. Парировать выпад ей было нечем, и она сделала единственное, что смогла, находясь в невероятном цейтноте, — развернулась к клинку убийцы правым боком. Им она и приняла удар.

Удар. Август уловил его на самой границе зрительного поля. Его собственный выпад. Вскрик женщины за плечом. Клинок Августа входит убийце где-то между 11-й и 12-й ребрами справа. Взмах юбок теряющей опору Теа, замеченный Августом при развороте. Убита? Ранена? Но Август никак не успевает к ней на помощь, у него еще один противник, да и первый скорее ранен, чем убит. В общем, суета сует и кровавые слезы сердца. Нападавших он, в конце концов, убил, — двоих, поскольку третьего прикончил упавший с неба Кхар из рода Мунина, — но Тане ни Август, ни ворон помочь не смогли. Просто не успели. Получив удар шпагой в бок, женщина потеряла равновесие. Сделала несколько неуверенных шагов назад и свалилась в канал. Только брызги полетели, догоняя вырвавшийся из ее горла хриплый крик. Но даже эти подробности Август узнал практически задним числом, осознав и проанализировав обрывки впечатлений, подхваченных им в ходе короткого, но ожесточенного боя.

Впрочем, как ни скоротечна была эта схватка, к месту падения графини Август подбежал с опозданием. Пока бежал, чуть не умер от ужаса, но, к счастью, обошлось и для него, и для нее. Честно сказать, он ожидал худшего, однако, хвала богам, Теа выжила, и сейчас ее как раз вытаскивали из воды, но почему-то на противоположном берегу канала и метрах в двадцати от места, где она упала в воду. Так что, пока он добежал до ближайшего моста, пока вернулся, Теа уже оказалась на берегу. Полусидела, опершись спиной на стену дома и пыталась остановить рукой текущую из раны кровь.

Август упал рядом с ней на колени и, не раздумывая, стал разрезать кинжалом корсет, иначе было невозможно добраться до самой раны. Судя по первому впечатлению, графиню спасли вставки из китового уса и передняя стальная планшетка — бюск. [42] Острие шпаги сначала попало в одну из вставок корсета, затем ударило в край бюска и пошло внутрь, прорезая лезвием другое ребро жесткости. Это, по-видимому, несколько притормозило движение клинка, который к тому же входил под углом, поскольку Теа не стояла на месте, а двигалась, отступая назад и разворачиваясь на ходу. Если бы не ворон, убийца ударил бы ее еще раз, но, как только его атаковал Кхар, наемнику стало не до графини, а потом она и вовсе свалилась в канал. Так что ей скорее грозило утонуть, чем истечь кровью. Хотя крови она потеряла довольно много. И не случайно. Когда Август добрался до раны, он обнаружил довольно длинный вертикальный разрез. Неглубокий, но, скорее всего, болезненный, и, разумеется, он сильно кровоточил. Но это были уже сущие пустяки. Кровь Август остановил с помощью магии, а обеззараживал рану крепкой граппой, которую всюду носил с собой в крошечной серебряной фляжке.